Я себя совершенно не контролировал, молнии летели во все стороны. Несколько тёмных эльфиек оглушило, а может, даже убило с одного удара. Сама Елена куда-то скрылась. Не знаю, чем бы это закончилось, если бы не удар сзади, из-за которого я окончательно потерял сознание.»
Голос Аллена вновь прервался. Элисия чувствовала, что последние слова дались ему особенно тяжело. Каждое слово загоняло новую иголку в сердце клирика, и Элисия чувствовала себя его невольной мучительницей.
— Кто тебя оглушил? — она не хотела спрашивать, но вопрос вырвался против её воли.
— Ты не поверишь, — на лице Аллена появилась едва заметная улыбка, такая слабая и вымученная, какая бывает только на лице умирающего, — но это был Элрион.
— Элрион?! — Элисия не сдержала удивлённого восклицания. — Что он там забыл?
— Он тёмный эльф, если ты не забыла, — грустно усмехнулся Аллен, — он был в отряде Елены. Его мотивы до конца мне не известны, скорее всего, это Лайт попросил его меня остановить, если всё выйдет из-под контроля. Почему Элрион предал Елену тебе лучше спросить у него самого.
— Всё так запутано, — тихо пробормотала Элисия. — Елена, она ведь тоже действовала по чьей-то указке, да?
— Да, по указке кардинала Игнасия, — губы Аллена искривились в болезненной усмешке. — Подумать только, столько людей погибло, и всё только ради того, чтобы… всё из-за… меня.
Аллен боялся повернуться к Элисии, встретиться с волшебницей глазами. Что он мог увидеть в её взгляде? боль? разочарование? страх? жалось?
Метель за окнами усиливалась, превращаясь в непроглядную белую пелену. Аллен словно снова вернулся в тот день, в тот самый момент. Он знал, что самым страшным был не туман, а то, что он за собой скрывал. Когда белая пелена рассеялась то, что он увидел было сложно описать словами. Тела товарищей и врагов, земля, пропитавшаяся кровью — все эти образы вновь вставали у него перед глазами, мерещились ему за пеленой метели. Что если это он стал причиной их смерти? Что если он сам убил своих же товарищей?
И когда эти мысли уже почти полностью захватили его, тёплые руки легли ему на глаза, скрывая от взгляда белую мглу, погружая в уютный полумрак. На виске Аллен почувствовал лёгкий, едва ощутимый поцелуй, а после голос Элисии тихо, но уверенно произнёс:
— Ты ни в чём не виноват.
***
— Теперь ты понимаешь, почему я не мог рассказать сразу?
Элисия вздрогнула, голос Аллена вырвал её из глубин собственных мыслей. Вопрос явно был обращён к Фукуде.
— Понимаю, — пробормотал он.
— Но всё равно не продолжишь злиться? — тяжело вздохнув, вновь спросил Аллен.
— Я подумаю, — фыркнул Фукуда и, круто развернувшись, направился в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.
Элисия тихо усмехнулась. Ей было понятно, что Фукуда уже давно не злится, просто в его сознании обида борется со здравым смыслом, и кто в этой борьбе выиграет, он пока не решил.
Но беспокоится об этом не стоило, Элисия была более чем уверена, что Фукуда успокоится уже к вечеру, в крайнем случае к утру. Сейчас её беспокоила только одна вещь — отсутствие Куруми. Эльфийка покинула гильдийский дом больше недели назад, последний раз Элисия связывалась с ней после того, как Аллен рассказал ей о трагедии. Тогда волшебница написала Куруми письмо, в котором кратко изложила всё произошедшее. Она бы с радостью расписала всё подробно, но очень боялась, что письмо перехватят, хоть Юфи и заверила, что отправит его каким-то особым способом так, что оно точно дойдёт до адресата невредимым. На это письмо от Куруми пришёл короткий ответ, в частности, на вопрос Элисии о возвращении она ответила, что будет не позже, чем через неделю.
До окончания этого срока оставалось три с половиной дня. И чем меньше времени оставалось, тем больше Элисия нервничала.
— С ней всё будет в порядке, — Аллен присел на подлокотник кресла Элисии и потрепал волшебницу по голове.
— Я вовсе не…
— У тебя всё на лице написано, — усмехнулся клирик.
— Ничего у меня не написано, — пробормотала Элисия, утыкаясь лицом в плечо Аллена. — Просто я немного беспокоюсь за Куруми, вот и всё.
***
Несмотря на ярко светящее солнце, утро выдалось холодным. Влажный морской ветер, пахнущий солью и водорослями, пробирал до костей, от чего эльфийка зябко куталась в плащ. Южный порт был на удивление безлюден, видимо, корабль совсем недавно отошёл забрав с собой всех пассажиров. Лишь одна единственная тёмная фигура не покинула порт. Если осмотреть всё пространство вокруг беглым взоров, то её можно было и вовсе не заметить, так неподвижна и беззвучна она была. Но зоркий взгляд Куруми быстро обнаружил интересующего её человека. Вернее, не человека.
— За чем бы ты ни пришла — убирайся. Мне сейчас не до тебя.
— И тебе доброго утра, — язвительно ответила Куруми, другого приветствия она и не ожидала. По крайней мере точно не от Элриона.
— Оно было бы добрым, если бы ты исчезла, — Элрион, до этого смотревший вдаль на безбрежную океанскую гладь, резко развернулся, зло сверкнув, ярко-золотыми глазами. Но от Куруми не укрылось и то, как скривился уголок его губ, при резком развороте — то было свидетельство боли.
— Ты ранен, и тебя ищут, — как бы невзначай напомнила Куруми.
— Если ты пришла констатировать очевидные вещи, то я повторяю: проваливай, — голос эльфа стал ещё более злым, эту фразу он почти прорычал.
— Я пришла помочь, — Куруми присела рядом на каменное ограждение.
— Мне…
— Не нужна ничья помощь. Знаю, — перебила Элриона Куруми, за что была удостоена очередного злого взгляда. — Но я повторю. Ты ранен, и тебя ищут гвардейцы. Если сейчас они прочёсывают подземный город — это вовсе не значит, что они не придут сюда, и если они придут, то в таком состоянии тебе с ними не справиться.
На это Элрион лишь недовольно фыркнул. Куруми усмехнулась, поняв, что крыть тёмному эльфу нечем.
— Моя помощь тебе нужна, — пряча торжествующую улыбку за маской невозмутимости, заявила Куруми.
— А что нужно тебе? — глаза Элриона недоверчиво сузились. — Не думаю, что узнав о том, что у меня проблемы, ты ринулась меня спасать только из благих побуждений. Это даже для светлого эльфа слишком глупо.
— Тут ты прав, — Куруми развела руками, — мне тоже от тебя кое-что нужно. Ну так что, заключим сделку? Я помогу тебе, ты поможешь мне, всё честно, услуга за услугу. Ты сейчас не в том
