усложнения рассматривались как отвлечения. В качестве противоядия от отвлечения предлагалось использовать усиление концентрации, позволяющее удерживать внимание на выбранном объекте. Практикующие удерживали внимание на выбранном объекте концентрации, не позволяя ему переключаться на возникающие мысли, тем самым защищаясь от них. Чтобы сохранять концентрацию подобным образом, требовалось прилагать усилия. В своих наставлениях по данному этапу практики Джампел Паво показывает, что чрезмерное усердие
После этого, применяя памятование, откажись от приложения усилий и от любых цепляний. Оставь ум, как он есть. [JP, f. 51b]
Другая важная разновидность тонкой формы различения связана с возникающим во время медитации обычным «ощущением себя» – наблюдателем
Чандрагомин сказал: «Если укрепляешь [ум], используя усилия, возникает возбуждение. Если перестаёшь это делать, возникает вялость. Поэтому так сложно прийти к уравновешенному сознаванию. Как же поступить, когда ум пребывает в таком беспорядке?» В этом-то всё и дело. Тебе надо перестать прилагать усилия для поддержания памятования. Ваджрадхара сказал: «Полностью избавься от двойственности. Освободись от мыслей [связанных с различением] и просто пребывай. Любая мысль о том, что надо [каким-либо образом] действовать [во время медитации] основана на [идее] о «наблюдателе». Поэтому полностью откажись от всего». В этой цитате говорится о том, что нам надо отказаться от цепляния за наблюдателя, который сохраняет памятование, сразу же, как стало понятно, что это аспект [обычного] собственного «я», [которое является пустым]. [JP, f. 51b–52a]
Переход на новый выбранный объект концентрации – ум сам по себе – помогает медитирующим избавиться во время медитации от ощущения необходимости совершения каких-либо действий, от «ощущения себя» и от обычных ориентиров. Такое радикальное смещение позиции лишает практикующих возможности использовать обычный подход в наблюдении за ходом медитации. Вы словно разрезаете верёвку, стягивающую сноп соломы, который тотчас разваливается и спокойно пребывает «сам по себе». После того как исчезают обычное ощущение управления процессом и ощущение наблюдателя, остаётся не требующее усилий чистое сознавание, которое пребывает само по себе и становится теперь позицией наблюдения за ходом медитации.
3.3. «Ребёнок в храме»
Третья метафора используется при исправлении изъяна тонкой формы различения, связанной с восприятием. В коренных наставлениях сказано:
Выполняя эту практику, надо представить, как будто ты маленький ребёнок, рассматривающий храм. Поскольку слон ума был привязан к столбу памятования и знания, потоки энергии были завершены и теперь остаются в естественном состоянии. За всё, что [продолжает] возникать, не следует цепляться, если оно нравится, и не следует ему препятствовать, если оно не нравится. [Контроль потоков энергии] приводит к тому, что в состоянии покоя, свободном от концепций, возникают различные переживания – проявление пустотных форм, подобных дыму, и блаженство, близкое к обмороку, когда кажется, что у тебя нет ни тела, ни ума и ты как будто бы плаваешь в пространстве. Не цепляться за эти ощущения и не препятствовать им называется «Уподобиться ребёнку, рассматривающему храм». [PK, f. 7b–8a]
Джампел Паво уделяет много времени обсуждению этой метафоры, потому что возникающие во время глубокой концентрации необычные переживания приводят к реорганизации потоков энергии. Пять основных потоков энергии перемешиваются с дополнительными потоками, и определённое количество энергии попадает в центральный канал. Соответственно перемешиваются и все воспринимаемые атрибуты этих потоков энергии – цвет, элемент и тигле. Если подобная реорганизация продолжается на протяжении определённого количества сессий, то сами по себе возникнут десять знаков ясности. Первые пять знаков называются «пять знаков очищения»
Таблица 16
