объявить осажденным ультиматум.
Еще не успели эти слова раскатистым эхом замолкнуть над озером и высокими шпилями замка, как из глубины леса в небо взмыли около двух десятков управляемых всадниками драконов, тут же скрывшихся за низкой облачностью, но наверняка готовых напасть в любую минуту. А фигура в балахоне, появившаяся на парапете ближайшей башни, метнула в передовой отряд «Аваду», выбившую черное пятно в земле в десяти метрах от них.
— Я так понимаю, это означает, что сдаваться тут никто не собирается, — уже нормальным голосом констатировал факт Уорбек. — И кто бы в этом сомневался…
Поттер на его слова лишь фыркнул и наклонился над расстеленной на земле картой.
— Итак, начинаем щупать оборону противника тремя отрядами. Первый, с Нортом в качестве силовой единицы, зайдет со стороны гербологических теплиц. Второй пойдет мимо Дракучей Ивы в сторону поля для учебных полетов на метлах. Этот отряд будут прикрывать Уизли с приданным им Крисом. Джинни, ты доставишь их на оконечность леса и вернешься сюда. Третий отряд и Гермиона пойдут со стороны квиддичного поля. Мы с вами, Том, четвертым отрядом, Окой и Джинни в качестве резерва продвинемся ближе к замку, приблизительно туда, где во время Тремудрого турнира стоял дурмстранговский корабль. Вот здесь. И оттуда поглядим, что выползет к нам наружу.
— А как же я? — вопросительно подняла брови Рен, заметившая отсутствие своего имени в оглашенном раскладе сил.
Услышав вопрос, Поттер на секунду оценивающе взглянул на Уорбека, словно прикидывал, стоит ли открывать при нем свои козыри подобного калибра, но потом, будто согласившись с чем-то, кивнул. И подошел к Рен поближе.
— А для тебя, Рен, задание совершенно особенное, — и рука Гарри нырнула за отворот его темно-серых даймонских одежд. Он достал плоский, овальный футляр, немного напоминающий карманное дамское зеркальце, но когда раскрыл его, то на подложке из углублений плавно встали на вытянутые острия три светящихся рубиново-красных кристалла.
Ак-ноты плавно покачивались, и в них, заключенное в темницу полированных граней, плескалось живым, жидким огнем сосредоточие древней мощи не менее древнего, далекого мира.
Пальцы Поттера пробежались по тупым остриям верхушек кристаллов и остановились на самом малом, величиной почти в два раза уступающим самому крупному из них.
Он поднял его двумя пальцами и протянул девушке:
— У врага много драконов. Аврорам с ними не совладать, а у наших близнецов сегодня другая задача. Так что сегодня небо твое, Рен.
— Слушаюсь, — благоговейно принимая ак-нот, произнесла девушка.
Сжимая в ладони магический кристалл, она другой рукой перехватила свое оружие и плавно провела по нему пальцами, из-за чего хетсаан разошелся вдоль по изогнутой линии рисунка одного из утолщений, как по шву, открыв взорам присутствующих матово-серебристое нутро и вытянутое треугольное углубление.
Ак-нот, помещенный в него, несколько мгновений стоял стоймя, потом опустился и тут же был опутан десятками красных нитей, выросших из его ложа и прикрепившихся к кристаллу, как нервы. Или, скорее, кровеносные сосуды, потому что каждая нить, присосавшись к ак-ноту, тут же вспыхивала ярким светом, начиная получать от него поток магической силы.
Хетсаан с громким щелчком соединился, спрятав внутри себя могучий источник энергии, и по густо покрывающим оружие плавным и изогнутым линиям побежали мириады огоньков, постепенно сливаясь в сплошные светящиеся полосы.
Первой изменения с подругой заметила Джинни, издав удивленный звук. Дорожки света не остановились только на хетсаане — они перескочили на руку Рен, стремительно расползаясь под одеждой, словно давным-давно по всему ее телу был нанесен некий магический узор и теперь, получив магический импульс, эти невидимые ранее линии и символы постепенно проявлялись на коже неярким голубоватым светом.
Рен одним движением отбросила верхнюю одежду, оставшись в своем облегающем тело костюме, и все увидели, что ее пластинчатый пояс быстро расползается, закрывая хозяйку сплошным покровом тонких стальных разнокалиберных пластин с синеватым отливом. Облачение Рен в броню походило на принцип действия волшебной брони Эдварда Норта, но ее доспех был иным, более пластичным, гибким, облегая фигуру без излишней массивности и складываясь в рисунок, чем-то похожий на симметричный узор чешуи рептилий. Лишь наиболее крупные и толстые пластины закрывали плечи, бедра, грудь с животом и, поднимаясь от шеи, изогнутыми широкими лентами защищали голову слева и справа, оставляя лицо открытым для маски.
Гарри Поттер с друзьями зачарованно следил за удивительным преображением, но это было еще не самое зрелищное.
Из скошенного острия выставленного вверх хетсаана выдвинулся тонкий стержень, похожий на хрустальный, вокруг него с шипением обвилась зеленая молния и вдруг резко, рывком, выросла в настоящий факел зеленого огня. Мятущееся в воздухе пламя с шорохом удлинилось, вытянулось, сплющилось с боков, словно вода, затекающая в невидимую форму, и, застыв, приняло вид широкого трехметрового лезвия, будто отлитого из зеленого стекла с бегущими по нему черными разводами. Хетсаан стал чем-то вроде гигантского, зауженного к концу тесака с самим боевым посохом в роли двуручной рукояти.
За плечами Рен со звенящим хлопком возникли два небольших, с полметра в диаметре, уже всеми узнаваемых даймонских магических круга с бегущими по краям символами, а из них выстрелили в разные стороны шесть светящихся голубизной длинных, узких, ромбических крыльев, по три с каждой
