– Посмотрим, что он скажет! А вы не стесняйтесь, говорите прямо.
Патрик внимательно изучил эскиз и вспомнил заглавие статьи в журнале
– Эту копию читать не очень легко.
Княгиня согласно кивнула. Ободренный, он продолжал:
– К тому же текст мне кажется немного обезличенным.
И вот – эскиз летит на пол, а она снова начинает яростно барабанить кулаками по столу. Одна из женщин судорожно вздохнула, а вторая робко прошептала: «Но Мадам…»
– Все, хватит! Мы поговорим об этом позже, – прервала ее Хелена, указывая пальцем на дверь.
Две женщины молча покинули кабинет. Гораций, продолжавший яростно щипать свою бороду, тоже вышел вслед за ними. Мадам повернулась к молодой энергичной женщине, которая в тот момент деловито открывала окна.
– А у него что? Почему он тоже ушел?
Девушка в ответ только пожала плечами.
– Ну что ж, а сейчас поговорим о делах. Надеюсь, это будет приятный разговор, потому что день у меня начался так себе.
Патрик быстро огляделся. Кабинет казался принадлежащим мужчине: строгая мебель и антиквариат, только люстра из венецианского стекла придавала ему некоторую женственность. Громкий кашель мгновенно прервал задумчивость Патрика. Немного отдышавшись, княгиня Гуриели продолжила:
– Это от кофе. Я пью слишком много кофе. Так, рассказывайте, что вы умеете.
Не дав ему даже раскрыть рот, Мадам сама принялась перечислять те профессиональные качества, которые ее интересовали.
– Он умеет писать и говорить по-английски, по-французски и по-итальянски. Он хорошо разбирается в искусстве… Ну, а то, чего он еще не знает, – выучит!
Секретарша согласно кивала.
– Сколько? – промурлыкала княгиня, подойдя вплотную к молодому человеку.
Патрик тут же вспомнил совет своего друга Паллавичини и с безразличным видом промурлыкал в ответ:
– Четырнадцать тысяч долларов…
Мадам схватилась за горло и рухнула в кресло. Снова была разыграна сцена «еврейская мать» – она воздевала руки горе, будто в молитве, недоуменно указывала на него пальцем, качала головой и подпрыгивала в своем кресле.
– Он хочет разорить нас! – прошептала она, почти плача.
На глазах секретарши, которая с интересом за ними наблюдала, было разыграно настоящее представление. Хелена спорила, доказывала, сердилась и, в конце концов, вынула из ящика стола конверт, быстро что-то на нем нацарапала и передала юноше.
– Это мое последнее предложение.
«Семь тысяч долларов в год». Слово «семь» было подчеркнуто один раз, а слова «в год» – два. Он слабо пробормотал «да» и добавил:
– У попрошайки нет выбора.
– Вы чертовски правы!
Этим утром Патрик О’Хиггинс вступил в «золотой ад Хелены Рубинштейн», как он потом назвал свою книгу. Он останется рядом с ней до конца.
Глава 22. Искусство дипломатии
Хелена всегда могла точно угадать настроение женщин. Она инстинктивно понимала их желания, потребности, тревоги и то, что им нужно предложить, в зависимости от обстоятельств.
После того как продукт был тщательно протестирован и готов к запуску на рынок, она сама выбирала ему название. Выбор был так важен, что ради этого устраивались специальные совещания, которые проводились самой Мадам или мисс Фокс. Каждый мог выдвинуть свою идею. Чем больше вариантов, тем выше шанс выбрать лучшее название. Сара Фокс, человек конкретный и прагматический, выступала в роли арбитра, выбирая нечто среднее между экстравагантными предложениями Хелены и вкусами покупателей. Мадам очень ценила этот талант и всегда прислушивалась к ней. Если продукт не был новинкой (часто бывало именно так), она начинала с того, что изучала похожие продукты конкурентов и анализировала их названия.
Выбор названия для средства по уходу за собой очень важен, потому что создает впечатление о его качествах у потенциальных клиентов. Название должно быть одновременно соблазнительным, легким для запоминания, дерзким и женственным. Из всех предложенных вариантов Хелена всегда выбирала самый простой и прямолинейный. Она понимала, что ее знание французского и английского несовершенно, и доверялась больше интуиции, музыке звучания слов, и ошибалась редко.
Элизабет Арден относилась к этому совершенно по-другому. Она обожала лошадей и часто выбирала для своих средств название, которое напоминало о них, например
