— Вы сообщили в вашем доме о случившемся?
— Никому, за исключением жены.
— Графиню, конечно, это поразило?
— О да! С ней чуть дурно не сделалось. Вы, конечно, понимаете, господин Путилин, что мы взволнованы не пропажей этой незначительной суммы, а таинственностью этой пропажи. Мы, стало быть, не защищены в нашем доме от появления неведомых злодеев, проникающих через запертые двери. Вот я и решил обратиться к вам с большой просьбой расследовать это темное дело.
Путилин несколько минут помолчал, что-то обдумывая.
— Хорошо, граф, — нехотя проговорил он. — Я не считаю себя вправе по долгу службы отказывать вам в этом, хотя…
— Что «хотя»? — удивленно поднял брови граф С.
— Хотя… я страшно занят в настоящее время. Я должен посетить ваш дом, чтобы лично осмотреть место преступной кражи. Вы позволите приехать к вам вдвоем с доктором?
— О, пожалуйста! — вставая и прощаясь, ответил аристократ.
Когда мы остались одни, я обратился к Путилину:
— Не правда ли, случай не из обыкновенных?
— Сверхъестественный, доктор, — усмехнулся он.
Не прошло и получаса, как тот же агент подал Путилину новую карточку.
На ней стояло: «Князь Владимир Андреевич Д***».
— Ого! — вырвалось у Путилина.
— Что это сегодня за сиятельные посещения? — прошептал я, сильно заинтересованный.
Вошедший князь Д. являлся полной противоположностью графу С. Чрезвычайно милый, любезный, с добрым, открытым лицом, живой до удивительности, несмотря на изрядную толщину.
— К вам, дорогой господин Путилин, к вам — краса и гордость русского сыска! — затрубил он, протягивая руку сначала Путилину, а потом мне. — Черт знает что такое!
— Садитесь, князь. Успокойтесь… В чем дело? Что случилось?
— Да пакость, говоря откровенно, преизрядная. Сегодняшней ночью…
— Вас обокрали, князь?
Симпатичный толстяк вытаращил на Путилина глаза.
— А… а вы почему это знаете?
— Я должен знать всего понемногу. Что же у вас похищено, князь?
— Собственно, не у меня, а у моей жены. У нее украдены бриллианты и другие драгоценности на очень солидную сумму.
— Благоволите, князь, рассказать мне, как было дело, все подробно.
— Вчера мы возвратились с бала около трех часов ночи. Жена направилась к себе, я — к себе. Вдруг я вспомнил, что забыл ей передать одно важное известие. Когда я вошел в будуар, камеристка уже помогла жене раздеться и облачиться в пеньюар. Я застал жену за тем, как она складывала свои драгоценности в футляры. Передав ей то, что было надо, я пожелал ей покойной ночи и ушел. Я слышал, как она заперла изнутри дверь на ключ. Утром, часов в двенадцать, только что я собирался ехать на экстренное заседание Совета, как вдруг является ко мне княгиня. Она была страшно взволнована, бледна, растеряна.
«Мой друг, — сказала она мне, — у нас несчастье. У меня исчезли бриллианты». — «Как? — воскликнул я. — Когда? Каким манером?» — «Я проснулась и, прежде чем позвонить камеристке, подошла к туалетному столу… футляры были пусты».
Толстяк князь в волнении прошелся по кабинету Путилина.
— Так как ночью войти к моей жене никто не мог, ибо дверь была заперта на ключ, то выходит, что единственным человеком, на кого может пасть подозрение в похищении бриллиантов.
— …Являетесь вы, князь, — улыбнулся Путилин.
— Честное слово, дорогой господин Путилин, это так! — с шутливым пафосом воскликнул симпатичный князь Д. — Но так как все-таки бриллианты своей жены я не похищал, то…
— …То я должен помочь отыскать настоящего вора. С большим удовольствием сделаю это для вас, князь.
По уходе князя я обратился к своему славному другу:
— Однако какое странное совпадение: в одну и ту же ночь две такие крупные кражи.
— Две? Я не поручусь, что сегодня или завтра ко мне не поступят новые заявления, — усмехнулся он.
— Признаюсь, тебе предстоит трудная задача — раскрыть эти преступления. Сколько я понимаю, они совершены чертовски ловко, таинственно.
— Ты прав, но только отчасти, доктор. Самое легкое в этом деле — отыскать похитителей…
— Как?! — перебил я Путилина. — Ты находишь очень легким делом отыскать похитителей?
— Прошу не перебивать меня, доктор… Да, говорю я, самое легкое — отыскать воров, но самое трудное — отыскать то место, то лицо, куда попали деньги и бриллианты.
Я ровно ничего не понял из этого объяснения моего друга.
— Бог с тобой, друже, ты постоянно любишь угощать меня загадками!..
О кабинете и будуареНадменный аристократ граф С. провел нас в свой роскошный кабинет.
Прежде чем войти в него, Путилин стал внимательно осматривать дверь.
— Я попросил бы, ваше сиятельство, дать мне какой-нибудь высокий стул.
Рука графа потянулась к сонетке.
— Нет, в ваших личных интересах я предпочел бы, чтобы вы не звали прислугу, а дали стул мне сами, граф. Вы ведь говорили, что пока никто еще в доме, за исключением вашей супруги, не знает о случившемся. Зачем же нам посвящать прислугу в наши предварительные розыски?
Великолепный граф передернул плечами и из соседней залы принес дорогой палисандровый стул.
Честное слово, я хохотал в душе! Наверно, этот гордый барин впервые подает стул мужчине.
Путилин встал на него и стал что-то осматривать в верхней части высокой двери.
Через несколько секунд он слез со стула, и мы вошли в кабинет.
— Деньги похищены из этого письменного стола? — спросил он.
— Да.
— Покажите, пожалуйста, из какого ящика. — Граф С. указал на верхний правый ящик. Путилин открыл его и низко-низко наклонил к нему свое лицо, так что его нос касался края ящика. Прошло несколько секунд.
— Скажите, пожалуйста, граф, какими духами вы душитесь? — вдруг задал он быстрый вопрос графу.
