И благодаря этому прожили еще какое-то время.
Ответный выпад защитников, в который они вложили всю изматывающую усталость непрекращающихся боев, горечь тяжелых потерь и накопленную ненависть к врагу, был поистине опустошающим. Ни один аврор не прибегнул к невербальному колдовству — все как один выкрикнули заклятия во весь голос, громко и яростно, будто желая вбить их прямо в глотку противника.
Где-то двести заклятий, выпущенных из усиленных волшебных палочек, магами, идущими широким фронтом. Результат получился на славу.
Слепящие полосы огненных заклинаний вперемешку с взрывными и режущими попросту уничтожили, смели, сожгли, размололи в пыль передовые позиции Упивающихся на десятки метров вглубь, расшвыряв и перемешав с обуглившейся землей, камнями и обломками дерева разорванные, разрезанные и обгорелые тела сразу сотни с лишним незваных гостей.
Когда грохот стих, защитники Эпплби на миг замерли, глядя на результат одного-единственного залпа. Они уже однажды опробовали удивительное изобретение министерских умников, но одно дело сыпать колдовством по манекенам и дощатым заборам и совсем другое — по реальному врагу, по тем, к кому у всех присутствующих накопился уже очень длинный счет.
— Ну что, потрудимся, леди и джентльмены? — раздался посреди шума и треска огня чей-то пронзительный голос, полный неприкрытого, жадного предвкушения от близкого возмездия. И авроры двинулись вперед, сметая все на своем пути непрерывным градом ударов, ведь всем было известно — впереди своих нет, а, значит, бей — и не промахнешься.
Гарри остановился, отставая от групп наступающих, и снова тронул гарнитуру связи.
— Все, теперь уничтожайте противника безо всяких ограничений в силе и методах. Лишь те, кто остался на северной оконечности базы, должны уцелеть. Все поняли? Обязательно оставить их в живых и дать им удрать!
— Ясно! — ответил строй знакомых голосов.
— Гарри, я пошла, — прозвучал чуть позже в наушнике голос Гермионы.
— Да, все верно, пора. Действуй.
И небо над долиной Эпплби словно мигнуло, на нем ненадолго проступили и тут же погасли очертания накрывшего всю местность голубоватого купола, симметрично, от края до края, прочерченного шестью полосами бегущих остроугольных символов.
Выход был надежно запечатан.
— Триста тысяч дементоров!!! Что там происходит, я спрашиваю?? — исступленно орал Яксли, брызгая слюной в лицо стоящему перед ним Амикусу Кэрроу. — Ты почему не со своим отрядом?! Струсил?! Сбежал?!
Весь фронт контратаки авроров заволокло плотной пеленой пыли и дыма, сквозь которую пробивались лишь многочисленные разноцветные вспышки и возникающие то тут, то там широкие полосы огня, и Яксли на какое-то время потерял контроль над ситуацией. Но очень скоро увидел, что из темного облака, окутавшего место сражения, выбегают и аппарируют люди. Его люди. Они, не скрываясь, позорно удирали, а некоторые даже аппарировали прямиком к нему на наблюдательный пункт, как этот болван Кэрроу с десятком изрядно потрепанных рядовых магов.
— Моего отряда больше нет, — сипло проговорил Амикус, угрюмо глядя в лицо Яксли и придерживая сильно обожженную левую руку. Его волосы наполовину сгорели, а мантия напоминала изодранную половую тряпку. — Полторы сотни моих людей авроры уложили меньше чем за пять минут, а остальные разбежались, кто куда.
— Ты что несешь?! Какие авроры?! Какие пять минут?! Их там осталась горстка, так почему вы бежите от них, как крысы?!
— Сходи и посмотри сам!!! — визгливо завопил Кэрроу в ответ; в его покрасневших, слезящихся глазах плескалась паника пополам с отчаянным страхом — но этот страх придал ему сил. — Да, их не стало больше, но колдуют они так, как будто у них в палочках засело по десять архидемонов сразу! От их заклятий земля летит до небес, людей рвет в куски, а камни плавятся, как воск! На моих глазах Алекто разрезало на три части! Ее и заодно еще пятерых! Одним-единственным заклинанием! Эти оборотни, зверье вонючее, сначала выли о каком-то кровожадном железном великане, бьющемся на стороне авроров, а потом — о драконе! Какой еще, гори он в бездне, дракон?!! Это было посланное всего двумя аврорами «Инсендио», разом спалившее четверть отряда Нотта! Короче, слышь ты, если хочешь — иди и воюй сам, а я на роль жаркого не подписывался!
И Амикус, смачно сплюнув, поковылял прочь. Но далеко отойти он не успел — в спину ему влетел зеленый сполох «Авады», швырнувший на землю уже мертвое тело.
— Трусливая гнида, — сквозь зубы прошипел Яксли, чье квадратное лицо побледнело от бешенства. — Всегда хотел его прикончить…
Не опуская волшебной палочки, он накинулся на стоящих рядом темных магов:
— А вы что тут застыли, отродье?! В бой!! Все в бой, если не хотите кончить, как эта трусливая свинья! Быстро!!
Все, кроме него и оставшегося Мальсибера, с хлопками аппарировали.
— Проклятье… Проклятье!! — Яксли отчаянно метался взад-вперед, взрывая землю каблуками сапог. Победа, верная, гарантированная победа ускользала из его рук, превращаясь во что-то ужасное. Призрак поражения — а, лучше сказать, тотального разгрома — обретал плоть с поистине пугающей быстротой.
