Элисия лишь невесело усмехнулась. Ей не верилось, что со спасения Колдрока прошло уже больше года. До сих пор Элисия иногда вспоминала тот день, когда ей захотелось навестить наставницу и отправится на Снежный хребет. Куруми куталась в тёплый плащ и причитала, что местная погода совсем не для эльфов. Сама же волшебница лишь смеялась, ведь она здесь родилась и провела всё детство. Интересно, как бы всё сложилось, ели бы в тот холодный и снежный день Элисия и Куруми не наткнулись на отряд клириков, перевозивший сферу. Если бы в том отряде не было Аллена, которого тогда ещё все знали только как Огами, и Фукуды. Если бы на тот отряд вовсе не напали. Если бы Пророка в тот же день не похитили. Если бы…
— Элис, ты ведь сообщила об этом другим эльфам, да? — мягко спросила Эдем, вырывая Элисию из воспоминаний о давно минувших днях.
— О чём? — переспросила волшебница.
— О яде, Элис! — воскликнула Акира. — О чём же ещё?
— Точно! Я же собиралась сразу после того, как поговорю с вам, — спохватилась Элисия. — Я сейчас сбегаю, я быстренько.
— Я провожу, — спокойно сказала Эдем, вставая.
— Я тоже с вам! — Аллен подскочил с места так, словно его ошпарили.
— Не стоит, — успокоила его Элисия, — отдохни, ты и так много на себя берёшь в последнее время.
И эта была совершенная правда. Последние несколько недель Аллен брался за всё, за что только мог взяться. Элисия предполагала, что это такой особый способ загладить вину, нужный больше самому Аллену, чем кому-либо другому. Это, кажется, помогало, ведь Аллен уже мог прямо смотреть всем в глаза и нормально общаться со всеми, кроме Акиры, с которой так и не помирился. Но Элисия боялась, что если клирик продолжит в том же духе, то совсем себя загоняет. Например, сейчас он только-только вернулся с битвы с огромным скорпионом, даже раны ещё толком залечить не успел, а уже рвался снова куда-то идти.
— Не волнуйся, — мягко улыбаясь сказала Эдем, — если ты оставишь Элисию без присмотра на полчаса, с ней ничего не случится, я обещаю.
Смутившись, Аллен опустился обратно туда, откуда только что с таким энтузиазмом вскочил.
— Ладно. Но если только на полчаса, — смущённо пробормотал он.
***
Элисия и Эдем неспешно шли на встречу с Алариэн. В эльфийском лесу вообще всё хотелось делать неспешно, казалось, что в запасе её очень много времени. Месяцы, годы, столетия. Казалось, яд не распространится ещё целую вечность, так что можно взять передышку, замерев, как всё замерло в царстве вечной осени.
Но времени не было.
Элисии хотелось завести беседу, но несказанные слова тонули в шелестящей тишине леса и пении птиц. Казалось, что портить эту тишину словами настоящее преступление. В Ану Арендель нужно было учится разговаривать по-другому, на языке ветров, перешёптывающихся в кронах, или языке ручьёв, журчащих тихие песни под твоими ногами, или языке шороха птичьих крыльев. Человеческий язык был чужд этим местам, а эльфы говорили на нём лишь из сострадания к людям, так думалось Элисии.
Но тишина вскоре всё же была нарушена недовольным и очень знакомым голосом.
— Да я даже до трёх не успею досчитать, как она это скажет, — донеслось из-за поворота.
— А вот и нет, — возразил другой голос, — Алариэн совсем не такая.
— «Не такая» — это значит, что я не успею досчитать даже до трёх?
Элисия ускорила шаг, почти мгновенно переходя на бег. Один голос точно принадлежал Куруми, она слишком давно знала её, чтобы ошибиться. А другой… другой… да быть того не может!
Вывернув из-за угла, Элисия на всей скорости врезалась в Куруми, заключая её в объятья. Первые пару секунд эльфийка судорожно пыталась понять, что происходит и что только что чуть не сбило её с ног. Но стоило только ей осознать, кто сейчас сжимает её в объятьях так, словно они не виделись пару сотен лет, на сердце сразу потеплело.
Эдем лишь мягко улыбалась, наблюдая за этой сценой, а Элрион демонстративно фыркнул и закатил глаза, показывая, что все эти нежности тёмным эльфам откровенно противны.
— Почему ты здесь? — спросила Элисия, наконец отпустив Куруми. — Да ещё и с Элрионом?
— Я задаюсь теми же вопросами, — пробормотал Элрион куда-то в небо, обращаясь, видимо, непосредственно к Альтее. На его реплику внимания никто не обратил.
— У меня есть кое-какие важные дела, — замялась Куруми. — А вы здесь как?
— Из-за яда, — ответила Элисия. — Ты разве здесь не по той же причине?
— Яда? — удивилась Куруми. — Какого яда?
— Позже, — вздохнула волшебница. Ей смертельно надоело пересказывать эту историю и одна мысль о том, что придётся повторить её для Куруми, а потом ещё раз для Алариэн, приводила в ужас. — Но если не из-за яда, то зачем?
— Конклав, — коротко обронила Эдем, и в её устах это слово звучало, как приговор.
— Что? — хором спросили Элисия и Элрион.
— Позже, — усмехнулась Куруми. — Для начала нам стоит поздороваться с Алариэн.
Когда они пришли к назначенному месту, Алариэн уже была там. Она сидела на невысокой ограде из белого камня, устремив взгляд в куда-то влево и вверх, туда, где между медными кронами виднелся бирюзово-синий клочок неба. Эльфийка так крепко задумалась о чём-то, что даже не сразу услышала, что к ней приближаются.
— Куруми? — удивлённо спросила она, сразу же, как обернулась, словно никого другого рядом и не было. — Не ожидала увидеть тебя здесь. Когда твоя подруга сказала, что ты ушла из-за каких-то личных дел, я подумала, что ты… в прочем не важно, — она обернулась к Элисии и Эдем. — Вы что-то узнали?
«Что ты снова сбежала» — докончила мысленно Куруми оборванную фразу, что кольнула её острой иголкой где-то под сердцем. Впрочем, как отметила Куруми, Алариэн стоило отдать должное, она никак не выделила Элриона из остальных, даже внимания на него не обратила.
— Узнали. Всё дело в адептах дракона. Они используют яд, почти такой же, как применяли в Колдроке, только сильнее, — Эдем говорила короткими ёмкими предложениями, как и всегда, когда ей приходилось рассказывать что-то без особого желания. — Этот яд опасен даже для эльфов, но мы пока не знаем насколько.
— Адепты дракона, — задумчиво повторила Алариэн, снова возводя взгляд вверх, так что в её глазах блеснул отсвет бирюзы. — Я слышала о них и о Колдроке. Не думала,
