Сначала о хорошем. Я и мои товарищи в один миг решили все финансовые проблемы, как текущие, так и будущие. Государство берёт у нас золото за 50–60 процентов от реальной стоимости. Таков уговор. Сдаёшь килограммовый брусок презренного металла и получаешь от государства 100–120 монет. И даже с учётом этого, несмотря на перенасыщенность имперской экономики золотом, с условием, что добычу примут за половину реальной стоимости, у меня окажется тридцать миллионов. Огромные деньги, которые помогут развить колонию, отремонтировать корабли, закупить в Метрополии и у соседей необходимые товары, оружие, пушки, боеприпасы, топливо и так далее.
Однако чем больше успеха и славы, тем больше завистников и недоброжелателей. В последнее время отношения с родиной ухудшаются, и обязательно найдутся люди, которые станут нашёптывать императору обо мне, Бурове и Семёнове гадости. К гадалке не ходи, именно так и будет. Скажут, что я сепаратист, потенциальный мятежник, сволочь и мерзавец. После чего Метрополия ещё сильнее закрутит гайки, а то ещё хуже – пришлёт по мою душу карателей. Это, конечно, только догадки и предположения, но история человечества знала немало примеров, когда успешные люди, истинные патриоты своей родины, становились жертвами правителей. Мне это известно, и я не хочу оказаться на их месте.
А далее из всего вышеизложенного вытекает вопрос: что делать? Если бы мы знали, какой окажется реальная добыча, наверное, сговорились бы хранить тайну о том, сколько именно золота захватили. Но что произошло, того не изменить. О добыче известно всему войску, и, если мы промолчим, правду расскажут штатные стукачи ГБ и самые обычные болтуны. Поэтому ничего скрывать не станем. Сдадим столько драгметалла, сколько империя выкупит, а остальное пусть лежит в подвалах, пылится и ждёт своей очереди на переплавку в монеты. Ну а если Метрополия откажется выкупать золото, можно и самому печатный станок запустить. Благо оборудование есть, укромных мест в моих владениях хватает, и надёжные люди найдутся…
За работой, контролем погрузки и обсуждением планов время летело незаметно. Уже в сумерках был загружен последний грузовик, и мы покинули разорённый Бирмингем. Хотя Кара, которому я сообщил, что отпустил пленного герцога, немного побузил. Ему не понравилось, что я единолично принял такое решение, но догнать лидера мавров он уже не мог. Так что поскандалил и успокоился.
В городе ещё оставались тысячи жителей, раскуроченные мастерские и большие запасы продуктов. Будь побольше времени, могли бы вывезти ещё немало ценного. Однако жадничать не стоило, ибо на фоне того, что мы уже захватили, в столице мавров сплошная мелочовка.
27
ВМБ «Гибралтар»
25.05.2073
– Вы обязаны подчиниться! Такова воля императора!
Услышав эти слова, я с ненавистью посмотрел на того, кто их выкрикнул.
Я – граф Александр Мечников, хозяин форта Передовой и нескольких районов бывшей провинции Галисия. Я – воин и колонизатор. Я – человек, которого уважают и боятся соседи. Я – тот, с чьим мнением они вынуждены считаться. Я поднял восстание против Средиземноморского альянса, ослабил врага и способствовал победе моей страны в войне. Я прошёл со своим отрядом от Балтики до Чёрного моря. Я добыл для империи ядерные боезаряды. Я разгромил орды дикарей и поставил на колени самый сильный анклав Британии. Я первым пошёл на разведку к берегам Северной Америки и вернулся. Я делал то, о чём другие только мечтали. Это всё я, и мои заслуги перед империей неоспоримы. Но… Перед словом императора Ильи Первого, которое принёс генерал-майор Сбыховский, я вынужден склонить голову… Или всё-таки нет?
«Не торопись, – постарался я задавить клокотавшую во мне ярость. – Потяни паузу. Следи за тем, что скажешь».
Мой взгляд скользнул по лицу пожилого полного мужчины в полевом мундире с погонами генерал-майора, и я стиснул зубы…
Итак, мы ограбили Бирмингем, оторвались от балтийцев, которые сцепились с маврами, и с победой вернулись в Передовой, где поделили добычу. С золотом, как и с рабами, которые могли стать колонистами, всё понятно, раскинули по весу и по головам. А вот насчёт остального немного поспорили. Каждый старался урвать самое ценное и не продешевить. Но в итоге договорились. Автомобили, станки и трофейное вооружение забрал Семёнов, ему также досталось нефтеналивное судно (танкер). На долю Бурова – тральщик-искатель мин «Hunt», два сейнера, два траулера, четыре яхты, морские прогулочные катера, один морской буксир, дизель-генераторы, запасы продуктов и взятая на складах Бирмингема мелочовка: ткани, одежда, обувь и так далее. Ну а мне – патрульные катера типа P2000, два морских буксира, хорошая яхта и оборудование по производству синтетического топлива вместе с захваченными специалистами.
Расставались на пару-тройку недель, поскольку знали, что в конце мая из Метрополии придёт караван и мы соберёмся в «Гибралтаре» на торги. Всё хорошо, проблем нет, и впереди радужные перспективы. Хотя один момент нас беспокоил. Если быть более точным – отношение императора к тому, что мы притащили из похода огромнейшую добычу. Отчёт, конечно, отправили и ничего не утаили. Так, мол, и так, отец-государь, кормилец-поилец, во славу империи твои верные вассалы сходили в Британию, разбили нехороших мавров, освободили угнетённых белых братьев и взяли вражескую казну. Готовы служить дальше, верные тебе имперские дворяне. Стандартная отписка. Вот только Метрополия не ответила. Империя хранила молчание, и нас это настораживало.
Впрочем, у нас было столько забот, что забивать голову лишними думками не стоило. И вскоре мы разбежались по своим владениям.
Три недели пролетели незаметно. С «Гибралтара» сообщили, что караван на подходе, и я, погрузив на корабли часть золотого запаса, отправился в гости к Семёнову.
Обычно ВМБ «Гибралтар» встречала нас с радостью – не чужие люди. Но не в этот раз. Я сразу почуял неладное, а верный разумный пёс подтвердил,
