– Насколько сейчас – не знаю, – Варнон пожал плечами. – Когда ведьмы улетали отсюда, говорили, что в нескольких днях пути.
Аэлина прикинула расстояние от Ферианской впадины до Оринфа, особенности местности, величину армии хагана. В лучшем случае путь до террасенской столицы займет две недели. Это если погода не помешает. Две недели пути сквозь густой лес и вражеские земли.
Им не подоспеть вовремя.
– Маэва с Эраваном тоже собирались в Оринф?
– Думаю, что да. Но не с первыми отрядами. Почему – не знаю. Они обязательно появятся в Оринфе. Где ж еще им встретиться с тобой?
Невзирая на выпитый эль, у Аэлины пересохло во рту.
Она встала. Варнон насторожился.
– Неужели ты не хочешь спросить, известны ли мне слабые места Эравана или сюрпризы, которые он приготовил для тебя?
– Я узнала все, что мне требовалось.
Аэлина кивнула Фенрису и Гарелю. Первый взялся за ручку, приготовившись открыть дверь. Второй стал натягивать цепи Варнона, основательно привязав того к стулу. Даже руки примотал к подлокотникам.
– Ты что же, не собираешься освобождать меня от цепей? – удивленно крикнул Варнон. – Я рассказал тебе все, о чем ты спрашивала.
Аэлина остановилась на пороге. Лоркан даже не пытался скрывать свое бешенство. Он слышал каждое ее слово, включая клятву не убивать Варнона.
– Освобождать тебя от цепей я не обещала, – криво усмехнулась она, обернувшись к пленнику.
Варнон замер.
– Я говорила, что никто из нас тебя не убьет. Но разве мы виноваты, если ты не сумеешь выпутаться из оков?
Лицо Варнона стало мертвенно-бледным.
– Я хочу, чтобы ты на своей шкуре прочувствовал то, что твоя племянница выдерживала десять лет, запертая в башне, с цепями на ногах. – Ее улыбка сделалась зловещей. – Вот только не знаю, остался ли в этих подземельях хоть кто-то, чтобы кормить тебя, приносить воду или просто слушать твои крики. Конечно, десять лет тебе здесь не протянуть. Твой конец наступит гораздо раньше, дня через два. Или через три? Мне без разницы.
– Пощади, – выдавил из себя Варнон, увидев, что Гарель приготовился закрыть дверь с обратной стороны.
– Маурина спасла мне жизнь, – сказала Аэлина, глядя ему в глаза. – А ты раболепно склонился перед тем, кто ее убил. Возможно, даже подсказывал прежнему адарланскому королю, где нас искать. Всех нас.
– Помилосердствуй! – хрипло крикнул Варнон.
– Не стоило пить эль залпом. Тебе бы он сейчас пригодился, – только и ответила ему Аэлина, кивнув Гарелю.
Гарель закрыл дверь. Изнутри доносились крики Варнона. Аэлина повернула ключ.
В коридоре стало тихо.
Элида смотрела на королеву во все глаза. Рядом стоял довольный Лоркан. Чувствовалось, он доволен затеей Аэлины.
– Увы, быстрого конца не будет, – сказала Аэлина, протягивая ключ Элиде.
Незаданный вопрос повис в воздухе.
Варнон орал во все горло, умоляя открыть дверь и снять с него цепи.
Элида смотрела на закрытую дверь. Слушала отчаянные дядины крики. Потом взяла ключ и бросила в карман.
– Надо запечатать эту комнату понадежнее, – сказала она.
– Наши худшие страхи подтвердились, – сказала Ровану Аэлина, прислонясь к перилам балкончика на Северном Клыке.
Армия хагана готовилась покинуть Ферианскую впадину. Все их соратники уже были внизу. Выполняя просьбу Элиды, помещение, которое вскоре станет гробницей Варнона, запечатали несколькими магическими заклинаниями. Пора и им с Рованом отправляться вниз. Но Аэлине почему-то захотелось ненадолго задержаться.
– Мы вместе дадим бой Маэве и Эравану, – сказал Рован, обнимая свою истинную пару за плечи.
