Крузий отступил на шаг. В манифольде он внезапно оказался перед ракой Геархарта на борту «Инвиктус Антагонистес». На теле Геархарта явственно выделялись психостигматические раны; он сгорбился и дрожал. Крузий понял, что принцепсом начинает овладевать Красная Фурия. Через вспомогательные каналы манифольда Крузий узнал, что «Антагонистес» ведет перестрелку с двумя вражескими «Владыками войны» в третьей крупнейшей коммерции Аргентума.
<Геката, я занят! — прорычал Геархарт. — Прошу вас, сэр, прекратите на меня пялиться>.
<Это Крузий, милорд>.
Изображение Геархарта слегка моргнуло.
<Крузий? Да, это точно ты, чертенок>.
<Вы назвали меня Гекатой, милорд. Вы имели в виду великого Эрвина Гекату?>
<Старый пес в последнее время не выходит у меня из головы. Слушай, я занят. Бернал! Энергию на передние щиты! Повернуть на два румба и возобновить огонь из деструктора!>
Крузий услышал эхо ответа модерати.
<Я понимаю, что вы в бою, сэр, — прокантировал Крузий, — но мы только что засекли «Император» в районе Симфония. Он уже убил «Орестес Магнификат» и «Крузадус Антроп» и в данный момент теснит четвертую ударную группу обратно к Вратам Бардольфа>.
<Черт побери! Подожди, экзекутор. Бернал! Залп шестью ракетами! И пройдись болтерами по тем чертовым сервиторам!>
Крузий подождал. Через манифольд он ощущал толчки и грохот работающей ракетной установки «Антагонистеса». Он чувствовал запах прогорклого масла, горячей проводки, выхлопных газов. Он ощущал кислый привкус пота экипажа на мостике «Антагонистеса», секрецию адреналинового прилива, выделяемую работающими в поте лица орудийными сервиторами, и острый запах крови, сочащейся в амниотическую жидкость.
<Махина убита! Махина убита!> — загоготал Геархарт.
<Мои поздравления, господин>, — прокантировал Крузий.
<Мы свалили ее точно шестью ракетами. Вторая махина пытается удрать. Рулевой, в погоню!>
Изображение Геархарта снова повернулось к Крузию: <Ты говорил что-то про «Император», Геката?>
<Крузий, господин>.
<Я знаю, черт! «Император»?>
<В районе Симфония, сэр. Он уже убил «Орестес Магнификат» и «Крузадус Антроп» и…>
<Да-да, я уже принимаю передачу. Я слишком далеко, чтобы разобраться с ним. Третья группа ближе. Я предупрежу Кунга. Ему придется направить туда свои махины. Если «Магнификата» больше нет, кто командует четвертой?>
<Горман Харзи на «Опустошении Вулкануса», господин>.
<Значит, не Геката?>
<Принцепс Геката давно умер, милорд>, — ответил Крузий, пряча тревогу.
<Я знаю! Я имел в виду Санктоса!>
<Милорд, Гаэтан Санктос был вашим предшественником на «Антагонистесе». Он тоже давно умер>.
Канал манифольда на мгновение померк. Когда связь вернулась, появился смеющийся Геархарт.
<Не понимаешь, когда я шучу над тобой, да, Джаред? Ради шестерни, чертенок, ты что — подумал, что я из ума выжил или что?>
<Конечно, нет, милорд. Хотя сейчас, кажется, не совсем подходящий момент для легкомысленности>.
<Засунь легкомысленность себе во входной порт, экзекутор. Мы в самой гуще боя, если ты не заметил. У меня на прицеле махина. Передай Левину, чтобы привел второй фронт на помощь Кунгу. Всю когорту, слышишь меня?>
<Да, милорд. Будет сделано>.
Канал опустел.
Крузий постоял на месте. Потом поднял голову и взглянул на улей, горящий в ночи.
— Лысенко!
<Да, экзекутор?>
— Мне нужен канал с Левином.
<Слушаюсь, экзекутор>.
— И с Борманом, пожалуй. Закрытый канал.
«Борман. Я должен что-то сказать, — думал Крузий. — Если Геархарт дурачился — в самом пекле боя! — то я буду выглядеть дураком. Но это
