горшке.
– Откуда ты…
– Я знаю. Я его растила, поливала. Он – мужик. Неважно. Я тебе говорила, что у Панночки роман с Постниковым такой, что все столы в бухгалтерии трещат по швам.
– В буквальном смысле? Они что, прямо там, у вас… – вытаращилась я. Панночкой мы звали тощую Эльзу, коллегу-бухгалтершу. Была она зла, вредна и похожа на гоголевскую Панночку. А еще была она замужем, что задевало Машкино чувство мировой гармонии и справедливости. Замужество не помешало Панночке нашаманить себе в любовники главу финансовой аналитики. Когда я думала о Панночке, понимала, что совсем не знаю жизнь и не понимаю мужчин.
– Ладно, Ромашка, ты какого совета от меня-то хочешь? Как на работе удержаться или как замуж выйти? Я бы тебе рекомендовала второе.
– Я бы и сама выбрала второе, – призналась я. – Но пока первое. Я хочу разузнать про Черную Королеву, что она за фрукт. Темная она лошадка. Опять же, ореховая эта моя галлюцинация. Томит меня что-то, Машка. Чую, что неспроста все это. А ты знаешь, к войне лучше готовиться заранее.
– Ладно, у меня в отделе кадров есть подруга, я у нее спрошу, – пообещала Машка. – Как, говоришь, ее, Метлу вашу?
– Метлицкая Оксана Павловна.
– Серьезно? Метлицкая? Ну, тогда точно засланный казачок. Может быть, даже имя не ее.
– И грудь, – добавила я. – Грудь тоже не ее, силикон. Я не верю, что можно так выглядеть на самом деле. Только пластика и нанотехнологии.
– Нет, ты специально склоняешь меня к тому, чтобы вас навестить! – покачала головой Маша. – Восьмое чудо света ваша эта Черная Королева.
– Чудовище, – поправила ее я. Время вышло, а вместе с ним и весь пар из красной трубочки Машки.
– Протоколы-то пойдешь забирать?
– Да на черта они мне на бумаге нужны? Ты мне все переслала.
– Откуда я знаю? Может, ты бы хотела вернуться к себе с толстой пачкой бумаг? А как еще доказать людям, что ты не прохлаждалась в курилках? А?
Я посмотрела на часы. За разговорами и саботажем время почти добралось до двенадцати. В чем-то Машка была права. Нужно было захватить толстую стопку бумаги. Может быть, все дальнейшее, произошедшее со мной, не случилось бы, вернись я в свой отдел с толстой пачкой бумаги. Но я решила, что вместо показухи я лучше займусь настоящим делом. Я вернулась на двадцать шестой этаж, тихо, никого не тревожа, пробралась в свой кубик – это было несложно, ибо дрели все еще разрывали воздух периодическими надрывными трелями. Все были погружены в работу, кое-кого вообще не было на месте, включая саму Черную Королеву. Небось ушла на совещание, подумала я. У них там, в руководстве, тоже бывают собрания. Вдруг ее сейчас тоже за что-нибудь отчитывают? Нет, нечего и надеяться. Только не таких.
Я загрузила данные, полученные из бухгалтерии, и уставилась на экран, выискивая ошибки в программном коде устаревшей морально и физически бухгалтерской программы. Их софт конфликтовал со всем на свете – с самими бухгалтерами, с базами данных, с локальной компьютерной сетью, со складскими приложениями, с мудреными, тяжеловесными программами финансового департамента. Обновления бухгалтерии не помогали: нужна была другая программа, другая система, на другом языке, с другими возможностями по взаимной интеграции и шифрованию. Я рассчитывала собрать достаточно данных и составить отчет. Может быть, хоть Черная Королева заставит нашу бухгалтерию сменить софт!
– Что… ЧТО ЭТО ТАКОЕ? – раздался оглушительный крик, перекрывший даже грохот дрелей. Я дернулась и выглянула из-за серой пластиковой перегородки. Черная Королева вернулась, она стояла посреди комнаты и орала, глядя на что-то внизу, на столе. Что там было, я не видела – перегородка мешала, но, судя по выражению красивого лица, которое словно судорогой свело, произошло что-то жуткое.
Все повскакивали со своих мест, побежали к Черной Королеве, но я осталась сидеть, словно меня что-то парализовало. Я видела, как она поднимает вверх свой дорогущий, последнего поколения ноутбук, и заметила, что с него что-то капает, словно он истекает кровью. На лице Черной Королевы поэтапно отразилось омерзение. Она принюхалась, и лицо стало багроветь. Дальше ярость, бешенство, ядерная война. Она бросила ноутбук на стол, и тот упал с грохотом, несовместимым с жизнью. Я заметила, что Сашка Гусев растерянно озирается, а затем он заметил что-то и побледнел. Черная Королева тоже заметила это нечто, склонилась и достала откуда-то с пола предмет, который заставил и меня помертветь.
– Чья это чашка? – спросила Черная Королева, подняв в воздух черную чашку с элементами кода SSI. Саша Гусев смотрел на меня в упор и качал головой, словно умоляя меня не признаваться. Но я, двигаясь словно во сне, поднялась, растерянно посмотрела на то место, где вроде бы оставляла чашку с черным кофе без молока. Место было пусто. Моя чашка исчезла. Телепортировалась в центр пространственно-временного континуума, как раз туда, где стоял ноутбук Черной Королевы, и теперь он был испорчен, как и моя репутация.
– Это не я, – прошептала я, но даже сама не поверила бы себе в тот момент, до того нелепыми были эти детские слова.
Глава 7
Случайностей не бывает… А жаль!
Это было как внезапное извержение вулкана. Земля задрожала у меня под ногами, а затем столб ядовитого пепла заслонил от меня небо. Дальше, собственно, вулкан принялся лить на меня раскаленную лаву. За первые пять минут извержения Черная Королева успела сказать мне если не все,