– А сотне тысяч вражеских солдат, движущихся на Оринф?
– Вместе, Огненное Сердце, – только и ответил Рован.
Его лицо сейчас было отражением стальной воли, многовекового опыта сражений и холодного расчета.
Аэлина опустила голову ему на плечо, опираясь виском на легкие доспехи.
– Как ты думаешь, мы сумеем? Останется хоть что-то после этой войны?
Рован убрал с ее лица прилипшие ко лбу волосы.
– Мы приложим все силы. Это лучшее, на что мы способны.
Слова полководца, успевшего забыть, сколько раз он уходил на войну и возвращался с полей сражений. За столько веков можно и забыть.
Сплетя пальцы, Аэлина и Рован смотрели на армию хагана. Надежду на спасение.
Аэлине вспомнилось ее недавнее сражение с водной лавиной. Три месяца подряд она совершала нелегкое погружение в глубины своей магической силы. Не сглупила ли она, растратив накопленное на испарение воды? Чем теперь она ударит по Маэве с Эраваном? Даже если сейчас она вновь начнет копить силу, столь мощного удара уже не будет.
– Не терзай себя всякими там «а что если…», – посоветовал Рован, прочитав ее мысли.
«Я не знаю, чтó делать», – призналась Аэлина по связующей нити.
«Мы вместе», – ответил Рован, поцеловав ее в макушку.
Аэлина слушала завывания ветра, мечущегося между горными вершинами, и понимала: и ее истинная пара тоже не может предложить никакого решения.
Глава 81
– Стотысячная армия, – выдохнул Рен, грея руки над пылающим очагом в Большом зале.
Моратские лучники отомстили за разрушение ведьминых башен, убив двоих Молчаливых ассасинов. Хорошо, что других потерь с террасенской стороны не было.
За ужином все сидели мрачные и почти ничего не ели. К этому времени стемнело. На Фералийской равнине вспыхнули точки вражеских костров, что тоже не способствовало аппетиту защитников крепости. Эдион попробовал было считать костры, но быстро бросил эту нелепую затею.
Ужин не затянулся. Все быстро разошлись по своим комнатам, мечтая уснуть. В Большом зале остались только Эдион с Реном. Лисандра увела Венгу, которую до сих пор трясло. Каким окажется утро, знали только боги.
Возможно, боги снова отвернулись от них, поскольку та, от кого зависело их возвращение на родину, нынче томилась в железном ящике. Другой надеждой богов оставался Дорин Хавильяр. На нем, скорее всего, они сейчас и сосредоточили свои усилия.
– Вот нас и заперли в Оринфе, – продолжал Рен. – И больше некому прийти нам на подмогу.
– Да, конец будет не из веселых, – согласился Эдион, прислоняясь к мраморному выступу возле очага. – Особенно если им удастся починить третью башню.
Другого шанса застать Морат врасплох у них не будет.
– Тебе не мешает отдохнуть, – сказал Эдион, взглянув на изможденного Ручейника-младшего.
– А тебе?
Эдион молча смотрел на пламя.
– Для меня было бы честью служить при дворе Аэлины, – признался Рен и добавил: – Вместе с тобой.
Эдион закрыл глаза.
– Согласен. Это было бы честью, – сказал он, с трудом сглатывая.
Рен похлопал его по плечу и тоже удалился.
Эдион еще несколько минут постоял у догорающего очага. Пора идти в свою бывшую комнату, теша себя надеждой уснуть.
Лисандру он заметил почти у самого входа в восточную башню. В руках она держала кружку с горячим молоком. Увидев Эдиона, остановилась.
– Вот, Венге несу. Бедняжка спать не может.
Дрожь не оставляла девчонку весь день. С лица не исчезала бледность. Казалось, за ужином ее вот-вот вытошнит прямо на стол.
– Можно мне поговорить с Венгой? – спросил Эдион.
Лисандра открыла рот. Эдион думал, что сейчас услышит «нет», и даже сожалел об этом вопросе. Но, к его удивлению, Лисандра утвердительно кивнула. Они
