Путешествия на Новую Гвинею (Дневники путешествий 1872—1875). Том 1

2) Во время первой беременности, для того чтобы роды обошлись благополучно и чтобы ребенок оказался здоровым и красивым, муж укутывается в мешок, спускается в колодец и, окунувшись в воду, разрезает в длину и разом ножом мешок и выходит из колодца.

3) Во время родов муж не режет ни одной птицы и не колет ни одного животного.

4) Во время регул женщина не должна прикасаться к мясу, которое от того портится (?), и не должна входить в кухню.

Вечером видел доктора Джемса, который нашел состояние очень неудовлетворительным и настоятельно советовал вернуться в Европу или отправиться в Австралию. Уверял, что не выдержу путешествия на Новую Гвинею. Я решил, однако, иначе. Увидим! Написал вечером г-ну Л.

21 декабря. Придя утром на пароход, я получил пришедший ночью пакет из Бюйтензорга, который, к моему удивлению, заключал дождевое пальто и, к моей радости, портрет Л.! Спасибо ей! Послал телеграмму в Бюйтензорг.

Хорошая погода. Устроился удобно в двух комнатах.

23 декабря. Макассар. Послал рекомендательное письмо губернатору Бакерсу и получил приглашение провести у него в доме два дня стоянки.

Отправился в гостиницу к г. Бекари и, не застав его дома, остался ждать его. Послышались скоро шаги, и человек невысокого роста с оживленным приятным лицом вошел в комнату. Мне было интересно расспросить его о многом. Мы вернулись на пароход, где позавтракали. Главная задача его путешествий — собирание ботанических и зоологических коллекций. Позднее время монсуна (апрель) помешало ему в 1872 г. спуститься к Утанате. Потом болезнь Альберта еще более расстроила его планы. Но он, кажется, доволен путешествием. Он отправляется теперь в залив Канари, и, может быть, в следующем году, в октябре или ноябре, к реке Амбер, к югу от залива Гельвинк.

Вечер провел у губернатора, жена и дочь которого, кажется, кроме малайского и немного голландского, другого языка не понимают.

24 декабря. Утром отправился к королю Гоа, который прежде, в прошлом столетии, был очень могуществен, теперь же живет в небольшой бамбуковой пристройке небольшого некрасивого каменного дома. Он был очень любезен, приглашал приехать в месяце июне и июле, чтобы поохотиться на оленей. Насмотревшись в продолжение часа на него, его свиту и его помещение, я с радостью вернулся. Секретарь губернатора однако же при возвращении успел надоесть своей болтливостью.

Бакерс, проведший безвыездно 37 лет в Макассаре, хорошо знает эту часть Целебеса.

Не обсуждая вопроса о том, является «амок» болезнью или нет, он уверял меня, что «амок» встречается только там, где замешаны женщины или петушьи бои и игра.

25 декабря. В 6 часов оставили Макассар. Бекари пришел на пароход проститься, оставил мне несколько брошюр. Т. перевела глупые неве [жественные] письма Назимова. Жаль, что пустяки эти удостоились быть переведенными на прекрасный итальянский язык и перевела такая хорошая женщина.

Вечером несколько пассажиров просили меня посмотреть заболевшую женщину. Оказалась холера. Принял меры.

26 декабря. Хорошая погода и красивая местность. Вечером сильнее пароксизмы. У женщины была холерина. Поправляется.

27 декабря. Пришли в Купанг. По болезни не мог съехать. Довольно печальный городишко, однако же не бедный. Много китайцев.

28 декабря. Сильный прибой помешал съехать. Пароход вошел в проход между Тимором и ос. Семол, чтобы укрыться от сильного NW. Много дождя, несколько раз в продолжение дня. Жаль, что не видал папуасов.

30 декабря. Ночью пароксизм. Женщина, больная холериною, умерла в 4 часа ночи. Бросили за борт. Голова болит. Лень, хандра. Думаю часто о Бюйтензорге. Целый день порядочная качка.

Дели довольно красивое местечко, много зелени, горы, порядочная гавань, отделенная от пролива рифом. Пароксизм ночью помешал мне съехать, но между людьми, которые в пирогах окружали пароход, нашелся один с характерною папуасскою физиономиею и волосами, которые в виде шиньона возвышались над головою. Капитан и несколько пассажиров заставили его взойти на палубу, где я его срисовал. Форма черепа оказалась долихоцефальная, цвет кожи коричневый, волосы курчавые, с немного большими завитками, чем у папуасов берега Маклая. Толщина волос была различная, и также толщина отдельного волоса. При сгибах волос был тоньше.

Интересно было бы познакомиться с обычаями этих людей.

31 декабря. Завтра придем на о. Банда. Между солдатами еще один заболел холерою. Бывшие вчера в Дели пассажиры рассказали мне, что на днях там случилась курьезная история. Доктор, молодой человек, почему-то недовольный новым губернатором, вздумал отделаться от него, для чего подкупил солдат, чтобы они убили губернатора. Заговор был открыт (губернатору), кажется, самими подкупленными (солдатами). Доктора заковали в цепи, и он должен будет отправиться в Португалию, где его будут судить.

В Дели хороший кофе и, говорят, отличные мандарины, которых, однако же, нельзя было достать.

Вечером пароксизм. Пассажиры забавлялись игрою в карты, шампанским и фейерверком. Я встретил Новый год в каюте при сильной лихорадке.

1874 год