На лице Виктора снова появилось выражение злобного триумфа.
— А что это за ловушка? — спросил Том.
— Заканчивай обедать и убирайся с глаз моих, — потребовал вдруг Виктор.
— Я уже закончил, — сказал Том и встал из-за стола.
— Ты проведешь в этом доме еще год, — сказал Виктор. — А потом отправишься на континент, и Глен Апшоу будет выкладывать по четвертаку всякий раз, когда тебе захочется пописать. — Виктор улыбнулся с таким видом, словно собирается кого-то укусить. — И поверь мне, для тебя так будет лучше. Я уже говорил тебе об этом. Пользуйся тем, что предлагают, пока это предлагают. Потому что ты ведь не существуешь.
— Я существую! — закричал вдруг Том. Сегодня отец зашел слишком далеко.
— Только не для меня. Меня всегда от тебя тошнило.
Том чувствовал себя так, словно его поколотили дубинкой.
Больше всего ему хотелось схватить со стола нож и вонзить его отцу в сердце.
— А что ты хочешь? — закричал он. — Хочешь, чтобы я стал таким, как ты? Я не буду таким, как ты, даже за миллион долларов. Ты всю жизнь жил на деньги своего тестя, а теперь готов хрюкать от радости, как свинья в грязной луже, потому что получил более выгодное предложение.
Виктор вскочил, опрокинув стул, и ему пришлось схватиться за край стола, чтобы удержать равновесие. Кровь бросилась ему в лицо, глаза и рот стали вдруг маленькими — сейчас он действительно напоминал свинью, краснолицую свинью, шатающуюся по загону. На секунду Тому показалось, что отец вот-вот бросится на него.
— Закрой варежку! — пророкотал Виктор. — Ты слышишь меня?
Тома трясло, руки его непроизвольно сжались в кулаки.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — произнес Виктор по-прежнему повышенным тоном, но уже без крика.
— Я знаю достаточно, — Том тоже повысил голос.
— Ты ничего не знаешь даже о себе!
— Я знаю больше, чем ты думаешь, — прокричал в ответ Том.
Наверху начала выть его мать, и Тому захотелось вдруг зарыдать, до того отвратительной была вся эта сцена. Его по-прежнему трясло.
Виктор Пасмор вдруг переменился прямо на глазах — лицо его до-прежнему было красным, но он, казалось, немного протрезвел.
— Что ты знаешь? — спросил он.
— Неважно, — с отвращением произнес Том.
Наверху Глория принялась скулить размеренно и со вкусом, как брошенный ребенок, бьющийся головкой о край своей колыбели.
— Мало нам было всего остального — теперь еще и это, — сказал Виктор.
— Поднимись и успокой ее, — сказал Том. — Или теперь, когда твой друг Ральф купил тебе сигару, с этим тоже покончено?
— Я еще доберусь до тебя, умник, — схватив со стола салфетку, Виктор вытер лицо. Однако воспоминание о Ральфе Редвинге и его сигаре явно приободрило его.
В кабинете зазвонил телефон.
— Возьми трубку, — сказал отец, — и, если это меня, — скажи, что я перезвоню через пять минут.
С этими словами Виктор вышел из столовой. Том прошел в кабинет и поднял трубку.
— Что это так орет — телевизор? — раздался на другом конце голос дедушки. — Убавь громкость — мне надо сказать тебе кое-что.
Том выключил телевизор.
— Нам надо обсудить предстоящую поездку на Игл-лейк, — сказал Глен Апшоу. — Кстати, что ты делал в больнице сегодня утром?
— Хотел выяснить, что случилось с Нэнси Ветивер.
— Разве я не звонил тебе по этому поводу?
— Ты, наверное, забыл.
— Она приступит к работе через день-два. Твоя Нэнси несколько дней приходила на работу в странном состоянии. Доктор Милтон навел справки и выяснил, что она поздно ложится спать, возможно, пьет каждый день. Доктор отчитал ее, а Нэнси попыталась что-то ответить, но не смогла связать двух слов. Вот Милтон и отстранил ее ненадолго от работы. Надо было показать остальным, что не стоит так себя вести. Конечно, все девицы, которые там работают, понятия не имеют, что такое воспитание — в этом все дело. — Глен громко закашлял, и Том представил, как он сидит у телефона с трубкой в одной руке и сигаретой в другой.
— Нэнси Ветивер не смогла связать двух слов? — переспросил Том.
— Она попыталась что-то соврать. Сейчас не хватает медсестер, и даже в Шейди-Маунт берут на работу кого попало. Я думаю, теперь этот вопрос закрыт, — сказал Глен после паузы.
— Да, закрыт, — подтвердил Том. — Абсолютно и навсегда.
