Пришлось как-то выходить из положения. Я не помнил, как в этом случае поступали там, в будущем, но сам сделал просто. Приказал каждому взводу иметь рулон непромокаемой материи для тента. Во время боя его надо было растянуть над тремя взводными шеренгами – и стреляй сколько хочешь. Запасных кремней у мушкетеров всегда был полный подсумок. Потроны тоже защищены толстой кожей подсумка. Часто проводили учения именно в дождь, благо на дворе стояла дождливая немецкая зима, и результаты были прекрасные. Осечки, конечно, случались, но редко, очень редко. Еще у меня появилось две сотни настоящих кирасир. Кирасы у них были с наплечниками и набедренниками. А главное – у каждого было по два прекрасных длинноствольных пистолета. Кони тоже были отличной мощной породы. Коней я особо защищать не стал, только налобник и нагрудник. Спину и круп коня покрывала толстая простеганная попона, так что летящие навесом стрелы сильно ранить его не могли, а с небольшим ранением конь мог и дальше участвовать в бою, а потом эти раны можно было залечить. От пик пришлось полностью отказаться. Стрелять из пистолетов и таскать пику все-таки проблематично. С кирасирами часто возился Курт. Это было его любимое детище. Он их и тренировал. Я ему рассказал о кароколировании, и он просто загонял до упаду своих конников. Зато действовать они стали столь слаженно, что хоть парады с ними проводи.
То есть с армией у меня было все в порядке. А если учесть, что свыше двух полков стояли гарнизонами по замкам и фортам, то армия у меня была на уровне крупных графств, и даже небольших герцогств. Так что в будущее я смотрел довольно спокойно. Сковырнуть меня теперь было непросто. Да и зачем? Богат – это да. Но тратить на войну со мной огромные ресурсы с неизвестным результатом – не каждый решится. Если только из мести. Вот в нападении на меня Маргариты я был уверен процентов на семьдесят. Ну а за ней маячил архиепископ Кельна. В случае чего, он ее обязательно поддержит. А вот кто к ним присоединится, я понять не мог. Граф Марк меня тоже не любит, но с этими волками он связываться не будет. А больше я вроде ни с кем рассориться не успел. Но кто-то третий должен быть обязательно. Вдвоем они уже приходили и получили по морде. Сваливать все на неопытность своего полководца Маргарита не будет, не дура. Посчитает, что сил не хватило, а значит, будет искать третьего союзника. Ладно, поживем – увидим.
С экономикой у нас все было в порядке. Я туда старался и не лезть. Там заправлял Гюнтер, и у него прекрасно получалось. Зачем мешать? Нет, совещания мы проводили регулярно, но в основном все решения принимал именно Гюнтер, я только утверждал. Вот на помощи крестьянам стальными орудиями мне пришлось все-таки настоять. Он все время пытался их в чем-то да ущемить. Но вышло по-моему, и в этом году пахать крестьяне будут уже стальными плугами. И все остальное делать тоже с помощью стальных орудий. А как по этому поводу ругался Хайнц… Это надо было слышать. Ну никак он не мог понять, как такую прекрасную сталь пускать на изделия для крестьян. В городе открылись несколько торговых представительств. Ну как открылись… выкупили себе дома и заселились там. Вот и все. Все городские и графские законы обязаны соблюдать. И наказывать их будут, если что, как простых горожан, даже жестче. Потому как своих-то хоть жалко, а этих чего жалеть?
Первыми были, конечно, ганзейцы. Ну как же без этих проныр… Потом выкупили себе дом под представительство бургундские купцы. С ними все понятно – их герцог постоянно с кем-нибудь воевал, и оружия ему надо много. Потом были купцы из Брабанта. Их я сначала не хотел пускать. Прямые конкуренты. Они ведь нашу продукцию как раз в Роттердам и потащат. А потом махнул рукой. Когда мы еще наладим свои перевозки… Кстати, именно благодаря Ганзе мне удалось построить себе баньку. Я как-то заскочил к Гюнтеру, а у него как раз сидел ганзеец из Любека. О чем уж они там договаривались – не знаю, но мне он стал рассказывать, хвастаясь, как он плавал в далекий Новгород и как там торговал. Рассказал и о жизни там.
Одним эпизодом из его рассказа я и заинтересовался. Это когда он рассказал, как его водили в баню. Вот баня меня и заинтересовала. Я стал его расспрашивать, а потом попросил помочь эту самую баню у меня в замке построить. В качестве консультанта, конечно. Вот так у меня и появилась баня. Ганзеец мне нарисовал то, что он видел в Новгороде. Потом долго ходил по замку и разглагольствовал перед строителями. Я как бы случайно подошел к нему с отцом Магнусом, чтобы тот увидел, что идея бани пришла не от меня, а от этого нечестивого ганзейца. А остальное – дело техники. Рисунок ганзейца я порвал и выкинул, а строителям дал уже свой чертеж. Мало я бань, что ли, видел? Они мне построили очень приличную небольшую баньку. С печью и трубой, так что топили в ней по-белому. И с комнатой отдыха. Вот в конце января я ее и опробовал. Очень даже ничего. Сводил туда Ами, но она в парилке чуть сознание не