на допрос.
— Тебя уже допрашивали, Лимбвол?
— Нет. — Он покачал головой. — Но отдел внутренних расследований…
— Наплевать, — нахмурилась Плайтон. — Шли бы они куда подальше. Так не должно быть. — Она помедлила. — Я пыталась связаться с Рикенсом.
Лимбвол заморгал, глядя на нее изумленно раскрытыми глазами.
— Ты?
— Да. Звонила в отдел. Прямой связи с ним у меня нет. Он… недоступен. — Плайтон окинула Лимбвола взглядом. — С каких это пор Рикенс стал недоступен для собственных сотрудников?
— С тех самых, когда мы все были временно отстранены? — язвительно предположил Лимбвол.
— Но у тебя есть связь. Здесь. Ты сам мне об этом рассказывал.
— Это была тайна, — вздохнул Лимбвол.
— Понимаю. Тайны, судя по всему, стали очень популярны в этом городе. Ты рассказывал мне, что усилил свой личный когитатор кодовыми системами департамента, чтобы не выбиваться из графика. Лимбвол, думаю, мы должны этим воспользоваться. Мы должны узнать, что происходит.
— А я думаю, что мы не должны вмешиваться в эту чертовщину, — сказал он. — Вот что мне кажется. И еще я думаю, что если мы вмешаемся, то влипнем в неприятности.
— Посмотри, что они сделали с твоим лицом, Лимбвол. Мы уже влипли.
— Начни с Рикенса. Общий поиск.
Сгорбившись перед плохоньким, подержанным когитатором, установленным в углу квартиры, Лимбвол застучал по кнопкам.
— Служебная запись. Да, ничего больше. Здесь сказано, что он находится в бессрочном отпуске и передает все дела департаменту внутренних расследований.
— Хорошо, забей на это. Дело Ольсмана. Найди его. — Плайтон сказала ему номер файла.
— В списке такого дела нет. Пусто, Плайтон.
— Нет даже пометки, что оно закрыто или доступ к нему ограничен?
— Серьезно, ничего.
Плайтон сложила руки на груди и уставилась в пол.
— Я лично завела этот файл в тот день, когда мы нашли тело Ольсмана. Там были мои описания места преступления и сделанные мной пикты. Они все удалили и замели следы.
— Файлы Магистратума нельзя просто так стереть, — усмехнулся он.
— Можно, — ответила она. — Я видела такое и прежде.
— Да ладно тебе, — ответил он, покачав головой. — И у кого же имеются такие полномочия?
Плайтон не ответила.
— Ладно, попробуй поискать имена Вигот и Кубер. Маршалы, внутренние расследования.
Лимбвол защелкал кнопками, а потом покачал головой:
— Ничего. В списке служащих не значатся. Если не ошибаюсь, это те самые два жлоба, что тыкали в тебя пушкой в старой ризнице?
— Да. Теперь поищи Ирнвуда. Это реставратор-портретист, ставший свидетелем смерти Ольсмана.
Лимбвол снова застучал по кнопкам.
— Мм… ничего. Ничего в Магистратуме. Ничего в гражданских записях. Может быть, он представился ложным именем?
— Нет, в тот раз его проверяли. Проследи его имя через Информиум.
— Уже. Там тоже ничего.
— Трон святый. Они прячут все следы!
Лимбвол обернулся и посмотрел на нее.
— Кто «они», Плайтон?
— Кто-то, обладающий серьезной властью. Мы все стали предметом судебного процесса, Лимбвол. Даже внутренние расследования не могли решиться на такую наглость. В прошлый раз, когда я видела Рикенса, он сказал мне, что ключ в деле Ольсмана. Мы что-то там сделали не так, и все это оказалось связано с покушением на главного управляющего. Хотя я думаю, что мы не допустили там никакой ошибки. Мне кажется, что мы нашли что-то важное в ризнице, только сами не поняли этого.
— Ты о том… ложном своде, о котором рассказывала раньше?
— Может быть. — Она принялась застегивать плащ, направляясь к двери. — Пойду домой. Ты давал мне папку с древней разметкой города. Надо
