— Совершенно сознательно, — определил Дик.
— Напрячь все силы, чтобы дать себе отдохнуть, — согласился Грэхем. — Мне ни разу не приходилось видеть, чтобы даже профессионал делал мертвую петлю с таким мастерством.
— Я этим горжусь больше, чем она, — заявил Дик. — Я ведь обучал ее этому, хотя, сознаюсь, это было очень нетрудно. Она замечательно координирует свои движения, почти без всякого усилия. Прибавьте к этому чувство ритма. Ее первая же попытка была просто блестяща.
— Паола — женщина замечательная, — заявила миссис Тюлли, с гордостью перебегая глазами от часовой стрелки к гладкой поверхности бассейна. — Женщины никогда не умеют плавать так, как мужчины, а она умеет. Три минуты и сорок секунд! Она побила отцовский рекорд!
— Но пяти минут, а тем более десяти она не выдержит, — заявил Дик с положительной уверенностью. — Грудь разорвется.
Прошло четыре минуты, и миссис Тюлли начала волноваться и тревожно всматриваться то в одно, то в другое лицо. Не посвященный в тайну, капитан Лестер выругался и нырнул в бассейн.
— Что-то с ней случилось, — заявила миссис Тюлли с нарочитым спокойствием, — она ушиблась, ныряя. Ищите же вы, мужчины!
Но Грэхем, Берт и Дик, встретившись под водой, весело усмехались, пожимая друг другу руки. Дик подал им знак, чтобы они следовали за ним, и провел их через темную воду в пещеру, где, все еще ступая по воде, они застали Паолу и весело зашептались.
— Мы просто зашли, чтобы убедиться, что все в порядке, — пояснил Дик. — А теперь надо довести игру до конца… Идите вперед, Берт, а я за Ивэном.
И так, гуськом, они прошли к затененной части бассейна и вышли на поверхность с другой стороны. Миссие Тюлли уже встала и подошла к самому краю бассейна.
— Если бы я только на минуту подумала, что это снова какой-нибудь ваш фокус, Дик Форрест… — начала она.
Но Дик, не обращая на нее ни малейшего внимания, неестественно спокойно стал давать громкие директивы.
— За это надо взяться всерьез, господа. Вы, Берт, и вы, Ивэн, идите со мной. Мы начнем с этого конца, надо держаться в пяти футах друг от друга и обыскать все дно. А потом обыщем его поперек.
— Не трудитесь, господа, — крикнула им миссис Тюлли, начиная смеяться. — Что касается тебя, Дик, то выходи сейчас же, я должна тебя отодрать за уши.
— Вы присмотрите за ней, девочки, — крикнул Дик. — У нее истерика.
— Пока еще нет, но будет, — продолжала она хохотать.
— К черту, сударыня, тут не до смеха! — прогремел капитан Лестер, собираясь вновь исследовать дно.
— Тетя Марта, неужели вы догадались? — спросил Дик, когда доблестный моряк снова скрылся под водой.
Миссис Тюлли кивнула.
— Но продолжай, Дик, одна жертва у тебя все-таки осталась. Мать Элси Коглан «выдала» мне этот фокус еще в Гонолулу в прошлом году.
И только по истечении одиннадцати минут на поверхности показалось улыбающееся лицо Паолы. Симулируя полное изнеможение, она выползла очень медленно и, задыхаясь, упала возле тетки. Капитан Лестер, действительно измученный усердными поисками, пристально посмотрел на Паолу, затем подошел к соседнему столбу и трижды ударился головой о бетон.
— Боюсь, что десяти минут не прошло, — сказала Паола. — Но ведь только на немного меньше, правда, тетя Марта?
— Нисколько не меньше, — ответила миссис Тюлли, — если ты интересуешься моим мнением. Я вообще удивляюсь, что ты промокла… Ну, дыши же спокойно, дитя мое. Довольно актерства. Помню, когда я еще была совсем молодой, то, путешествуя по Индии, я видела целую школу факиров, они ныряли в глубокие колодцы и оставались под водой гораздо дольше тебя, дитя мое, гораздо дольше.
— Ты знала! — набросилась на нее Паола.
— Но ты не знала, что я знаю, — возразила тетка, — и поэтому твое поведение преступно. Имея в виду женщину моих лет, с моим сердцем…
— И с твоей ясной-преясной головой, — добавила Паола.
— Я за два яблока отодрала бы тебя за уши.
— А я за одно расцеловала бы тебя, хотя все-таки промокла, — засмеялась Паола в ответ. — Но как бы то ни было, капитана Лестера мы все же одурачили… Ведь, правда, капитан?
— Со мной вы больше не разговаривайте, — мрачно пробормотал храбрый моряк. — Я занят, я обдумываю свою месть… Что касается вас, мистер Дик Форрест, я или взорву ваше молочное хозяйство, или подрежу подколенные жилки у Горного Духа. А может быть, я сделаю и то и другое, а пока что собираюсь побить вашу кобылку.
Дик на своей Фурии, а Паола на Лани ехали домой к Большому дому рядом.
— Как тебе нравится Грэхем? — спросил он.
— Он очень милый, — ответила она. — Это человек твоего типа, Дик. Он универсален, как и ты, и на нем, как и на тебе, лежит печать громадного опыта, всех семи морей и всех книг, и всего прочего. К тому же он разбирается в искусстве и вообще имеет понятие обо всем. И веселиться умеет. Ты
