— Это про что?
— Он говорит, что мы зря усадили тебя за баранку, что ты можешь заниматься куда более серьезными делами. Сам-то я, если по-честному, совсем не был в этом уверен.
Фредди замолчал, словно ожидая, что Райделл обидится.
— Ну и?
— Ты заметил, что у мистера Уорбэйби на ноге шина?
— Да.
— Ты знаешь этот мост, на который ты еще показывал?
— Да.
— И ты помнишь снимок этой рассыльной соплячки, малолетка такая, крутая, как яйцо?
— Да.
— Ну, так вот, — вздохнул Фредди, — мистер Уорбэйби уверен, что она-то и обворовала этого мужика. И она живет на мосту. А мост этот самый — местечко страшное, жуткое. Там сплошные анархисты, жуть сплошная…
— А я слышал, там самые обыкновенные люди, бездомные. — Райделл смутно припомнил какой-то старый документальный фильм о мосте. — Устроились там и живут.
— Хрен там, бездомные. — Для убедительности Фредди сжал правую руку в кулак и стукнул по ее сгибу ребром левой ладони. — Бездомные, они живут на улице. А эти, на мосту, они же все там сатанисты и хрен знает что. Вот ты, наверное, думаешь, что можешь пойти туда и так себе спокойно разгуливать? Хрен ты там погуляешь. Они ж туда только своих пускают. Это у них вроде как культ, инициации и все такое, белье-мое.
— Инициации?
— Черные инициации, — наставительно поднял палец Фредди.
Нужно думать, ухмыльнулся про себя Райделл, красавчик не имеет в виду расовый аспект этих ритуалов.
— О'кей, — сказал он вслух, — только как это все связано с ногой мистера Уорбэйби?
— Вот там-то, на мосту, ему и повредили колено, — торжественно поведал Фредди. — Он пробрался туда, отчетливо понимая, что рискует своей жизнью, но он был готов на все, лишь бы спасти это дитя. Маленькую девочку. — Фредди прямо упивался своим повествованием. — Эти суки с моста, они же часто это делают.
— Что — «это»? — в глазах Райделла стояли постные, невыразительные физиономии «Медведей-Шатунов».
— Воруют детей, — объяснил Фредди. — И теперь ни мистер Уорбэйби, ни я, ни один из нас не может и близко туда подойти, ведь эти суки, они на нас охотятся, понимаешь?
— А потому вы хотите, чтобы туда пошел я?
Райделл запихнул скомканную салфетку в картонную коробку из-под кимчи.[131]
— Пусть уж мистер Уорбэйби сам все это объясняет, — вздохнул Фредди. — У него лучше получится.
Они нашли Уорбэйби там же, где и оставили, — в темноватом, с высоким потолком кафе; район, сказал Фредди, зовется Норт-Бич. На Уорбэйби снова были эти хитрые очки, но что уж там изучал знаменитый сыщик, оставалось полной загадкой.
Райделл прихватил из машины свой синий «самсонит» и мешок с покупками, ему не терпелось переодеться. Туалет в кафе имелся всего один, на одну персону вне зависимости от пола, в туалете этом была даже ванна, так что он вполне заслуживал гордое название «ванная комната». Судя по всему, ванной этой никто никогда не пользовался — на внутренней ее поверхности была намалевана русалка в натуральную величину. Неизвестный злоумышленник прилепил к животу морской девы коричневый окурок, чуть повыше того места, где кончается кожа и начинается чешуя.
Райделл обнаружил, что Кевиновы брюки лопнули сзади по шву, и с тоской задумался, сколько же это времени разгуливал он в таком вот пикантном виде, с голой задницей. Ладно, будем считать, что авария произошла только что, в машине, иначе кто-нибудь да сказал бы, да хоть тот же самый Фредди. Он снял интенсекьюровскую рубашку, затолкал ее в урну для мусора, надел одну из черных футболок, расшнуровал ботинки и задумался. Предстояла сложная задача — переодеть трусы, брюки и носки, ни разу не встав босыми ногами на подозрительно мокрый пол. Залезть в ванну? Да нет, там тоже грязно. В конечном итоге ему удалось выполнить все необходимые операции, сперва — стоя на снятых ботинках, а затем — полусидя на стульчаке; вся старая одежда отправилась в ту же самую урну. Размышляя, сколько же там осталось на этой голландской кредитной карточке, Райделл переложил бумажник в правый задний карман новых джинсов, а затем надел бордовую куртку. Умылся под жиденькой струйкой чуть тепловатой воды. Причесался. Уложил остальную одежду в «самсонит», не забыв и магазинный мешок — пригодится для грязного белья.
Хорошо бы, конечно, принять душ, но с этим придется повременить, переодеться удалось — и то слава богу.
На этот раз очки Уорбэйби оказались прозрачными.
— Фредди рассказал тебе немного насчет моста?
— Ну да, — кивнул Райделл. — Они там все сатанисты, пьют кровь христианских младенцев.
Уорбэйби сверкнул глазами на скромно потупившегося Фредди.
— Описание излишне колоритное, однако, очень близкое к истине. Место не из самых приятных. К тому же оно фактически выпадает из сферы действия правоохранительных органов. К примеру, там ты не встретишь наших друзей Шитова и Орловского, во всяком случае — в их официальном качестве.
Еще один ледяной взгляд, и улыбка, появившаяся было на лице Фредди, увяла.
— Фредди мне все уже объяснил. Вы хотите, чтобы я отправился на мост и нашел эту девушку.
— Да, — мрачно кивнул Уорбэйби, — совершенно верно. Очень хотелось бы сказать тебе, что ничего опасного там нет, однако это не так. К крайнему моему сожалению.
— Да-а… И насколько же это опасно?
— Очень, — вздохнул Уорбэйби.
— А эта девушка, она что, тоже опасна?
— В высшей степени, — отчеканил Уорбэйби. — Тем более что внешность ее не внушает ни малейших опасений. Да что там говорить, ты же сам видел, что они сделали с горлом этого человека.
— Господи, — поражение выдохнул Райделл, — неужели вы думаете, что эта девочка способна на такое?
— Ужас, — печально кивнул Уорбэйби. — Люди делают ужасные вещи.
Только теперь, вернувшись к машине, Райделл заметил, что припарковал ее прямо под огромной стенной росписью. Джей-Ди Шейпли, в черной кожаной куртке на голое тело, возносится в рай на руках полудюжины белокудрых, предельно педерастичных ангелов. Голубыми сверкающими спиралями ДНК, исходящими из его живота, Шейпли поражал вирус СПИДа — ржавый, отвратительного вида шар со множеством зловещих механических лап, очень похожий на боевую космическую станцию из какого-нибудь фантастического фильма.
До чего же это было дико — быть этим вот парнем, Шейпли. А быть кем-нибудь другим, разве это не дико? Тоже дико. Но вот что особенно дико, так это быть Шейпли и умереть, как он, а потом глядеть на эту вот картинку.
«ТЕПЕРЬ ОН ЖИВЕЕ НАС, — гласила надпись большими, в добрый фут высотой, буквами, — И ТОЛЬКО ИМ МЫ ЖИВЕМ».
Истина, с которой мог бы поспорить разве что Саблетт, так и не сделавший себе ни одной прививки.
