Кремль 2222. Покровское-Стрешнево

оказать сопротивление. Но куда «двуглазому» устоять против «трехглазого»! Это примерно то же самое, что плыть против течения по горной реке.

Прощупывая сознание парализованного Люма, Пуго наткнулся на закодированный участок памяти. Будучи большим любителем головоломок, он расшифровал код и обнаружил любопытную информацию – оказывается, «двуглазый» был его сыном. Много лет назад Руго скрыл это воспоминание в мозге Люма, но сделал блокировку впопыхах и небрежно. Сейчас эта небрежность вышла ему боком.

Пуго быстро сообразил, как использовать информацию в свою пользу. Он решил завербовать Люма, предложив ему невероятно выгодную сделку, от которой не смог бы отказать ни один двуглазый шам. А именно – Пуго пообещал, что откроет Люму третий глаз. Иными словами, наделит его такими возможностями, которые доступны исключительно старшим шамам.

Заметим, что особого выбора у Люма не оставалось. Он мог, конечно, гордо отказаться от предложения Пуго, но тот тогда взорвал бы его мозги или сварил бы их в дециметровом диапазоне, как в микроволновке. А оно Люму надо? И тот выбрал путь предательства. Не зря в народе говорят, что яблоко от яблони недалеко падает.

С другой стороны, какое же это предательство, когда ты получаешь взамен третий глаз и место первого помощника нового вождя клана? А в перспективе, после смерти вождя сам становишься им, как прямой наследник? Нет, право, это вовсе не предательство, а просто выгодная сделка.

Конечно, оставался риск. Если бы Руго захотел досконально просканировать сознание Люма, он обнаружил бы там следы сговора между ним и Пуго. Но вождь допустил промашку, считая, что глуповатый и трусоватый Люм находится у него под полным контролем. Что же, и на старуху бывает проруха.

Завербовав Люма, Пуго, естественно, узнал о замыслах брата. В первую минуту появилась мысль сбежать и найти новое пристанище, чтобы не вступать с Руго в смертельную схватку. Но Пуго не был бы Пуго, если бы так просто отступил; да еще имея на руках «туза в рукаве» в лице завербованного Люма; да еще вынашивая в течение десятилетий мечту о мести.

И Пуго придумал свой план, согласно которому Люм должен был заманить Руго в ловушку, что называется, на живца. В роли живца выступил сам Пуго. И не прогадал.

Теперь Пуго торжествовал. Но, будучи умным и изощренным злодеем, он понимал, что гибель брата – это еще не окончательная победа, а лишь шаг к ней.

– Люм, что с тобой? – позвал Пуго. – Ты в порядке?

– В порядке, – откликнулся «двуглазый», продолжая сидеть на земле. – Но малость поплохело.

– Соберись. У нас еще много работы.

– Я понял. Что я должен делать?

– Во-первых, не сообщай никому о смерти Руго. Спрячь пока тело в развалинах. Позже я объявлюсь вместо него.

– Не понял, отец.

– Чего тут непонятного? Мы близнецы и всегда были похожи как две капли воды. Кстати, больше не называй меня отцом – я для тебя вождь.

– Теперь понял. Вождь.

– Уже лучше. Дальше. Начинай штурм становища и доводи дело до конца.

– Не понял. Мы все равно будем воевать с «мусорщиками»?

– Разумеется. Раз уж шамы собрались на войну, надо ее выигрывать. Мы уничтожим дампов, чтобы вонючие твари не путались под ногами. Так что командуй. А я проконтролирую.

– Понял. Разреши приступать к операции?

– Приступай, – телепатировал Пуго и замурлыкал: – «Мальбрук в поход собрался…»

Люм поднялся с земли и стоял на месте некоторое время, собираясь с мыслями и силами. Потом обхватил тело Руго лапками и, пыхтя от напряжения, отволок его к стене. Вернувшись к стулу, опустился на сиденье с осознанием важности момента и задумался.

Сейчас он ощущал себя если и не вождем, то как минимум великим полководцем. И точно знал, какую команду отдаст первой. Потому что был мстителен и никогда не прощал оскорблений.

* * *

Пук сидел на корточках, кося единственным зрачком в сторону Егора. Он понимал, что погибнет, если попробует помешать хомо. И все равно не собирался отступать. Приказ есть приказ. Не выполнить его означало опозорить свой род и бросить тень на весь клан. А честь клана превыше всего.

Внезапно шаму пришло в голову, что Егор может выстрелить в него, не досчитав до ста. Почему бы и нет, если уж он такой упертый? Получится ли тогда послать импульс по мозгам Тимура, чтобы уничтожить хотя бы одного хомо? Он обязан это сделать даже без команды сверху.

– Ты учти, Егор, что я слежу за твоими пальцами, – сказал «одноглазый». – Едва ты начнешь нажимать на курок, как я убью Тимура.

– Не свисти, – отозвался «лесной». – Такой быстрой реакции не бывает.

– У людей, может, и не бывает. А у шамов – да, потому что мы умеем предчувствовать.

– Если умеешь, тогда скажи, досчитал ли я до ста?