За окнами медленно и неслышно на землю опускались первые снежинки.
***
Глаза Эдем расширились от ужаса и шока, она застыла, не в силах сделать хоть шаг, словно всё её тело сковал лёд. Она видела, как атаки Ноэ меняют свою форму, энергетические волны из синих становились ярко-красными, пылающими. Это были уже не потоки энергии, это были огненные порезы, оставленные прямо на воздухе. Смертоносные алые всполохи.
Но не только атаки Ноэ меняли форму, сам он… а он ли это был?
Чёрные волосы, тёмно-алые, винного цвета глаза, в которых сейчас горело, кажется, настоящее дикое ревущее пламя ярости, губы, искажённые в кровожадном оскале. Это был вовсе не Ноэ. Это был тот самый человек, которого называли Духом Ветра, потому что он отрёкся от собственного имени. Это был тот самый человек, который подарил ей свободу.
— Вот я и узнала твоё настоящее имя, — прошептала Эдем.
Время замедлилось, словно и его тоже сковало льдом. Эдем видела, как Жасмин оказалась за спиной у Ноэ, как замахнулась огромным гаечным ключом, словно это был молот, как нанесла сокрушительный удар со спины, от которого Ноэ повалился на землю.
— Так вот кто из нас, оказывается, настоящее чудовище, — губы Жасмин исказила мерзкая ухмылка, которую Эдем обязана была стереть.
И тут лёд, сковывавший тело эльфийки, треснул. Руки сами, не дожидаясь команды мозга, натянули тетиву на арбалете. Стелла засветилась фиолетовой энергией.
— Отойди от него!
Стрелы следопыта никогда не промахиваются, и в этот раз они тоже достигли цели. От части Жасмин всё же сумела увернуться, но пара стрел попали в неё, заставив скорчиться от боли. Эдем снова натянула тетиву. Арбалет сильно пострадал в этой битве, и эльфийка молила, чтобы он продержался ещё хоть немного и не развалился прямо у неё в руках. На кончике стрелы вновь засияла фиолетовая магическая энергия, но выстрелить Эдем не успела, потому что случилось то, чего не ожидала ни она, ни её противница.
Ярко-красная вспышка озарила бункер, а через секунду тело Жасмин подбросило в воздух и закружило в огненном вихре. Эдем перевела взгляд с Жасмин на то место, где только что лежал Ноэ, но его там не увидела. Тот, кто стоял там, сжимая рукой — да даже уже не рукой, а когтистой лапой — меч, был вовсе не Ноэ и даже не Дух Ветра. Это был настоящий Разрушитель в своей истиной ужасающей форме. Алые рога, чёрные кожистые крылья за спиной, но больше всего пугал изменившиеся взгляд. Теперь тёмно-алые глаза были полны холодной нечеловеческой ярости и жажды крови.
— Ноэ… это точно ты? — голос Эдем был не более чем тихим шёпотом, почти беззвучным и тут же поглощённым звуками битвы.
Алые и жёлтые всполохи наполнили бункер. Что-то взрывалось, грохотало. Эдем плохо понимала, что вообще сейчас происходит. Жасмин и Разрушитель сцепились в битве, причём Разрушителю явно везло больше. Он теснил Жасмин к стене, та почти не атаковала, уйдя в глухую оборону. Разрушитель же наоборот не защищался вовсе, он либо уворачивался, либо вообще пропускал атаки, не замечая ударов и новых ран.
Он же убьет её и совсем потеряет контроль, вдруг поняла Эдем и вновь натянула тетиву. Сил у неё уже почти не осталось, да и арбалет грозил вот-вот развалиться. Только бы продержаться, вложить все силы в последний удар.
Мягкое фиолетовое свечение разлилось от наконечника по древку стрелы до самого оперения. От стрелы разошлись два луча, превращаясь в огромные крылья, словно сама стрела была исполинской птицей. Эдем задержала дыхание и прицелилась. Она должна точно всё рассчитать, закончить всё одним метким ударом. На выдохе пальцы отпустит тетиву.
Крылатый сгусток магической энергии врезался в пол точно между Разрушителем и Жасмин. Из-за сильного потока энергии дверь бункера открылась. Жасмин, прокатилась по полу, несколько раз сильно ударившись об него, и вылетела прямо в открывшийся проход, продолжив своё падение. Разрушителя отбросило в стену, ударив об неё с такой силой, что он уже не поднялся.
Ноги Эдем подкосились и она упала, не в силах больше стоять. Рядом с ней упал арбалет, развалившийся на части, оружие было безнадёжно сломано, но Эдем это не волновало. Она знала — Жасмин не вернётся, по крайней мере не сейчас.
Обретя способность двигаться, Эдем, спотыкаясь и падая, бросилась к Ноэ. Теперь это снова был он, а вовсе никакой не Разрушитель. Волосы вновь стали синими, рога и крылья исчезли. И Эдем была безумно этому рада. Только вот сознание к мечнику так и не вернулось, и это заставляло душу эльфийки леденеть от страха.
— Ноэ, очнись пожалуйста, — слова вышли дёрганными, дрожащими, хриплыми из-за сдавивших горло слёз. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, прошу тебя, очнись.
Эдем не знала, что ей делать. Она могла лишь просить его очнуться, повторяя эти слова словно какую-то молитву. Она готова была молиться кому угодно: древу, Альтее, да хоть Вестиниэль — главное, чтобы Ноэ жил.
— Пожалуйста… не оставляй меня, — по щекам эльфийки катились слёзы, падая на изодранную рубашку мечника. — Что угодно, только не оставляй меня.
Дрожащей рукой Эдем стёрла струйку крови, сочащуюся с губ Ноэ.
— Пожалуйста… я очень-очень тебя люблю, — шептала она, сквозь душащие слёзы, — пожалуйста, не умирай.
С улицы послышались чьи-то шаги, Эдем рефлекторно потянулась за арбалетом, но остановилась вспомнив, что он сломался, разлетелся на части. Она уже было хотела схватиться за меч Ноэ, как во входном проёме показалась Юфи. Девочка выглядела потрёпанной — волосы спутаны, одежда местами порвана — но целой и невредимой. Не задавая вопросов, она подскочила к Ноэ, на ходу доставая из сумки, висевшей на плече пузырёк с какой-то красной жидкостью.
— Исцеляющее зелье? — удивлённо спросила Эдем.
— Да. Полностью оно не исцелит, насколько я могу судить, раны слишком серьёзные, но на первое время сгодится, — быстро проговорила Юфи, вливая зелье мечнику в рот.
— Он не умрёт, да? — всё ещё дрожащим от слёз голосом спросила Эдем.
— Не умрёт, — со стоном открывая глаза, ответил Ноэ. — Умрёшь тут с вами.
Губы Эдем растянулись в счастливой улыбке. Она принялась вытирать слёзы, но те всё не желали переставать течь. Она улыбалась и плакала от счастья и облегчения. Раньше она бы никогда не подумала, что от такого тоже можно плакать. А Ноэ морщился от боли, пытаясь встать или хотя бы сесть, шипел на Юфи, которая его останавливала, и на Эдем, чтобы та перестала мокроту разводить. Ни та, ни
