сообразить, о чем ещё следует спросить. — Но… Но… Но кому мы обязаны такой внезапной победой?
— Хороший вопрос, мисс Скитер, — кивнул Фадж. — Очень хороший, но немного не своевременный. Магический мир Англии еще узнает имена своих героев, но война пока продолжается, и мы не станем спешить их раскрывать. По крайней мере, все. А прямо сейчас я могу сказать, что победой мы обязаны новому оружию, скрытно разработанному в Отделе Тайн, беспримерной храбрости авроров, своими жизнями купившими время на его создание, и еще многим, многим другим людям, которых мы в свое время почтим — кого наградами и овациями, а кого — наградами и минутой молчания. И неувядающей славой. И все это будет очень скоро, потому что победа не за горами.
На этот раз пауза была еще короче — она длилась ровно столько, сколько требовалось, чтобы отложить, сунуть в карман блокнот или микрофон и начать хлопать в ладоши. Аплодировали все: и корреспонденты с помощниками, и работники министерства, оказавшиеся на крыльце, и простые волшебники, прибившиеся к толпе, чтобы услышать речь министра. Рукоплескания были бурными, но вскоре стихли: всем хотелось знать подробности.
Вопросы посыпались, как из рога изобилия.
— Скажите, министр, а как вы объясните постоянное отступление, захват Упивающимися Смертью целых городов и районов страны и столь долгое отсутствие каких-либо ответных инициатив от Министерства? Очень многие уже полагали, что война окончательно проиграна, и полагали не без оснований.
— Я ждал и этого вопроса, — лицо Корнелиуса посуровело, резко обозначились складки на переносице и у рта. — Вы, господа, знаете лучше всех, как выглядело в начале этой войны Министерство Магии, да и чего уж тут скрывать — я сам. Не самым лучшим образом, и это еще мягко говоря. Но такие действия были необходимы, как часть маскировки главного плана.
Они преследовали сразу несколько целей. Выгадать время для завершения разработок Отдела Тайн — это раз: кто станет спешить добивать полумертвого врага? Заставить противника потерять осторожность — это два. Когда ты целиком и полностью уверен в победе, бдительность ослабевает. Выманить его главные силы и навязать им открытый бой, как произошло в битве при Эпплби — это три. Так что всем нам, посвященным в истинный план, пришлось сжать кулаки, стиснуть зубы, терпеть и ждать, не отвечая на обвинения в трусости. Болезненные уколы для гордости, конечно, но я и коллеги жертвовали всего лишь репутацией, тогда как другие, вынужденные сражаться с численно превосходящим врагом, жертвовали жизнями. Но, повторюсь, так было надо.
Присутствовал и еще один важный момент — нам было необходимо время не только на разработку оружия, но и на подготовку человека, который уже сыграл и еще сыграет важную роль в противостоянии нашему общему врагу — Вольдеморту. И я, пожалуй, представлю вам этого человека!
И стоявший справа от министра Гарри сбросил капюшон мантии.
Все продолжавшая увеличиваться толпа изумленно ахнула. Сегодняшний вечер был вообще богат на невероятные события, но это превзошло все ожидания. Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил и считался не то убитым Темным Лордом, не то без вести попавшим, оказывается, был жив, здоров и более того — уже участвовал в битвах против Вольдеморта! Явление Поттера народу вызвало очередной шквал вопросов, и Гарри, сохранявший на лице смущенную улыбку, присоединился к пресс-конференции.
— Нет, я не держу зла на мистера Фаджа за прошлые публикации в «Пророке», он просто был неверно информирован своим ближним окружением. Да, кстати, среди него вполне могли находиться и агенты Темного Лорда.
— Я никуда не пропадал. Мне просто нужно было время, чтобы пройти необходимую подготовку, ведь не может же вчерашний студент Хогвартса прямо со школьной скамьи идти на войну?
— Когда возрождение Вольдеморта уже не вызывало сомнений, именно мистер Фадж продумал костяк плана, и умело использовал в нем даже собственные ошибки и прошлые заблуждения.
— Да, как видите, он сработал, и теперь мы больше не будем играть в поддавки. Мои ближайшие планы? Я буду сражаться. Разве можно оставаться в стороне, когда люди в тебя верят…?
После этих слов Корнелиус, который, не вмешиваясь, стоял рядом с юношей, выступил вперед, слегка закрыв Гарри от публики.
— Ну, довольно, довольно, позвольте нашему юному герою перевести дух, — проговорил министр, прерывая бесконечную череду вопросов, обращенных к Поттеру. — Как все мы смогли убедиться, убийцы Вольдеморта были хороши только в тайной и подлой войне. Против регулярных войск они не выстояли. И больше бить исподтишка мы им не дадим.
И Фадж хитро и недобро прищурился, подняв вверх указательный палец. Тут же засверкали блицы и вспышки фотоаппаратов, запечатлевая министра для будущих газетных передовиц.
А эстафету вопросов переняли журналисты других изданий.
— Вы утверждаете, что не позволите Тому-Кого-Нельзя-Называть вести тайную войну. Что это значит?
— Только то, что было сказано, уж простите за прямоту. Это значит, что отныне инициатива в этой войне будет исходить от нас. Если мы все — авроры, чиновники и простые люди, сплотимся в единый фронт и вместе выступим против общей угрозы, то продлится эта война ровно столько, сколько потребуется, чтобы выкурить Вольдеморта и его прихвостней из их змеиных нор и уничтожить. По сути, Темный Лорд и его Упивающиеся — уже прошлое.
