– Жаль, что в Техасе не найти замерзшей тундры, – пошутил Кейд, вызывая улыбку Эйрин.
Прошло еще некоторое время, и оказалось, что с Эйрин легко общаться, что было неудивительно, потому что в некоторых вещах она была похожа на своего брата, к тому же они выросли в одном и том же городе и ходили в ту же школу. Кейд старался придерживаться безопасных тем, помня предостережения друга, что стоило ему немалых усилий, особенно когда они с Эйрин хохотали над каким-нибудь забавным эпизодом из их общего прошлого.
Ее смех был заразительным и соблазнительным, и у Кейда каждый раз возникало желание поцеловать ее. Если честно, он все время думал о том, как бы ее поцеловать. И каждый раз ему приходилось вспоминать Люка и ее слезы, которые он увидел в детской сегодня вечером. Похоже, придется придумать себе еще какое-то дело, чтобы занять мысли чем-нибудь другим.
– Ты сказал, что хотел бы оставить вечер пятницы для себя, – сказала Эйрин. – Я не буду возражать и с радостью присмотрю за Амелией. Можешь даже пойти куда-нибудь в субботу вечером, если хочешь.
– Похоже, ты пытаешься избавиться от меня, – весело заметил Кейд.
– Может быть, – с улыбкой ответила она.
– Прямо сейчас я ни с кем не встречаюсь, так что не против остаться дома. К тому же я хочу, чтобы ты научила меня уходу за ребенком и показала, чем кормить нашу малышку.
– С удовольствием, – кивнула Эйрин. – Тебе не о чем беспокоиться. Амелия – чудесный ребенок. У нее здоровый сон, ей нравится еда, которую ей дают, и она почти всегда в хорошем настроении. Твоя племянница – счастливый и довольный жизнью ребенок, так что тебе крупно повезло. – Эйрин поднялась, и то же самое сделал Кейд. – Кажется, у нас завтра насыщенный день, так что я пойду спать. Увидимся утром. И не забывай, если тебе захочется поехать куда-нибудь завтра, я не буду возражать. В любом случае я буду здесь, с Амелией.
Кейд улыбнулся, потому что Эйрин определенно пыталась выдворить его из дома.
– Я подумаю. Мне кажется, будет лучше, если я займусь чем-нибудь, даже если я просто поеду на север или юг, запад или восток, лишь бы убраться подальше от искушения.
Эйрин кивнула, густо покраснев.
– А если тебе не захочется, тогда прокачусь я. Это будет чудесный летний вечер. Доброй ночи, Кейд, – сказала она и вышла из комнаты.
Кейд не сдвинулся с места. Ну что ж, ему придется придумать, куда выходить по вечерам в выходные дни, или найти кого-то, с кем их проводить.
Наконец он пошел к себе, чтобы переодеться. Кейд как раз снимал ботинки, когда услышал плач Амелии. Он посмотрел на закрытую дверь и подождал еще немного.
Амелия перестала плакать, но Кейд не мог сказать с уверенностью, уснула ли она или с ней была Эйрин. Он подождал еще чуть-чуть, а потом тихонько постучал в дверь.
– Входи, – послышался голос за дверью.
Когда Кейд открыл ее, он увидел Эйрин с Амелией на руках. Малышка прильнула к плечу своей няни, но, когда он вошел в комнату, повернулась и посмотрела на него.
– Наша кроха плакала?
– Наверное, она услышала, как я нахваливала ее за то, что она крепко спит, и решила доказать мне обратное, – глядя с улыбкой на ребенка, ответила Эйрин.
Малышка какое-то время смотрела на Кейда, а потом протянула к нему ручки.
Ему захотелось обнять их обеих, но вместо этого он взял на руки Амелию, которая была такой теплой и мягкой и пахла детской присыпкой.
– Что тревожит нашу малышку? – мягко спросил Кейд, сделав с ней несколько шагов по комнате.
Девочка обвила ручками его шею и прильнула к нему. Она казалась такой довольной.
Ему следовало отпустить Эйрин, укачать Амелию и уложить ее обратно в кроватку, но он не мог ничего поделать с собой. Все еще в своем зеленом сарафане, Эйрин стояла и смотрела на него. В мягком свете лампы она казалась еще соблазнительнее, чем когда-либо.
– Будет лучше, если ты останешься, – попросил Кейд. – Или ты против?
– Конечно нет, – сдерживая улыбку, ответила она. – К тому же я не собиралась уходить далеко, – добавила она, взглянув на открытую дверь в свои апартаменты.
– Знаю. Я похожу с ней немного, а потом укачаю.
– Хорошо, но можешь отдать ее мне, как только захочешь, хотя она выглядит очень довольной в твоих объятиях. Понятия не имею, почему она проснулась.
– Она снова заснет, – тихо сказал Кейд. Он немного походил по комнате, а потом присел в кресло-качалку, а Эйрин расположилась в большом мягком кресле.
Через несколько минут Амелия положила ему голову на плечо.
– Скажи мне, когда она закроет глазки, – шепотом попросил он.
– Ее глаза уже закрыты. Мне кажется, она засыпает, – тихо ответила Эйрин.
Кейд укачивал ребенка еще двадцать минут, вполголоса разговаривая с Эйрин.
Когда Амелия уснула, он уложил ее в кроватку.
– Я же говорила, что она крепко спит.
– Эйрин, еще довольно рано. И я не кусаюсь. Давай спустимся вниз и перекусим чем-нибудь и еще немного поболтаем.
Она чуть удивленно посмотрела на него, но ничего не ответила.
– Я буду держать дистанцию и не буду флиртовать. Ну же, Эйрин. Все же интереснее, чем сидеть в одиночестве. К тому же мне совсем не хочется спать.
– Я соглашаюсь на твое предложение вопреки здравому смыслу. Еще довольно рано, чтобы идти в кровать, а ребенок крепко спит.
Кейд довольно улыбнулся, когда она кивнула и пошла рядом с ним. У двери они остановились и посмотрели на Амелию, которая сладко спала в своей кроватке.
Потом они набрали в кухне крекеров, сыра, воды со льдом для Эйрин и холодного пива для Кейда и разместились на крыльце под навесом.
– Иногда я выключаю здесь свет, и тогда становится достаточно темно для того, чтобы увидеть звезды.
Эйрин посматривала на планшет, но Амелия ни разу не пошевелилась с тех пор, как они вышли из детской.
– Здесь самое спокойное место на земле, – тихо сказал Кейд.
– Тебе нравится тут, не так ли?
– Да. На ранчо я люблю все, кроме бумажной работы. Но я не могу избежать ее. Нужно вести записи, чтобы не было проблем с налогами.
– Но почему бы тебе не заниматься делами ранчо постоянно?
– Я хотел открыть свое дело и заработать денег, чтобы не быть зависимым от отца.
– Кейд, ты уже становишься замечательным папой для Амелии. Ты со своим отцом – два разных человека.
– Очень надеюсь, черт подери. Но ты ведь не собираешься читать мне лекцию о