паршивец, ты посмотри, чего он только сюда не затолкал!
Понятно, что для тебя старался. Такого за ним ранее не водилось. Эди, бьюсь об заклад — все из-за тебя. Не хочет, чтобы ты отощал.
— Если бы для меня, то все это было бы в моем номере, а не в твоем холодильнике, — заметил Эди, смеясь. И отчего-то, сразу вспомнив вчерашний ночной эпизод с женщинами и предупреждение генерала о строгой конспирации, предложил уточнить, предоставляет ли администрация гостиницы справки о проживающих в ней лицах.
Артем тут же поручил одному из своих подчиненных прояснить ситуацию и немедленно доложить. Затем они, нахваливая Минайкова, перекусили и приступили к проработке материалов на Моисеенко.
Скоро в кабинете раздался телефонный звонок. Переговорив со звонившим, Артем положил трубку и произнес:
— Елена возвращается домой, через полчаса появится в квартире. Что будешь делать?
— Звонить и договариваться о встрече.
— Может, сразу же поехать к ней?
— Без приглашения? Нет, не годится. Сначала надо сообщить о письме отца. Вот вручу письмо, а потом видно будет, как дальше действовать.
— В других случаях ты действовал нахрапистее.
— Это были мужчины, а здесь девчонка. Можно и напугать, заявившись с весточкой от папы.
— Откуда будешь звонить?
— Можно и отсюда, отушникам не надо будет трудиться, устанавливая телефон.
— Тогда звони с аппарата с прямым выходом в город.
— Спасибо, — сказал Эди, подтягивая к себе папку с материалами на Моисеенко.
— Интересный тип. Если бы удалось его захомутать… — мечтательно произнес Артем.
— Уж если мечтать, то бери покруче, например, надеть хомут на хозяина «Лэнгли», — сказал Эди, рассмеявшись.
— Я не шучу, — с серьезным видом промолвил Артем. — Если удастся провести его на дезе, поиграть с ним через «Иуду», то в перспективе можно и подкатить к нему, мол, ты лопухнулся, подсунул своим хозяевам стратегическую дезинформацию, грел под боком двойника и всякое тому подобное, что накопится в процессе дальнейшей работы с ним.
— Мне остается только пожелать тебе удачи, а я продолжу готовиться к первому шагу на этом перспективном пути, — заметил Эди, вглядываясь в фотографии, на которых в различных форматах и видах был изображен человек средних лет.
— Хорошо, готовься, а я схожу к ребятам и напомню им о себе, — произнес Артем и вышел из кабинета.
Выбрав одну из фотографий, где объект был снят крупным планом, Эди стал внимательно ее рассматривать.
Широкий лоб с глубокими горизонтальными морщинами, плавно переходящий в голый череп. Сдвинутые к переносице густые брови, под которыми застыл снисходительный взгляд слегка прикрытых толстыми веками глаз. Мясистый нос, свисающий над щеточкой поседевших усов. Резко выделяющаяся на их фоне оттопыренная нижняя губа и подпирающий ее волевой подбородок. Все это выдавало в нем человека самоуверенного и сознающего, что в жизни он многого достиг, и потому смотрящего на происходящее вокруг него через призму собственных представлений о добре и зле.
«Как же он отреагирует на мой звонок и посмотрит на то, что в поле его зрения появился молодой человек, рекомендуемый «Иудой» в качестве своей находки и привезший бесценную для них развединформацию? — пронеслось в голове Эди. — Как бы то ни было, он должен встретиться со мной или прислать кого-нибудь из своих лакеев, чтобы заполучить пленку», — думал Эди, вглядываясь в неподвижные глаза Моисеенко. И в какой-то момент ему показалось, что в них сверкнули еле заметные искорки.
Эди ухмыльнулся и буркнул себе под нос: «Стоп, майор, так может и крыша поехать. Давай-ка не напрягаться, а то под Кашпировского или Чумака начнешь косить». Листая далее оперативные справки, сводки аудиоконтроля и наружного наблюдения, он сформировал для себя более целостное представление о Моисеенко и почувствовал, что готов на встречу с ним.
К этому времени в кабинет быстрым шагом вернулся Артем и, плюхнувшись в свое кресло, раздраженно произнес:
— Сейчас меня вызывал Бузуритов и потребовал, чтобы ты на встречу с Моисеенко шел «заряженный» электронным жучком.
Эди, принявший его слова за шутку, ответил:
— Хорошая, между прочим, идея, но лучше было бы пойти в майке с комитетской символикой.
— Я не шучу, — еле сдерживая себя, вспылил Артем.
— Тогда скажи, кто такой Бузуритов, — заметил Эди, оторвавшись от чтения.
— Заместитель Маликова, остается вместо него, когда тот в отпуск или в командировку уезжает.
Наконец поняв, что коллега не разыгрывает его, Эди недоуменно произнес:
— Но Маликов вроде никуда не собирался?
— Не собирался, но неожиданно для него председатель предложил ему сегодня по какому-то вопросу вылететь на три дня в Калининград. И потому передал управление Бузуритову.
