Уши Дорина напряглись. Он ждал ответа Маэвы.
– Так чего же ты хочешь, брат? – тихо, но с заметным напряжением спросила она.
В первую их встречу она держалась увереннее.
– Приведи сюда всех оставшихся харанкаев. Открой портал, и пусть они переходят.
– Учти, не все отличаются такой жертвенностью, как те шесть.
– Я никого не собираюсь вселять в их тела. Мне они нужны в качестве солдат. Я решил не рисковать. Никакой второй стадии не будет.
Дорин ощутил тошноту. Маэва обдумывала ответ.
– При всей мощи твоей армии, даже если я созову всех харанкаев, есть вероятность, что ты можешь столкнуться с Аэлиной Галатинией и проиграть.
Маэва намеренно сделала паузу. Эраван молчал.
– Аньель подтвердил твои худшие опасения. Я слышала о случившемся. Сила, вызванная Аэлиной, остановила водную лавину. Думаю, тебе известно, что тот магический удар предназначался для меня. А если она произведет еще такой же удар, но уже против тебя?.. Сумеешь ли ты уйти живым, брат?
– Потому-то я и намереваюсь отправить на север твоих пауков, – только и ответил ей Эраван.
– Допустим, – возразила Маэва. – Но не забывай: объединив наши усилия, мы с тобой можем победить. Никакие пауки не понадобятся. Никакие твои принцессы. Даже Аэлине Галатинии не выстоять против нас двоих. Мы можем отправиться на север и уничтожить ее вместе с ее королевством. А харанкаи пригодятся для завоевания других королевств. Думаю, ты не ограничишься этим континентом.
Маэва не желала жертвовать паучихами. Возможно, дорожила существами, которые несколько тысяч лет оставались верными ей.
– И потом, – продолжала она. – Ты много знаешь о перемещении между мирами. Но не все.
Рука Маэвы скользнула в карман плаща. Пальцы коснулись мышиной спины Дорина, словно подавая сигнал: «Слушай внимательно».
– Убедиться в этом я смогу только после нашей победы, – сказал наконец Эраван.
– Да, но еще раньше я кое-что тебе покажу. Завтра, когда подготовлюсь.
И вновь повисла эта жуткая тишина.
– Они слишком сильны и могущественны, а потому я не сумею открыть портал между мирами для их перехода сюда. Моя магия просто бы надорвалась от непосильной задачи. Но показать тебе их я смогу. Правда, всего на мгновение. Завтра я покажу тебе твоих братьев – Оркуса и Мантикса.
Глава 75
Хвала богам, Дарро и другие сановники, правящие Террасеном, все эти месяцы постоянно готовили Оринф к возможной осаде. И теперь, когда реальность осады возрастала с каждым часом, в террасенской столице были собраны достаточные запасы. В первую очередь это касалось продовольствия, оружия, лекарств и бинтов. Было определено, в каких частях замка смогут укрыться горожане, если возникнет такая необходимость. Обветшавшие участки городских стен и древних стен замка были укреплены. Эдион почти не находил недочетов.
Ночь он провел в замке, в своей старой комнате, показавшейся ему чужой и неуютной. Спал крепко, невзирая на холод, однако проснулся рано и поднялся на одну из нижних башен. Стены комнаты спасали хотя бы от ветра. Здесь же ветер так и свистел: злой, ледяной.
За спиной послышались негромкие крадущиеся шаги. Эдион обернулся.
– Шел завтракать, заметил тебя, решил подняться, – не поздоровавшись, сказал Рен Ручейник.
Покои семьи Ручейников находились в соседней башне. Будучи мальчишками, они целое лето выдумывали и совершенствовали способ общения с помощью сигналов, подаваемых фонарем.
Это лето оказалось последним для их дружбы. Вскоре отец Рена узнал, что для принесения клятвы на крови избран Эдион, а не его сын. И дружба сменилась соперничеством, часто перераставшим во вражду.
Кажется, совсем недавно они были неразлейвода, а теперь… Их жизнь превратилась в сплошное состязание в быстроте и ловкости: кто быстрее пробежит по дворам и коридорам, быстрее взберется по лестнице (где соперника можно было еще и толкнуть). Их перебранки в Большом зале нередко оканчивались потасовками. Поначалу Роэс пытался убеждать отца Рена, что выбор еще не сделан, но убедительно врать он не умел и в конце концов сознался: да, приносить кровную клятву будет Эдион. К концу того знаменательного лета даже наследный принц Роэс Галатиний смотрел сквозь пальцы на драки между бывшими закадычными друзьями… Конечно, теперь это уже не имело никакого значения.
Интересно, а если бы Гарель тогда находился при террасенском дворе, стал бы он поощрять вражду между своим сыном и Реном? Еще один бессмысленный вопрос. Но на мгновение Эдион представил, как отец наблюдает за учебными поединками и совместно с Роэсом обучает его премудростям воинского искусства. Гарель наверняка погасил бы мальчишечью вражду теми же способами, какими устранял раздоры между своими солдатами. Он бы и Рену сумел кое-что объяснить. Каким бы вырос Эдион, будь Гарель рядом? Скорее всего, Гарель бы тогда разделил участь других террасенских придворных, но… он бы присутствовал в жизни Эдиона.
И с чего его потянуло крутить в мозгу иные варианты прошлого? Дурацкое, бесполезное занятие. Эдион вырос таким, каким вырос, и почти никогда не жалел об этом. Роэс во многом заменял ему отца. Конечно, бывали моменты, когда Эдион смотрел на Роэса, Эвалину и Аэлину, чувствуя себя гостем.
Эдион мотнул головой, прогоняя нелепые мысли. Оринфский замок скверно действовал на него, увлекая в мир призраков.
– Не жди, что у Дарро стол будет ломиться от кушаний, – сказал Рену Эдион.
Сам он знал о прижимистости старика. Да и есть особо не хотелось. Еда для Эдиона давно превратилась из удовольствия в необходимость. Еда давала силы его телу. А силы ему и его солдатам очень скоро понадобятся.
Рен обвел глазами город, Фералийскую равнину. На горизонте пока еще было пусто.
– Я сегодня распределю лучников, – сказал он. – И проверю, насколько солдаты у ворот умеют обращаться с кипящим маслом.
– А ты с ним умеешь обращаться? – с нескрываемым любопытством спросил Эдион.
– Чего там особо уметь? – фыркнул Рен. – Лишь бы котел был побольше и масло успело закипеть. Когда вся эта моратская шваль оказывается под стенами, опрокидываешь котел и слушаешь вопли обварившихся.
Естественно, обращение с кипящим котлом требовало определенных навыков, но главное, Дарро позаботился запасти масла побольше.
Только бы было кому кипятить масло и опрокидывать котлы. Если Морат подтянет к городу ведьмины башни, замок и бóльшая часть Оринфа окажутся в развалинах гораздо раньше, чем вражеские солдаты достигнут двух городских ворот.
– Думаю, огненные копья будут похлеще масла, – заметил Рен. – Они быстро отобьют желание штурмовать ворота.
И расплавят десятки вражеских солдат вокруг.
Эдион хотел было согласиться, но очередной взгляд в сторону горизонта заставил его нахмуриться.
– Хватит глазеть, – сказал ему Рен.
– Нужно срочно переговорить с Рульфом, – бросил Эдион, поворачиваясь к выходу. – Пошли.
Разговор шел отнюдь не о применении огненных копий для обороны южных и западных ворот. Говорили совсем о другом.
Для осуществления замысла нужно было дождаться темноты, чтобы моратские шпионы не заметили небольшой
