— А если посмею? — улыбнулся Литин.
— Зубы выбью, — буркнула Тина, совершенно забывая, что собиралась измениться.
— Поглядим, — прищурился Альен.
— Посмотрим.
— Проверим.
— Даже не сомневайся!
— Сомневаются неуверенные в себе.
— Самоуверенные остаются без зубов.
— Зато с поцелуем, — хохотнул Альен и отошел от окошка.
Мадемуазель Лоет сжала кулаки и в сердцах топнула ногой, но очнулась и испуганно воскликнула:
— Альен!
Она поспешила к окошку, снова высунула голову, и ее губы опять оказались в ловушке упоительно трепетного поцелуя, без напора и попыток углубить соприкосновение уст, превращая касание губ в нечто более откровенное. Длилось это недолго; Альен вновь шагнул назад и лукаво улыбнулся:
— Поцелуй, и зубы при мне.
Онемевшая от произошедшего Тина очнулась и воскликнула:
— Так нечестно!
— О чести мы не говорили, только о зубах и поцелуях, — рассмеялся Литин.
— Я скажу папеньке!
— Говори, — покладисто кивнул Альен. — Жениться я уже обещал.
Тина смотрела на него во все глаза, хватая ртом воздух то ли от возмущения, то ли от изумления, но ответа она так и не придумала. Девушка смотрела, как Альен подходит к дверям капитанской каюты.
— Куда? — приглушенно спросила она.
— Обговаривать дату свадьбы, — снова осклабился молодой человек.
— Нет!
Альен ничего не ответил. Он постучался и, услышав разрешение войти, открыл дверь. Лоет бросил на молодого человека недружелюбный взгляд, и тот остановился, глядя на капитана в немом изумлении. На лице того красовался наливающийся чернотой синяк, из разбитой брови сочилась кровавая струйка, губы также были разбиты. Лоет поправил прядку волос, и Литин заметил, что кожа на костяшках пальцев у него сбита.
— Не вздумай сказать Тине, — проворчал Вэй, отворачиваясь. — Чего тебе?
— Добрый вечер, — отмер Альен, здороваясь со вторым мужчиной, на плече которого сидел огромный паук, вызвавший у молодого человека смесь отвращения, любопытства и толики восторга: он еще никогда не видел таких больших пауков.
— Добрый вечер, — приветливо ответил незнакомец, почесал спинку паука, отчего тот пискнул.
Мужчина обмакнул тряпку в таз с водой и занялся Лоетом.
— Так что ты хотел, мальчик? — тон Вэя так и остался недружелюбным.
— Я хотел просить об освобождении Тины. Обещаю, что она не сойдет…
— Нет, — отчеканил Вэй. — Пока мы не выйдем в море, она будет сидеть в каюте. Так надежней.
— И все-таки…
— Нет! — Лоет мотнул головой, освобождаясь от ловких пальцев своего друга, занимавшегося его ссадинами, и посмотрел на Альена. — Может, хочешь рискнуть и снова рассказать мне про свое опекунство?
— Сейчас не хочу, — усмехнулся Литин.
— Умный мальчик, — проворчал Вэй. — Что-то еще?
— Кто вас так? — спросил Альен, не удержав любопытство.
— Тот, кто меня так, лежит мордой в пыли и размазывает сопли, — заносчиво ответил Вэйлр.
— Драка в кабаке, — хмыкнул незнакомец, и Лоет подарил ему хмурый взгляд. — Мое имя — Тин Лю Бонг, но ты можешь называть меня просто Бонг.
— Очень приятно, господин Бонг, Альен Литин, — склонил голову молодой человек. — А ваш паук…
— Не имеет значения, — рявкнул Вэй. — Идите, господин Литин, у нас важный разговор.
— Пусть останется, — возразил Тин.
Лоет одарил друга очередным тяжелым взглядом, Альен же, напротив, смотрел на лекаря с нескрываемым любопытством. Он подошел ближе и сел на второй стул, не дожидаясь приглашения. Вэйлр тяжко вздохнул, но все-таки сдался. Он признавал, что его злость на молодого человека не имеет под собой
