В пустыне нет ни единого признака жизни, хотя пугающая тень варпа все еще ощущается здесь. Я надеюсь, что в этот раз дверь позволит нам уйти. Мы не сможем долго здесь продержаться.
Ангарад чувствует то же, что и я. Она всматривается в горизонт, сжимая в руках Эвисорекс. Мечница истощена. Сражения, подобного тому, что мы только что прошли, ей уже не выдержать.
Нейл тоже почувствовал это, заодно обретя опыт перехода в другое место и время. Моментально придя в состояние готовности, он поднимает свое оружие.
Гарлон был прав. Это единственный шанс. Только тупица или слабак мог остаться умирать в Доме.
Я измотан и изранен, но я не дурак и не слабак. Во всяком случае, пока. Но, возможно, скоро сдамся. Повреждения, нанесенные системам жизнеобеспечения, и утечка защитной жидкости могут оказаться критическими. Мне кажется, я уже умираю. А что хуже всего: мое сознание ослабело и совершенно не способно оборонить нас. Уже даже простая мысль требует усилий.
— Что дальше? — нервно поинтересовался у меня Нейл.
— Надо подождать, — отвечаю я, пытаясь скрыть, насколько стал сейчас беспомощен.
— И долго?
— Сколько потребуется.
— Они приближаются, — говорит Ангарад, и картайский клинок вздрагивает в ее руках. — Эвисорекс жаждет.
— В последнем я не сомневаюсь, — отвечаю я.
Глядя на смотрительницу, я вижу, что девочка боится.
Еще никогда она не сталкивалась ни с чем подобным.
— Айозоб?
Она возится с ключом.
— Надо ждать.
— А потом?
— Потом ключ сможет повернуться. Но дверь уже запирала нас здесь однажды. Ваш недруг… как там его звали?
— Молох?
— Молох. Он внес изменения в дверь, подстроив эту ситуацию. Она может уже не открыться. Он оказался очень хорошо осведомлен.
Я разглядываю черную вулканическую гряду, то же самое делает Ангарад.
— И что вам известно о Молохе? — спрашиваю я.
— Ничего, — отвечает Айозоб. — Он появился и взял нас в плен, убив нескольких смотрителей, чтобы убедить нас в том, что говорит серьезно. Молох действовал очень профессионально.
— Ничего, я тоже далеко не любитель, — отвечаю я.
— Но у вас теперь нет при себе демона.
— Кого?
— Демона. Который спас всех, когда когтистые твари набросились в первый раз. Он заставил их отступить и ударом распахнул дверь. Я думала, это был ваш демон.
— Ты ошибаешься. У меня не было демона, — отвечаю я. — С чего ты взяла?
— Дом все знает, — говорит она. — В прошлый раз вы вошли сюда вместе с демоном. И выпустили неистовую ярость варпа. Только потому вам и удалось выжить.
— Проклятие, о чем она говорит? — спрашивает Нейл.
— Айозоб, что конкретно ты имеешь в виду?
Я чувствую, что девушка совершенно сбита с толку, ее воспоминания о тех кошмарных событиях фрагментарны. Возможно, она приняла мои собственные психические силы за нечто более темное.
Айозоб испуганно переводит взгляд на черную гряду:
— Они возвращаются снова, Гидеон, что зовет себя Рейвенором.
— В прошлый раз ты назвала их
— Будущее. Мы уже несколько раз сталкивались с ними, проходя через тринаправленную дверь. Они придут спустя три сотни лет. Бегемот.
— Что еще за Бегемот?
— Бегемот, Кракен, Левиафан.
— Айозоб?
Она всхлипывает и роняет ключ, после чего нагибается и начинает искать его в пыли.
