— Ну вот, а ты не хотела возиться.
— Да, я оказалась не права, — чуть не поперхнулся, настолько нетипично отреагировала обычно язвительной богини. Все-таки пробрало ее до печенок.
— Вот ведь дрянь! Перемирие заключить предложила! Я в ваши глупости, мол, лезть не собираюсь, все силы направлю на адаптацию низших сущностей к конвертации материи серых чертогов.
— А чего они на пруд пялятся? — решил чуть отвлечь Ушх, мрачно рассматривающую творение Фии.
— Глаза мне отводят. Вроде бы и далеко, и своим делом заняты. Если бы не это твое моделирование, то заметила бы, только когда они… в этой картинке на головы посыпались бы.
Темная заметно психовала, и я не решился язвить по поводу того, где бы она была бы без меня такого полезного.
— И насколько все стало хуже? — спросил, поочередно кивая головой на побоище у ворот, пролома в стене и гигантское дерево.
— Я рассчитывала еще лет на двести. Если бы не заметили вот этих, Ушх неприязненно мотнула головой в сторону дерева, то за десяток лет развоплотили бы. Ну а теперь соберусь с силами, и лет тридцать еще побарахтаемся.
Эй-эй, тридцать местных лет — это восемь привычных мне, я так не согласен. Хотел было возмутиться, но вовремя прикинул, что для мультитысячелетней богини этот срок и вовсе пыль. Буквально моргнуть осталось, и все, развоплощение и окончательная смерть. На сердце накатила глухая жалость к этой бодрящейся вроде бы всемогущей, но уже почти обреченной сущности.
Темная щелкнула пальцами, и песочница с замком растаяла. Все понятно, сейчас будем пересказывать новости желтоглазкам.
***
Но вместо вдумчивого анализа Ушх медленно задрала лицо к отсутствующему небу и подняла вверх руки. Атмосфера ощутимо напряглась, встревоженный Сигмунд направился к нам. Темная набрала воздуха, и я понял, что сейчас произойдет что-то непоправимое.
— А знаешь, чем мужчины от женщин отличаются?
Взгляд Темной уперся в меня, и в нем появилось недоумение.
— Чего?
— Я говорю, мужчины, когда отомстить хотят, они ничего не делают, но рассказывают, что изменяли. А женщины, наоборот, изменяют с лучшим другом, но ничего не рассказывают.
Ушх поняла, что, стоя с поднятыми руками, выглядит странно и, пряча неловкость, скрестила их на груди.
— Это к чему?
— Вот ты сейчас чего делать собиралась?
Темная едва заметно, даже я с трудом распознал, смутилась, но отнекиваться не стала, — я собиралась послать Крик этой стерве.
— Хм, а зачем?
— Чтобы она знала, что я собираюсь раздавить эту лживую тварь, — с каждым словом тон Ушх становился все менее уверенным, но я решил дожать вопрос до точки.
— И как она отреагирует?
— Ну, сначала она испугается до трясучки!
— Скорее подосадует о преждевременном обострении. А потом?
— Да поняла я уже, поняла, — Ушх и правда выглядела смущенной своей несдержанностью, — не будет никакого Крика, пусть думает, что я ничего не знаю.
— Ну вот и умочка, одновременно выдохнул не только я, но и подошедший рептилоид. Тот не совсем понимал подоплеки происходящего, но отлично ощущал напряжение ситуации.
— Кирилл, ты такой умный. Такой рассудительный. Хорошо, что хоть кто-то из нас не ведет себя как глупый мужчина.
Не понял. Это в кого меня сейчас записали? Ну да, не люблю я брутальных решений. Но как-то обидно получилось.
— А как движется то дело, о котором мы вчера договаривались? — удивила меня Темная сменой темы, — я почувствовала какое-то движение силы Краста, но хотелось бы услышать твой рассказ.
Все время забываю, что она не обычный человек. Вот в таких мелочах разница наших уровней личности и проявляется. Простой трудяга с трудом удерживает в голове больше одной проблемы, именно такие чаще всего возмущаются, — как можно на космос тратиться, когда еще не везде газ проведен? Как можно стадион строить, когда еще не всем бабушкам пенсию подняли? Управленец среднего звена уже получше задачки держит, в одну минуту может проблему миллионных убытков с подрядчиком решать, а в другую на обсуждение несвоевременного отпуска сотрудника переключиться. Без истерик, мол, — не до твоего отпуска сейчас, тут судьба проекта на волоске висит! Чем выше уровень принятия решений, тем больше разброс в масштабности одновременно решаемых задач, никуда от этого не деться. И вот Ушх в этом плане вообще в космосе. Выяснилось, что ей буквально мгновение существовать осталось, а она уже такими мелочами интересуется, я же помню какое микроскопическое место Краст занимает в масштабах противостояния. Но все равно дожимает вопрос.
— Ну да, есть некоторые наработки.
— То есть ты сегодня не только публику развлекал? — вот сдался ей этот дурацкий костюмчик.
— В палаточном городке, оказывается, много интересного у вас есть. И люди там очень любопытные попадаются. Заодно посоветоваться с тобой хочу. Только сначала вопросы!
Ушх закрыла глаза и досчитала до десяти, — хорошо, пара вопросов. Только без глупостей, самые-самые важные для твоего выживания.
— Ура! Во-первых, почему у лошадок местных волосы в ушах разного цвета? Я у Хасиля спрашивал, а он не знает.
В этот раз Темная досчитала до двадцати. Когда она открыла глаза, в них плескалось вселенское спокойствие — я не знаю, Кирилл, почему у лошадок такое безобразие в ушах. Давай второй вопрос.
— А почему у вас тут странный дождливый сезон, а в остальное время почти всегда безоблачно?
В этот раз Ушх зацепило сильнее. Не говоря ни слова, она создала для себя трон. Не спеша, обстоятельно уселась и поболтала ножками. Высокий подлокотник позволил ей удобно расположить руку в положении фэйспалма. Тонкие пальцы теребили переносицу, и я уже подумал, что не дождусь ответа, когда Темная заговорила непривычно тихим голосом.
— Кирилл, ты знаешь, кто такая Фия?
— Хм, достойная развоплощения лживая стерва?
— Это да. Но еще она покровительница знаний и науки. Фия получает дополнительную силу от познания мира, от абстрактного измышления и практического изобретательства. То моделирование, которое ты показал. Она пришла бы в восторг. Нет, ты пойми правильно, я тоже благодарна, ты сильно помог нам. Но для меня это просто инструмент, а вот для Фии — образ существования. Иногда мне кажется, что тебе лучше было бы, попади ты в ее компанию. Но случилось так, как случилось.
Темная внимательно посмотрела в глаза, но такими проверками на лояльность меня не проймешь. Несмотря на некоторые душевные терзания, взгляд я выдержал без труда.
— Я — другая. Мне больше импонируют бессистемный творческий поиск и внезапные озарения. Я не собираюсь мешать изучению людьми закономерностей мира. Но и помогать в этом не собираюсь. И уж тем более не собираюсь, как некоторые, надиктовывать своим последователям трактаты о природе вещей. Кирилл, давай договоримся. Я сейчас отвечу на твой вопрос, но впредь изучением законов природы ты будешь заниматься самостоятельно. И да, никакого
