Глаза Юдзиро вспыхнули. Он непроизвольно облизнулся и быстро спросил:
– Союз или военная взаимопомощь?
– Помощь.
– А барыш?
– Пополам, плюс репарации.
– А земли?
– Мое – все, что западнее гор Син. Твое – все остальное.
– И перевал Кадзицу.
– Бери. Но для Сёрито – беспошлинная зона на веки вечные и право свободного прохода войск.
– Договорились.
Лицо Рича в течение этого короткого сумбурного разговора постепенно менялось. Поначалу дипломат смотрел на монархов с недоумением, затем – с сочувственным пониманием, а под конец – с живым интересом. Когда Эйдзоку достал откуда-то из штанов политическую карту Заоблачной и, высунув от возбуждения кончик языка, принялся водить по ней стилом, параллельно смакуя названия населенных пунктов и крепостей, дипломат осклабился и, прокашлявшись, спросил:
– Я так понимаю, почтенный Эйдзоку не хочет сворачивать военную кампанию. Он хочет направить ее в другое русло.
– Ага, – печально кивнула Хикару. – Эти два остолопа уже давно облизываются на Военный Союз, но нападать поодиночке им страшно.
– Вообще-то, нам и вдвоем страшно. – Юдзиро пожал плечами, не отрываясь от карты, которую изучал из-за плеча Эйдзоку. – Рич, а Рич – сколько огнестрелов ты можешь притащить и каких?
– М-м-м… – Рич поводил пальцем в воздухе, что-то прикидывая. – Пятьсот ружей. Месячный срок. Цена прежняя, но если заберете всю партию, то продам со скидкой. Двести револьверов – управлюсь за две недели. Пушки – двадцать штук; лафеты с колесами, легко передвигаются двумя лошадьми. За пару месяцев достану. Если заберете сразу всю партию – отдам вместе с каждой пушкой бесплатный ящик снарядов.
– И пороха!
– Он им не нужен. Точнее, он уже в гильзе. Пружинный механизм полуавтоматической подачи снаряда и специальный бинокулярный прицел. Это устаревшие орудия, списанные и подлежащие утилизации, но мои механики быстро доведут их до ума, и эти пушки прослужат вам еще очень долго.
– Сорок! Сорок пушек!
– Шестьдесят! Тридцать ему и тридцать – мне! Нет, нет так: двадцать ему и сорок мне! А вообще он и десятью обойдется…
– …Тысячу ружей! Слышишь, Рич?! Тысячу! И алхимические бомбы, если этот хмырь заберет мои пушки! Двадцать ящиков!
– …Поймите, Рич, паровые самоходки это замечательно, но не в горах же! У нас пересеченная местность. А вот саперное оборудование – штука, действительно, интересная. И колеса с резиновым покрытием – сильно, очень сильно! Покупаю!
– Крупный калибр? Помилуйте, да зачем он Вам!.. Да, такие есть, но их устанавливают на военных пароходах…
– …Ваша сталь – редкое дерьмо, Рич! Давайте так: я покупаю у Вас просто рамы с паровыми двигателями, а потом…
– …Могу продать дирижабль. Почти новый, еще не списанный. Заполняется теплородом; топливо – очищенный уголь или керосин. Два пулемета, увеличенная бомбовая нагрузка…
– …Дадим ему подданство и награду. За… э-э-э… особые заслуги перед Домом.
– Какие еще заслуги?
– Дубина ты, Ю. За снабжение, конечно. У твоей торговой гильдии есть особые награды?
– Ну да.
– Вот какую-нибудь и всучим.
– Могу еще попытаться достать танк…
…Они уже не думали о похищении наследницы и оскорблении величества. Они двигали по карте воображаемые войска, осаждали крепости, казнили непокорных и милостиво принимали капитуляцию. Они делили шкуру неубитого медведя и считали прибыли. Их глаза горели, пальцы плели в воздухе замысловатые кружева, словно «наматывая» какое-то сложное многоуровневое заклятье, и Жао подумал, что, в сущности, так оно и есть: владыки Домов и Рич делали сейчас то же самое, что и колдуны – визуализировали желаемые события, подкрепляя их своей волей и властью. История уже скрипела всеми сочленениями, натягивая незримую тетиву и готовясь снести головы ничего не подозревающим неудачникам.
Вот так просто и буднично решилось то, что Рич называл своей Большой Проблемой. Торговец-дипломат оказался обеспечен военными контрактами на ближайшие несколько лет, а владыки Домов, в полном соответствии с заповедью известного западного экономиста, превращали навоз в золото, а неудачу – в счастливую случайность. И все это происходило, так сказать, «на коленке», в огромном пустом шатре, где воняло прогорклой едой и несвежими подштанниками. Это впечатляло.
– … И вообще, – Юдзиро махнул рукой так, что чуть не перевернул стол, – шантажировать меня при помощи Ли – гиблое дело. Все равно она никогда
