Мари действовала, не задумываясь. Она жестом велела Джексому и Нику стоять на месте и подошла к Даните. Она взяла девушку за плечи, загородив собой Джексома.
– Джексом не опасен. Зора его омыла.
– Он был с ними! Он один из них!
По щекам Даниты заструились слезы, но ее голос звучал сильно и уверенно.
– Он был болен. Очень болен. Не просто ночной лихорадкой, а гораздо хуже. Но теперь он снова прежний Джексом. – Мари быстро окинула взглядом круг в поисках Антреса и Баст, но беспокоилась она зря. Рысь уже мчалась к ним. Оскалив зубы и злобно шипя на Джексома, она заняла оборонительную позицию у ног Даниты. – Смотри, здесь Баст.
– Баст? – Данита растерянно захлопала глазами, а потом ее рука скользнула вниз, машинально погладив рысь по голове. – Баст не позволит ему до меня добраться.
Рысь низко зарычала, прижала заостренные черные уши и снова зашипела на Джексома. Мари скорее почувствовала, чем увидела, как мужчина попятился.
– Прости меня, Данита. О Богиня, пожалуйста, прости меня, – сказал он.
– Что случилось? – Антрес подбежал к ним с кинжалом в руке, на которой вдруг выросли длинные острые когти.
– Держись поближе к ней, – шепнула ему Мари. – Джексом не опасен, но, боюсь, это не отменяет вреда, который он успел нанести.
К его чести, Антрес не стал задавать вопросов и медлить. Он быстро кивнул и встал рядом с Данитой, скрестив на груди руки и всем своим видом показывая, что если кто-то вздумает навредить девушке, то сначала ему придется пройти мимо него и его рыси.
– С Антресом и Баст ты в безопасности, – сказала Мари Даните.
– Д-да… – Ее голос дрожал, но она осталась стоять на месте, когда Мари отпустила ее плечи и повернулась к толпе, которая начала к ним стягиваться.
Мари заметила, что О’Брайен, Шена и Дэвис переместились и теперь стояли рядом с Ником у самой границы круга. Капитан, как и Баст, настороженно сверлил Джексома сердитыми умными глазами цвета янтаря. Даже маленький Кэмерон отбросил щенячью игривость. Задрав уши и хвост, он стоял рядом с Дэвисом, не меньше любого Воина готовый сражаться насмерть бок о бок со своим спутником.
– Что случилось с Зорой? Она умерла? – вскрикнула в ужасе Изабель, и внимание Клана обратилось на неподвижное тело Жрицы, которое Ник все еще держал на руках.
– Они убили Жрицу Луны! – закричал кто-то, и крик подхватил весь Клан:
– О Богиня! Они убили Зору! Спасайте Мари! Спасайте нашу последнюю Жрицу Луны!
Все как одна женщины бросились вперед, хватая факелы, поджигая ветки и угрожающе замахиваясь на Ника и Джексома.
– Нет! Зора жива! Она спит! Она выпила макового чаю! – Мари попыталась перекричать гвалт и истерию, но ее слова потонули в ненависти и страхе. С ужасом она увидела, как одна из женщин – а потом еще одна – подобрала камень и подкинула его на ладони, примериваясь.
Времени на размышления не было: надо было действовать, и Мари действовала инстинктивно. Она подбежала к Нику и Джексому и потянулась за силой к висящей над деревьями масляно-желтой луне. Она вытянула руки так, словно могла коснуться луны пальцами, и представила, как серебристая лунная магия изливается на нее, заполняя светом и силой и меняя ее голос так, чтобы Клан уже не мог ее игнорировать.
– ОСТАНОВИТЕСЬ!
* * *Ник почувствовал, как изменилось настроение Клана в тот момент, как кто-то выкрикнул, что они убили Жрицу Луны. Он вполголоса выругался, сообразив, что оставил арбалет в норе. Нож – у меня есть нож. Надо опустить Зору на землю и встретить их, хотя мне и не хочется причинять вред кому-то из клана Мари!
Когда Баст зашипела на Джексома, тот отступил и теперь стоял, совсем юный и потерянный, позади Ника. Ник хотел сказать ему, что понимает, что чувствует парень – что он знает, каково это, когда от тебя отворачиваются люди, которым ты доверял, – но тут Мари вскинула руки, и ее тело начало светиться.
– ОСТАНОВИТЕСЬ!
Слово прокатилось по Клану, как каяк на волне. Клан нерешительно застыл, заколебался и, наконец, снова собрался, но на этот раз женщины притихли и во все глаза смотрели на Мари.
Не опуская рук, Мари с негодованием воззрилась на свой Клан. Ее глаза из серых стали серебристыми; волосы словно впитали в себя лунный свет и из пшеничных стали ослепительно белыми. Ее тело не просто светилось серебром, как это было с Зорой совсем недавно, когда она омыла Клан и пригласила Мари присоединиться к танцу в честь Бельтейна. Тело Мари мерцало и излучало такой яркий серебряный свет, что у Ника перед глазами начинали плясать пятна, если он смотрел на нее слишком долго.
Не смотреть он не мог. Мари была прекрасна. Он увидел в ней богиню и, растерявшись перед ее божественностью, опустился на колени, осторожно положив Зору на землю. Сбоку от него Дэвис тоже встал на колени, а после секундной заминки к ним присоединились Джексом, Шена и О’Брайен.
– Клан плетельщиков, услышь мои слова и узри свою Жрицу Луны! – Голос принадлежал Мари и в то же время был чужим. Ник узнал его, но, усиленный магией лунного света, тот гремел над поляной в несколько раз громче обычного. – Зора жива, хотя она страдает от той же болезни, что коснулась Джексома и заставила его совершать ужасные вещи.
– Это Племя принесло с собой заразу! Это знак от Великой Матери, что нам не следует якшаться с Псобратьями! – выкрикнул кто-то из плохо освещенной части круга.
– Как смеешь ты изливать ненависть и утверждать, что говоришь за Богиню! Мать-Земля не злопамятна и не жестока. Она не отворачивается от тех, кто нуждается в помощи. – Мари, казалось, стала выше от праведного гнева. – Быстро же вы обвинили во всем Псобратьев – почти так же быстро, как Племя обвинило в своих бедах меня. – Она неприязненно покачала головой. – И тем не менее Псобратья, от которых вы с такой готовностью отвернулись – которых собирались забить камнями до смерти, – стоят на коленях перед вашей Жрицей.
– Они знают, что мы можем убить их и скормить жукам! – раздался все тот же жесткий голос.
Мари вспыхнула так ярко, что те, кто стоял рядом, прикрыли глаза ладонями, защищаясь от ее света.
– Сначала вам придется иметь дело со мной!
Даже Ник вздрогнул от прозвучавшего в ее голосе пыла. Да, это была группка почти безоружных женщин, и у них не было собак, которые могли бы их защитить. Но если Клан нападет, Нику и остальным Псобратьям придется защищаться, и, как бы они ни старались обойтись малой кровью, женщины пострадают. Вероятно, кто-то погибнет. Не такого начала
