— Мне пришла в голову опасная мысль, — произнесла Вароса Уман.
— Не удивлен, — ответил Сити.
— Каждый разумный вид, пославший посетителей в обитаемый мир, очевидно, прошел через тот же жуткий опыт, что и мы. Некоторые могли не пережить его. Если наш опыт типичен, то каждый, кто получает Послание, реагирует точно так же, когда после собственного Потрясения встречает посетителей. Послание — великий учитель. Оно учит нас, что контакт с другими цивилизациями — это опасный сбой.
Два большекрылых хищника спикировали к воде прямо под балконом. Темно–красное оперение их крыльев создавало приятный контраст с серым цветом моря и неба.
— Думаю, может быть полезно, если кто–нибудь поищет альтернативный образ действия, — сказала Вароса Уман.
Сити пробежался пальцами по тыльной стороне ее ладони. Они были женаты восемьдесят два полных цикла: совершенно осознанные две тысячи четыреста лет. Он знал, когда стоит говорить, а когда — молча напомнить, что он рядом.
— Допустим, кто–то попробовал бы другую роль, — продолжила Вароса Уман. — Допустим, мы бы предложили провести этих посетителей через все изменения, с которыми им предстоит столкнуться. Шаг за шагом.
— Как старший, более опытный вид.
— Каким мы и являемся. По крайней мере — в этой области.
— Нам пришлось бы поддерживать контакт, — заметил Сити. — И они тоже бы влияли на нас.
— Что грозит нам еще большими потрясениями. Я бы нарушила порядок, если бы только упомянула об этой идее при Мансите Яно.
— А интеграторам ты говорила об отклонении твоей мысли от курса?
— Они ответили мне в стандартном режиме. Обратили внимание на опасности. Я попросила их принять решение, но они ответили, что они — всего лишь машины, а я — инспектор ситуации.
— И они выбрали тебя, поскольку их процедуры сбалансировали все значимые факторы — смотри прикрепленный список — и решили, что ты лучший из всех доступных кандидатов.
— Думаю, достаточно очевидно, что меня назначили потому, что из претендентов с минимально необходимым им опытом я больше всех разделяю взгляды авантюриста.
— Ты определенно симпатизируешь ему больше, чем Мансита Яно. Насколько я помню, последняя выходка Ревутева Маварки вызвала у тебя заметную вспышку веселья.
Сити был убежден, что хочет вступить в постоянную связь с ней, еще до того, как закончился их первый совместный активный период. Она противилась этой идее вплоть до половины их следующего цикла бодрствования, но знала, что рано или поздно с кем–нибудь пару она составит. Они оба принадлежали к типу, для которого стремление сформировать постоянную связь было основополагающим. И оно только усилилось вскоре после того, как Вароса Уман и Сити приняли взаимные обязательства, отрегулировав свои личности и устранив разрушительные убеждения.
Сити с трудом понимал Ревутева Маварку. Человек, который похитил женщину лишь для того, чтобы удовлетворить преходящее желание? И породил беспорядки, затронувшие сотни жителей?
— Через двадцать лет она не будет значить для него ничего, — сказал тогда Сити. — И он это знает.
— Он импульсивен, — отозвалась Вароса Уман. — Я не могу позволить себе забыть, что он импульсивен. Все непредсказуемо.
* * *«Транскультура» задала все требуемые вопросы и просмотрела все предложенные документы. Эмиссар по имени Вароса Уман Деун Малинво… удовлетворяла всем критериям, говорившим, что она представляла законную государственную власть.
— Верно ли, что вы представляете доминирующую правительственную организацию своей планеты? — спросила «Транскультура».
— Я представляю единственную правительственную организацию своей планеты.
Вароса Уман установила прямой канал связи с базой «Транскультуры», созданной в чащобе Гильдина. Она оделась в пышный наряд из перьев и платины, какой носили высшие чины в период расцвета третьей Империи ТараТин; ее изображение в полный рост транслировалось во всех деталях. «Транскультура» все так же ограничивалась лишь голосом.
— Благодарю вас за эту информацию, — сказала «Транскультура».
— Обязаны ли вы ограничивать свои контакты только представителями правительства?
— Меня уполномочили устанавливать диалог с любой общностью, столь же репрезентативной, как и консорциум, от имени которого я выступаю.
— Можете ли вы предоставить нам какую–либо информацию о втором посетителе, действующем сейчас на нашей планете?
— Исследовательское сообщество «Бецино — Ресдел» в основном выступает представителем двух частных лиц. Также в него входят еще два индивидуальных участника и три мелкие организации.
— Можете ли вы что–либо рассказать о членах сообщества?
— Боюсь, меня не уполномочили распространять такую информацию в настоящее время.
— Присутствие второго посетителя от вашего общества, по всей видимости, свидетельствует о том, что у вас нет единого органа, который может говорить от лица всей вашей цивилизации. Это так?
— Я представляю доминирующее сообщество нашего мира. Мой консорциум выступает от лица всех основных политических, интеллектуальных и культурных организаций нашего мира. Меня уполномочили предоставить полный список по требованию.
* * *«Бецино — Ресдел» создало антенну из большой горной плиты, придав ей форму блюда и покрыв его тонким слоем металла. Орбитальный аппарат проходил над антенной раз в семьдесят пять целых шесть сотых минуты и совершал обмен данными.
— Вам стоит подумать об альтернативном средстве передачи, — посоветовал Ревутев Маварка. — Я наблюдал за вашими столкновениями с другим посетителем. Вы должны быть готовы поддерживать связь с орбитальным аппаратом, если ему удастся вторгнуться на вашу базу и разрушить антенну.
— Вы считаете, что вероятность этого высока?
— Я считаю, вы должны быть подготовлены. Это мой лучший совет вам.
* * *— Он планирует предательство, — сказал Мансита Яно. — Он сообщает, что готов передать им информацию о Послании, если мы попытаемся арестовать его.
Вароса Уман перезапустила запись и просмотрела ее сначала. Она получала записи всех диалогов между Ревутевом Маваркой и вторым посетителем, но на этот Мансита Яно обратил ее внимание сразу же, как только его перехватили.
Вопрос о вероятности «предупреждающего сообщения» Мансита Яно поднял уже на первых их совещаниях. Само Послание содержало некоторые намеки на то, что оно повергло всю цивилизацию в хаос, но большинство свидетельств этого были вырезаны из исторических разделов. История их собственного вида рисовала точную картину вплоть до момента, когда они получили Послание.
Люди никогда не узнают о миллионах умерших ради того, чтобы оставшиеся могли проживать бесчисленные циклы сна и бодрствования. Они поймут, чего это стоило, когда подсчитают своих мертвецов.
Но что случится, если посетители получат сообщение, которое предупредит их об опасностях? Возымеет ли это какой–то эффект? Проигнорируют ли они его, скатятся ли в то же дикое состояние, в котором оказались их предшественники?
Лишь вероятность того, что Ревутев Маварка может послать подобное сообщение, для Манситы Яно была достаточным поводом, чтобы прекратить «болтовню» и защитить себя.
— Мы понятия не имеем, к чему может привести такого рода предупреждение, — настаивал Мансита Яно. — Само его существование создает непредсказуемую ситуацию, способную породить бесконечные споры — бесконечное смятение! — внутри нашего собственного сообщества. Сейчас люди уже получили первые сообщения, в которых говорится
