Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации

отличается от того объекта, который использовался на предыдущих этапах, термин «памятование» тем не менее сохраняет своё значение «неотвлечение». Однако наставления по особым практикам связаны с иной формой памятования. Оно называется «истинное памятование» (yang dag pa'i dran pa) [TN, 481]. Эта форма памятования находится «вне досягаемости речи», и потому ей сложно дать определение. Тем не менее авторы комментариев всё же определяют её как то, что «соответствующим образом оберегает от недобродетельных практик и развивает практики добродетели» [TN, 481]. Словосочетание «соответствующим образом» указывает на то, что медитирующие твёрдо придерживаются воззрения вместерождённого ума. Истинная практика добродетели является по сути аналогом непрерывного и последовательного сохранения этого воззрения. Истинное памятование называют «фактором просветления» [TN, 482].[653] Сохраняя обретённую реализацию, практикующие тем самым создают условия для достижения просветления. С этой точки зрения истинное памятование можно назвать «особым» (khyad par) [TN, 482].

Практику истинного памятования также обозначают как «приближающее применение памятования» (dran pa nyer bzhag) [TN, 483], поскольку, как только сознавание-как-оно-есть стабильно установлено в качестве выбранного объекта, памятование тщательно удерживает это воззрение, в идеале никогда не отвлекаясь от него. Истинное памятование также называют «памятование того, как пребывает реализованный ум» [TN, 675].

Бдительность тоже теперь определяется в контексте особой практики:

Бдительность отделяет [совершенное] пребывание от [искусственной активности грубого уровня], направленной на принятие и отвержение… Это позволяет сохранить состояние, в котором пребывает реализованный ум, и ведёт к достижению плода [просветления]. [TN, 483]

Здесь бдительность определяется по-новому, в свете полного отсутствия искусственной активности, особенно активности грубого уровня, такой как привязанность или неприязнь к определённым мыслям, эмоциям или ментальным образам. Когда практикующие заканчивают сессию особой медитации и возвращаются к течению повседневной жизни, им не нужно намеренно вызывать какие-либо события или переживания или уделять одним событиям или переживаниям больше внимания, чем другим. Когда все события и переживания обладают единым вкусом, а сознавание непрерывно отражает то, как пребывает реализованный ум, – это и есть практика сохранения.

«Ответственность» (bag yod pa), или «добросовестность» – это дополнительный термин, который используется для обозначения баланса между памятованием и бдительностью. С точки зрения общепринятого смысла этого термина практикующие, которые проявляют ответственность:

…постоянно следят за умом, отслеживая загрязнённые феномены, и наблюдают, как он осуществляет мирское благо и благо, не свойственное мирскому. [TN, 485]

У практикующих, которые обладают истинной ответственностью, соответствующей особому уровню практики:

…нет предпосылок для неправильного понимания пути и нет предпосылок для неправильного понимания истины как загрязнённой или неблагой. [TN, 484]

В какую бы относительную ментальную активность ни вовлекался ум, какой бы она ни казалось загрязнённой, не происходит ложного разделения этой активности на благую и неблагую. С позиции особого вместерождённого ума весь опыт восприятия представляет собой лишь пустое проявление спонтанной активности ума. Это устранение любого различия между благим и неблагим тем не менее не даёт права на безнравственное поведение. Поэтому Таши Намгьял определяет ответственность как «уважение», «устранение гордыни» [TN, 486] и «зарождение сострадания» [TN, 675]. «Истинная ответственность» – это также одно из обозначений доведённой до совершенства абсолютной бодхичитты. Истинная ответственность является предписанием, как сохранить особую реализацию и заложить фундамент для просветления. Истинная ответственность «рождает [окончательный] плод медитации» [TN, 487], то есть просветление.

Практика сохранения, выполняемая с позиции особого уровня ума, требует, чтобы практикующие в любых обстоятельствах стабильно и непрерывно поддерживали воззрение вместерождённого ума. Памятование является незаменимым аспектом особой практики сохранения [TN, 487]. Поэтому Таши Намгьял даёт очень подробное объяснение особого памятования. Он утверждает, что существует четыре типа памятования (dran po bzhi po). Первые два из них требуют приложения усилий (rtsol bcas), а два других не требуют (rtsol med).[654] Первые два типа связаны с обычной медитацией, а вторые два с особой медитацией. В таблице 37 представлены все четыре типа памятования.