3. да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.
4. хлеб наш насущный даждь нам днесь;
5. и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим;
6. и не введи нас во искушение,
7. но избави нас от лукаваго.
Эпилог: Яко Твое есть Царство, и сила, и слава, Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
«ОТЧЕ НАШ, ИЖЕ ЕСИ НА НЕБЕСЕХ».
Пролог говорит нам, что Бог – общий Отец всех людей, общий Отец всех верующих христиан, и он живет на небесах.
В Священном Писании сказано, что при святом Крещении мы получаем дар усыновления и становимся детьми Бога. Итак, понятие «отец» обусловлено понятием «сын», потому что никто не может называться отцом, если у него нет детей или хотя бы одного ребенка.
Чтобы обзавестись детьми, есть два способа: родить и усыновить. Христос, Сын и Слово Божие, Сын Бога по рождению, по природе. «Рожденный прежде всех век» означает, что он рождается вечно от Отца, и поэтому он по природе Сын Бога. В то время как мы, христиане, – дети Божии по Благодати, по усыновлению. Бог Отец усыновил нас через Иисуса Христа во время святого Крещения, то есть благодаря духовному возрождению.
Молитва Господня словами «Отче наш, Иже еси на небесех…» открывает нам триединство Бога. То, что мы называем Бога «Отцом нашим, который живет на Небесах», происходит от Святого Духа, который поселяется в нас вместе со Святым Крещением. Об этом нам говорит апостол Павел: «А как вы – сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче!»[603], то есть «Отец наш».
«Итак, когда ты называешь Отцом, – говорит святой Иоанн Златоуст, – Бога, то помни, что ты удостоился так называть Его потому, что Дух движет душу твою[604].
То же самое происходит, и когда мы называем Имя Иисуса Христа: «Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым»[605]. Именем Святого Духа ты скажешь: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», потому что Он тебя просветил, Он тобой подвиг, и ты ответил и сказал: «да, помилуй мя, Боже мой!», и это «помилуй мя, Боже мой» от Святого Духа!
С «Отче наш» я верю, что не одинок, но есть и другие чада, которые братья мои. Я верю, что мы все составляем одну общую семью, Отец которой Бог, Отец всех нас.
То, что Господь позволяет нам называть его «Отцом», показывает великую любовь, которую он к нам питает и благодаря которой он простил нам грехи и усыновил нас. В то же время это накладывает на нас определенные обязательства перед Ним.
Святой Григорий Нисский говорит: «Произносящему «Отче наш» какая потребна душа? Сколько нужно дерзновения? Какую надобно иметь совесть, чтобы, сколько возможно, познав Бога и уразумев, что естество Божие, представляемое в себе самом, есть благость, святыня, радование, сила, слава, чистота, вечность… и все, что подобного сему представляется мыслью о Божием естестве!»[606]
Ведь свет должен быть рядом со СВЕТОМ, справедливое – со справедливым, прекрасное – с прекрасным, вечное – с вечным, и доброе чадо – с Всеблагим Небесным Отцом.
Наоборот, имеющие страстную душу называются Священным Писанием чадами гнева, а отступивший от церковной жизни именуется сыном погибели. А тот, кто сам есть лжец, несправедлив и лукав, тот в душе своей творит отца лжи, дьявола. Следовательно, молитва лукавого человека – это призыв дьявола, а молитва праведника, живущего в доброте, становится призывом к доброму Отцу.
«Посему, когда Господь учит нас в молитве называть Бога Отцом, – продолжает святой Григорий Нисский, – не что иное делает, как узаконивает возвышенный образ жизни»[607].
167. Одна христианка целыми днями читала очень медленно и четко «Отче наш…», совершая при этом тысячи других дел. Часто она делала это и по ночам, летом – на улице, а зимой – в доме. Как-то она простояла с поднятыми руками всю ночь и только утром с удивлением обнаружила, что не заметила, как прошло время.
Так как она был неграмотна, то не знала других молитв и не могла описать те Божественные изменения, которыми Бог одарил ее за «Отче наш…». Однако она была очень радостной и веселой… и заключала весь мир в своем сердце… До самой смерти… Да обретем и мы ее молитву[608]!
Слова «на небесех» не означают удаленности от Бога, но подчеркивают превосходство Бога, которое не сравнится ни с одной физической величиной. Это выражение вступает в совершенное противоречие с древней языческой религией, которая учит, что Боги обитали на вершинах высоких гор, одной их которых был Олимп.
Для Бога не существует пространственных ограничений. Он повсюду! Итак, словами «Иже еси на небесех» подчеркивается Безграничность Бога и Его Вездесущность. Он находится всюду и все Собою наполняет: «Иже везде сый и вся исполняяй».
«Небо, – говорит святой Амвросий, – там, где прекратились грехи. Небо там, где нарушения подвергаются наказанию. Небо там, где не существует
