Это был Балоун, новый денщик поручика, до военной службы мельник из-под Чешского Крумлова.
Ческий Крумлов – см. комм., ч. 1, гл. 1, с. 32.
С. 445
— Допустим, что так. Разлить можно суп или соус, но не франкфуртское жаркое. Ведь ты от жаркого принес такой кусочек, что его за ноготь засунуть можно. Ну а куда ты дел яблочный рулет?
— Я…
Яблочный рулет в оригинале: штрудель (štrudl).
— Я так набью тебе морду, что ее разнесет, как бочку! Эта грязная свинья осмеливается еще врать! Знаешь, кто тебя видел?
Место удивительное тем, что Лукаш который ко всем обращается только и исключительно на вы, как это предписывает устав, здесь, действительно, тыкает:
Ježíši Kriste, já ti tak nafackuju hubu, že budeš mít hlavu jako štandlík! Ještě mně, ta svině, zapírá. Víš, kdo tě viděl?
Видимо, не считает Балоуна за солдата и человека. См. комм, далее ч. 2, гл. 5, с. 453.
С. 446
— Осмелюсь доложить, господин обер-лейтенант, я всегда голоден. Если у кого остается хлеб – я тут же вымениваю его на сигареты, и все мне мало, такой уж я уродился. Ну, думаю, теперь уж я сыт – ан нет! Минуту спустя у меня в животе снова начинает урчать, будто и не ел вовсе, и, глядь, он, стерва, желудок то есть, опять дает о себе знать. Иногда думаю, что уж взаправду хватит, больше в меня уж не влезет, так нет тебе! Как увижу, что кто-то ест, или почую соблазнительный запах, сразу в животе, точно его помелом вымели, опять он начинает заявлять о своих правах. Я тут готов хоть гвозди глотать! Осмелюсь доложить, господин обер-лейтенант, я уж просил: нельзя ли мне получать двойную порцию.
По поводу сатанинского аппетита Балоуна есть отличное замечание у Йомара Хонси (JH2010) о том, что обжорство было главным спортом и развлечением Гашека в его липницкие дни, то есть в период написания последних частей романа. Именно в эту пору автор «Швейка» набрал тот вес и форму, с которыми он ныне и ассоциируется у своих читателей. На военных же фотографиях 1915-го – это невероятно худой человек с непропорциональной большой и очень круглой головой.
Попробуй приди сюда еще раз, так уйдешь отсюда, как щепка
В оригинале используется ходовая чешская присказка – jako chmelová tyčka – как жердина для хмеля. Система таких высоких жердин (до 5 метров) поддерживает проволоку, по которой лезет вверх вьюнок-хмель.
С. 447
— Позавчера во время ночных маневров мы должны были действовать против учебной команды вольноопределяющихся за сахарным заводом. Первый взвод, авангард, более или менее соблюдал тишину на шоссе, потому что я сам его вел, но второй, который должен был свернуть налево и расставить под сахарным заводом дозоры, тот вел себя так, будто возвращался с загородной прогулки.
Здесь трудно удержаться от того, чтобы не продемонстрировать в очередной раз всю насквозь пронемеченную речь офицера в оригинале:
Předevčírem při nachtübungu měli jsme, jak víte, manévrovat proti Einjährigfreiwilligen Schule za cukrovarem. První švarm, vorhut, ten šel
