– Понятия не имею, – второй был худощавым, высоким.
– Думаю, что-то случилось, – не унимался толстый, – всегда так.
– Вот и посмотрим…
Они подошли к небольшому старому двухэтажному зданию. Остановились. Тощий вдруг спросил:
– Смотрел Буран позавчера?
– Ещё бы, – толстяк отошёл в сторону, пропуская выбегающих из здания людей, – думаешь, это связано?
– Нет, конечно же! – отказался тощий, – хорошо бы и нам получить какой-нибудь заказ из этой отрасли. Бабла там – куры не клюют.
Толстый только рассмеялся, оглядев старые постройки металлургического завода.
Вместе они зашли в здание дирекции. Тут, слава богу, хоть не витал призрак коммунизма – ремонт провели недавно, даже с приставкой «Евро». Проще говоря – пластиковые двери, кафель, новые перила и стеклопакеты на окнах. Кондиционеры.
Оба зашли к директору по уже проторённому маршруту. Людей тут было достаточно, заметна нервозность. Толстый обратился к секретарше:
– У себя?
– Да, вас ждут, идите.
Остальные, кто ждал приёма, возмутились, но смолчали, только грустно вздохнули. Директор стоял над столом, возвышался, можно сказать.
– Иван Александрович, тут это…
– Вижу, – Иван Александрович положил трубку, – так, гаврики, у нас большой заказ.
– Насколько большой? – прищурился тощий.
– Больше, чем стоит наш завод, – он сел и открыл ящик стола, – подойдите. Так, зарплатные карты при себе?
Через секунду директору уже протянули зарплатные карты. Он вставил их в устройство на своём столе и поработал на клавиатуре, через секунду толкнув их по большому столу в направлении менеджеров:
– Слушать сюда, Абстерго договорилось с индусами, будут им железные дороги модернизировать. Бабла на этом поднять можно много – индусы не потянут изготовление и четверти рельс, что у них под замену. Нам заказали пятьсот тысяч тонн рельс…
Толстый присвистнул, директор метнул в него недовольный взгляд и продолжил:
– Отправляетесь туда, в «Индиан Рэйлвейс», необходимо договориться по продукции. Чертежи, состав, особенности техпроцесса, количество тех или иных рельс, стрелок, и так далее и тому подобное… короче, узнайте всё, что нужно знать здесь, на заводе. Сколько, как и каких рельс надо производить. Документ от руководства "Индиан Рейлвейс" тоже привезите, в нём перечисление всех этих деталей. Всё понятно?
Менеджеры переглянулись.
– Вроде да. Где нам их искать то? Мы ж в индусском языке ни бум-бум…
– В Нью-Дели. Через шесть часов из аэропорта Екатеринбурга вылетает чартер Абстерго, до Дели, вас будет сопровождать парень из Абстерго- Милитари, который из местных. Переводчик, гид и охранник в одном флаконе.
– А как же визы? – спросил тощий, – у нас ничего не оформлено…
– Никаких виз. С этого дня действует односторонний безвизовый режим между Россией и Индией, сроком на девяносто дней, правда… Но вы за три месяца точно управитесь. Так что… в путь!
Директор выпроводил ошарашенных менеджеров из кабинета.
Я зашёл в самолёт. Вход был через трап, как в обычном частном самолёте, только это такая дурища – что диву даюсь, как она ещё летает? Внутри был тамбур-шлюз. Дверь за мной закрылась и пожужжала сервоприводами, герметизирующими её. Через тамбур – в жилой отсек. Отсек был действительно жилым. Сзади, внутри туши самолёта, был огромный отсек, внутри него был балласт – несколько бочек с водой, прикреплённых намертво к полу. Жилой модуль уже более просторный, тут было место под установку самого разного оборудования и даже две изолированные каюты, каждая на дух человек. Удобства были традиционными, отделка кают – тоже. Решено было поставить гравитационные панели под пол, что бы они компенсировали нулевую гравитацию и перегрузки при взлёте. Кабина была вполне типичная. Я, посмотрев на жилой модуль, зашёл в кабину. Сел на место пилота и спросил Берси:
– Готов к полёту?
– Всегда готов.
Запуск двигателей прошёл без неожиданностей. И, выплюнув полосу огня, самолёт начал очень быстро набирать скорость. Сто, двести, отрыв… оторвался от земли. Мягко так оторвался. После чего я начал подниматься. Перегрузки были в пределах двух единиц, хотя самолёт летел круто вверх. Через минуту полёта мы были уже на двадцати километрах высоты и продолжали ускоряться. Самолёт потряхивало.
