Я не вижу, что происходит вокруг, – весь белый свет застили глаза моего донора, которые теперь выглядят как черные зеркала с равномерными фиолетовыми проблесками. Затем по бликующей глади начинают расходиться круги, как по темной поверхности озера, притихшего в лунной ночи, от вдруг брошенного камня… Эта игра света заставляет окончательно закружиться мою и без того затуманенную голову, и нарастающий «водоворот» легко уносит меня в пучину беспамятства…
Возвращение в реальность было на редкость быстрым и безболезненным. Только в ощущениях появилось нечто необычное, словно в давно знакомой мелодии вдруг расслышала новую тему, которая не раздражает, а напротив – будит интерес и желание слушать и дальше… Которая не диссонирует с основой и не перебивает ее, но придает восприятию свежие оттенки, открывая неведомую до этого глубину и остроту… Даже хорошо знакомая комната – моя собственная лаборатория, кстати! – выглядит как-то иначе…
Из процесса вдумчивого самоанализа меня вывел голос. В целом приятный, тем не менее он вызвал сильный всплеск недовольства – настолько не хотелось мне сейчас общаться с кем бы то ни было! Но смысл сказанного, уловленный чуть позже, заставил встряхнуться и открыть глаза, чтобы встретить взгляд необычных очей иномирца, которые успели стать прежними.
– Насколько ты убеждена в необходимости таких жертв?
– О чем ты?!
– О том, что ради помощи даже самым близким совсем необязательно уничтожать себя!
– Никто и не собирался уничтожаться! – Встать удалось с первой попытки. – Так, подразрушилась местами… слегка… – И, спохватившись, добавила: – Видимо, я подсознательно была уверена в том, что найдется кому помочь в как раз в таком вот случае. Вынуждена согласиться – это было крайне беспечно и неосмотрительно с моей стороны, впредь буду осторожней… Тем больше моя признательность за поддержку и понимание!
– Рад, что смог оказаться полезным. – Эрриан заметно смягчился. – Если бы ты не упрямилась, все могло получиться гораздо более…
– Нет! – Надо же, и металла в голосе прибавилось! – От всей души благодарю за помощь, но… излишества ни к чему!
– В твоем случае излишеством не будет считаться ни одна из форм получения энергии!
– Если ты помогаешь мне в расчете на благодарность, выраженную в желательной для тебя форме…
Теперь в ярко-фиолетовом взгляде явственно ощущался некоторый холодок.
– Прозвучи подобные слова из других уст, это можно было бы счесть нешуточным оскорблением, – наконец проронил он. – Я, насколько помню, до сих пор не давал повода уличить себя в корыстолюбии… Неужели настолько трудно представить, что причиной может быть простое сочувствие к тем, чью жизнь попытались превратить в хаос ради собственных странных прихотей, и стремление хоть немного посодействовать восстановлению равновесия и справедливости?!
– Прошу прощения! – Мне в самом деле стало неловко. – Я только хотела уберечь друга и самоотверженного соратника от незаслуженного разочарования!
– Что ж, приятно слышать, что старания оценены по достоинству! – Он улыбнулся краем рта, в голосе перестали отзванивать ледяные нотки. – Кроме прочего, мной двигало желание попробовать свои знания и силы в деле, которым до сей поры заниматься не приходилось, и теперь я ни за что не упущу возможность увидеть, что получится в итоге!
– Значит, мы можем надеяться на то, что еще долго будем удостоены столь изысканного и приятного общества, о высокочтимый дэлх? – Я не поленилась изобразить глубокий реверанс.
– Пожалуй, – милостиво кивнул он после идеально выдержанной паузы. Затем добавил: – С чего бы мне лишать подобной радости людей, ставших за это время для меня настолько близкими?
Вливание жизненной силы произошло как никогда вовремя. Моему возлюбленному явно становилось лучше, он вот-вот мог прийти в себя, и я ни за что на свете не хотела пропустить этот момент. Я почти не отходила от его постели, в свободное от процедур время просто сидела рядом, держа за руку. Машинально поглаживала кончиками пальцев синеватые жилки под изрядно побледневшей кожей и тихонько напевала что-нибудь, как детям, когда укладывала их в кроватки… Правда, теперь часто мешал тугой ком в горле, а видеть окружающий мир в деталях не давала радужная пелена горячей соленой влаги, застилающая глаза…
Может быть, мои слезы донесли какие-то недостающие молекулы, которых не хватало, чтобы замкнуть цепь и возобновить циркуляцию жизненных сил… Может, просто пришло время и в этот момент восстановилась последняя жизненно важная связь, – до сих пор не знаю, да и черт с этим всем! Когда будет совсем свободное время, непременно поинтересуюсь, что на этот счет предполагают умные мира сего, но сейчас… Я так ждала этого, но сначала не поверила, что вижу наяву, как шикарные ресницы Дина дрогнули, веки приоткрылись, а с трудом разомкнутые губы пропустили на выдохе слова русскоязычной версии любимого хита из репертуара Джо Дассена.
Наверное, у каждой пары есть любимая музыка или песня, которая обоим напоминает о каких-то особо важных моментах, пережитых вместе. Была такая и у нас… Мне доводилось услышать ее в разном исполнении, но самым радующим душу, самым желанным стало то, что происходило сейчас: хриплый слабый голос едва слышно произносил:
– Если б не было тебя…[40]
Сначала речь давалась ему очень тяжело, поэтому больше говорила я. И еще больше мы просто молчали, будучи не в силах расстаться хоть на минуту. Но все же один диалог состоялся – видимо, очень важный для него…
– Знаешь, все хочу спросить…
– О чем?
– О том, почему ты вообще все это затеяла… Может, потому, что чувствовала себя в долгу за откупленную жизнь?
Долгий взгляд глаза в глаза… Не знаю, что уж он рассмотрел, только его зрачки медленно, но верно стали наливаться золотым свечением. Я же, задетая почти всерьез дурацким предположением на свой счет, предложила с преувеличенно любезной улыбкой:
– Спроси, рискни здоровьем!
– Пожалуй, все-таки не стану! Пять лет назад не удержался бы, но сейчас…
– Что?! – подозрительно прищурилась я.
– Только скажу: спасибо, любимая!
– Хвала богам – всем, какие только есть! Неужели ты наконец-то поумнел, хотя бы местами?! Не верю своим глазам!..
– Хвала богам – всем, какие только есть! Неужели ты наконец-то это заметила?! Не верю своим ушам!..
– Надеюсь, в твоем царственном организме все же остались достойные доверия места? Хотя бы некоторые?
– Мм!.. Знаешь, любимая…
Но в настоящий момент меня разговоры совсем не привлекали – слишком уж хотелось поскорее увидеть своего короля в хорошей форме и добром здравии. Поэтому все поползновения к высказываниям были быстро прекращены – сначала кормежкой с рук, затем из губ в губы… Надо ли пояснять, что финал у этой беседы получился вполне ожидаемый, закономерный и очень даже оздоровительный – для обоих?
У
