– Все ужасно, Майкл, – зашипел Гарри ему в ухо. – Они поймали его. Он признался.
Через синее в полосочку плечо Гарри Майклу видно было, как лейтенант Мэрфи пытается пробраться в их сторону.
– Спитални? – спросил он.
– А кого же еще, мать его!
Лейтенант Мэрфи подошел уже достаточно близко, чтобы бросить на друзей почти что заговорщический взгляд, который, видимо, следовало расценивать как приказ держать язык за зубами.
– Успокойся, – сказал Майкл.
Огромный полицейский очутился наконец рядом с ними.
– Хотел сообщить вам приятную новость, – сказал он Майклу. – Если только это еще не успел сделать мистер Биверс.
– Я ничего не говорил, – сказал Гарри. Мэрфи снисходительно поглядел на него.
– Сегодня утром мы получили то, что, по крайней мере, выглядит как признание. Я не видел подозреваемого, потому что был уже на пути сюда, когда его арестовали совсем по другому обвинению. Во время допроса он признался.
– А что это за другое обвинение? И как его зовут?
– Парень, как я понял, не совсем в себе. И настоящего имени он не назвал. Я надеюсь, что вы двое захотите взглянуть на него.
– А почему вы этого хотите? – спросил Биверс. – Ведь он же уже признался.
– Что ж, скажу. Я думаю, вы могли знать его во Вьетнаме. Возможно, он даже не помнит своего настоящего имени. А мне хотелось бы быть уверенным в том, кто передо мной, и хотелось бы, чтобы вы мне помогли.
Пул и Биверс согласились явиться для опознания в один из участков Гринвич Виллидж в следующий понедельник.
– Мы арестовали его по ряду обвинений – преднамеренное убийство, разбойное нападение с целью убийства, ношение оружия. История немного странная. Этот тип проник в кинотеатр на Таймз-сквер, когда там показывали “Игры кровососов” или еще какой-то шедевр вроде этого.
Он выхватил нож и стал практически отпиливать голову какого-то парня, которого угораздило держать руку между ног. Справившись с этой задачей, он принялся за тех, кто сидел впереди. А люди даже не замечали, что сидящим за ними одному за другим перерезали горло. Наконец поднялся шум, который услышал вышибала. Он бросился на убийцу и получил рану в легкое. В этот момент наш героя разразился речью о том, что он достаточно долго терпел всех грешников этого мира, но теперь собирается навести порядок. И начать решил с Сорок второй улицы.
К ним подошли Конор Линклейтер и Грейс-младшая, чтобы послушать историю, которую рассказывает лейтенант. Девушка успела целиком и полностью завладеть рукой Конора.
– Представьте себе держащегося за живот вышибалу, истекающего кровью парня с перерезанным горлом, двух человек с менее серьезными ранениями и весь кинотеатр, вопящий от ужаса.
Мэрфи был позером, и ему явно нравилось быть в центре общего внимания. Глаза его возбужденно сверкали.
– В конце концов ему пришлось выбежать в фойе. К тому времени кто-то уже успел позвонить нам, и четверо патрульных повязали его прямо у аппарата с попкорном. Его отвели в участок и взяли показания примерно у дюжины свидетелей. Самое забавное, что как только мы привели парня в участок, он тут же успокоился. Сказал, что не хотел причинять столько хлопот. Просто его кое-что беспокоило последнее время, и он не выдержал. Он надеется, что его не продержат тут долго, поскольку ему нужно сделать много важных вещей по заданию самого Господа Бога. Когда мы оформили документы и сообщили ему, что придется задержаться на некоторое время, парень сказал, что нам еще, кстати, наверное важно будет узнать, что он убил человека по имени Пумо на прошлой неделе, в квартирке на антресолях над рестораном на Гранд-стрит.
Конор посмотрел себе под ноги и покачал головой. Биверс покусывал губы и недовольно моргал.
– Этот человек довольно подробно описывает интерьер квартиры, но есть несколько пунктов, которые не вполне нас удовлетворили. Поэтому после опознания хотелось бы обсудить кое-что с вами тремя.
Когда Мэрфи отошел от друзей, его место заняла появившаяся из столовой Джуди.
– Говорили с лейтенантом? – спросила она. – Тут все судачат о том, что он якобы уже поймал убийцу Пумо.
– Похоже, что да, – сказал Майкл. Он рассказал жене о том, что их попросили присутствовать на опознании.
4
Все воскресенье Пулы вели себя друг с другом натянуто-вежливо, так что человек посторонний, глядя на них, подумал бы, что перед ним не очень дружелюбные, едва знакомые друг с другом люди. Это был первый день с момента возвращения Майкла из Бангкока, который они целиком провели вместе, и они как никогда чувствовали, какой непрочной, едва толще яичной скорлупы, была их близость друг другу. Майкл видел, что Джуди хочет “предать
