– Приди ко мне… приди!
Он знал его имя. Идол в руках Горела оставался неподвижным. Ноги не слушались. Он чувствовал, как его охватывает спокойствие, а лицо становится умиротворенным. Он вышел на Тропу Вознесения и начал подниматься по ней.
– Много столетий я не встречал людей из Голириса… – сказал голос.
– Ты знаешь о Голирисе?
Губы его шевелились, но срывались ли с них какие-нибудь звуки, не имело значения. Была ночь. Он один на Тропе. Позади лежал мертвый Девлин, умирал Мозер. Еще одна неудачная работа в целой цепи таких же провалов. Но сейчас для Горела все это утратило важность.
– Многие слышали о Голирисе, но никто не видел его, – произнес голос в его голове. – Ты все еще его ищешь?
– Всегда.
– Пора отдохнуть, Горел. Пусть не будет ни желаний, ни потребностей. Я – все, что тебе нужно.
– Нет! – возразили его губы. Его губы не желали повиноваться приказам бога. – Скажи мне. Скажи, как найти путь домой.
– Рано или поздно все кончается, Горел из Голириса. Гибнут империи.
– И твоя?
Но бога его ответ не позабавил.
Горел поднимался и поднимался – без конца. Физические усилия, которых требовал подъем, ничего для него не значили, ведь сейчас он по-настоящему был во власти «черного поцелуя», и каждой клеточкой своего тела ощущал блаженство; он был счастлив, так счастлив, как только может быть счастлив человек.
И все-таки он сопротивлялся. По-прежнему боролся с коварным «черным поцелуем» бога. А ноги продолжали нести его – шаг за неудержимым шагом.
И вот он снова оказался на краю Падения.
Поблизости гремел водопад. В восходящих облаках брызг сверкала лунная радуга.
– Приди ко мне, Горел из Голириса, – сказал бог. – Приди!
Невозможно было противиться Призыву.
Но он медлил. Хорошо, подумал он, что я сумел заранее подготовиться к этому. И Горел занялся вещами, которые оставил здесь, у Падения, как раз на такой случай. Голос бога в его голове подозрительно спросил:
– Что ты делаешь?
Но Горел не ответил. Зов бога звучал громче и настойчивей, и сопротивляться ему было уже невозможно.
На мгновение Горел вспомнил обо всех бесчисленных живых существах, которые приходили сюда до него и сгладили своими ногами камень скалы. Потом и он сделал несколько последних шагов к самому краю и полетел вниз, навстречу своей судьбе.
13– Что ты сделал? – спросил бог.
14Первое столкновение оказалось самым скверным. Он ударился о ревущую массу воды, и защитная одежда не смогла погасить этот удар. Потом тросы, прицепленные к обвязке, потянули, и он взлетел вверх, потом снова рухнул вниз, к новому столкновению, но на этот раз не столь сокрушительному; потом прыжки замедлились, и он смог контролировать спуск.
– Что ты сделал! – взревел бог.
Вода падала и падала, толкая его вниз, вниз, вниз, в Священный Бассейн, ударяя о скалы, но Горел приветствовал боль и превратил ее в преимущество. «Поцелуй» больше не держал его. Призыв бога никогда не предназначался для тех, кто достиг Падения, и теперь у него не было власти над Горелом. Он медленно-медленно травил трос, надеясь, что тот выдержит, и постепенно спускался с утеса.
– Расскажи, – потребовал Горел. – Расскажи все, что знаешь о Голирисе.
– Тогда присоединись ко мне. Стань частью меня! И ты будешь знать все, что знаю я.
– Нет.
– Пожалуйста, – сказал бог. – Пожалуйста.
Горел не знал, долго ли длился спуск. Дно внизу казалось неясным пятном. Над головой возвышался невозможно высокий утес. Но наконец он нашел то, что искал. Забился в воздухе, потом прошел через водяную завесу и оказался в пещере, скрытой за водой. Он отцепил обвязку и упал на сухой каменный пол.
И некоторое время лежал, тяжело дыша.
– Ты пришел убить меня! – обвинил его голос. Теперь он звучал испуганно.
– Расскажи мне то, что я хочу знать.
Горел увидел, что это естественная пещера в скале. Когда-то, много тысяч лет назад, она использовалась как усыпальница, в углублениях стены лежали скелеты людей и эбонгов.
Потом она стала своего рода храмом. У дальней стены стоял алтарь, а на нем – примитивная каменная фигура. Что-то живое пряталось за ней, существо вроде хорька или водяной крысы. Злые глаза смотрели на него из тени, но он не обращал на это внимания. В руке он держал синий образ.
– Расскажи, – повторил он.
– Я могу только показать.
В голове замелькали образы. Он проживал сотни мгновенных жизней. Увидел, как впервые пришел на утес наемник-эбонг и с любопытством посмотрел вниз; вверху пролетел авианин и с радостным криком устремился вниз, в воду; экспедиция исчезнувшего народа зулов пришла сюда в поисках оружия и стала жертвой Призыва; охотничий отряд мерлангаи, живущих на воде, приплыл по Нириан и слишком поздно понял, что становится частью бога.
Он увидел, как растет и расцветает маленькая деревня внизу, как становится поселком и наконец большим городом. Видел, как со всех концов в этот город, где над улицами и домами лежал, как заклятие, «поцелуй», сходились люди. Небольшая цена за счастье, подумал он. Время от времени кто-нибудь из жителей города слышал Призыв и поднимался по тропе, чтобы стать частью бога. В сущности не слишком дорогая цена.
– Видишь? Присоединись ко мне! – сказал бог.
– Покажи мне Голирис.
И тут он увидел его. Маленькую фигурку, поднимавшуюся от мертвых земель, волшебника из Голириса. Горел его узнал: слуга отца, второстепенный маг, служивший во флоте, всего лишь еще одно лицо в коридорах дворца; он мог когда-то вежливо улыбнуться ребенку, будущему королю.
Он пришел, прожил какое-то время в городе, услышал Призыв и откликнулся на него.
И Горел понял, что этот человек и сейчас с богом, прочел ненависть и отвращение в его сознании и увидел, что эти ненависть и отвращение обращены внутрь, на самого предателя. Затем он увидел, как волшебники Голириса собрались в темной комнате, увидел, как зреет заговор против королевской семьи. Он увидел, как его самого, совсем маленького, увозят, а отца убивают, увидел беззвучный крик матери, увидел опустевший трон, и затянувшую его паутину, и побелевшие черепа.
– Как мне теперь найти его? – спросил он у призрака.
И услышал, точно слабое эхо:
– Тебе никогда его не найти…
Горела из Голириса охватила ярость, и на время он забыл, где находится. Но постепенно опомнился. Голос бога, слабый, очень испуганный, спрашивал снова и снова:
– Что ты сделал? Что ты сделал?
Горел сидел в пещере, скрестив ноги, и смотрел на водопад. Но, как ни странно, ему казалось, что вода падает все медленнее. Поток иссякал. Водная занавеса разошлась, и голос бога воскликнул:
– Что ты сделал? Ты убиваешь меня!
Но Горел ничего не сделал.
Рядом с ним медленно растекался маленький синий образ.
Водопад умирал.
Все меньше воды стекало вниз, и вот уже Горел мог выглянуть из пещеры и увидеть чистый воздух. Наконец все завершилось, и он подошел к краю, посмотрел вниз и увидел бассейн, теперь не священный. В воде по-прежнему лежали трупы. Он посмотрел вверх и
