Дарий, как ни в чем ни бывало, продолжал плыть рядом с Гайей, расталкивая воду мощными короткими гребками, и еще и умудрялся рассуждать, время от времени сплевывая воду:
— А мы можем проверить все подвалы в Риме? Урбанарии, подтянем Второй легион, он сейчас на доформировке стоит под Путеолами…
— Даже вигилов можно привлечь, у них же свободные смены есть… — заметил Марс, чтобы не оставаться в стороне.
— Марс, вигилов-то оставь в покое. Ребята и так дело делают, пожары тушат. Префект же ясно выразился. Чем ты слушал?
— Согласен, — нехотя промолвил он, подныривая под нее, чтобы всплыть выше по течению, но сталкиваясь под водой с Дарием.
Разговор увял, перейдя в бурную возню с брызгами.
Этот разговор припомнился Гайе почему-то именно сейчас, когда все вокруг исходило зловонием, чадом факела, звоном клинков и брызгами воды. Она с досадой думала, что если бы они тогда, пару месяцев назад, еще до операции под прикрытием, вырвавшей надолго их с Марсом из повседневной службы, они бы провели бы всей когортой быструю и тихую внезапную зачистку канализационной системы или же наоборот, выслали бы туда несколько неслышных и невидимых глазу умелых разведчиков, с которыми с легкостью пошла бы и она сама — ничего сегодняшнего не произошло бы.
Но исправлять что-либо было уже поздно, и оставалось приготовиться к смерти — потому что, хоть и поредели ряды врагов, но они удивительным образом собирались с новыми силами.
— Они дурью до глаз накачаны. — крикнул Марс. — В них человеческого ничего нет! Смотрите, они прут и прут вперед!
Гайя и сама это давно поняла — такой силы, упорства и нечувствительности к ранам она никогда не видела.
Но вот выметнулась из узкого хода еще одна тень, затянутая в черное и практически неразличимая в темноте:
— За Рим! — и Гайя почувствовала вплотную к себе сильное и тренированное мужское тело, не обремененное доспехами, лишь прикрытое окрашенной в черный цвет туникой и такими же галльскими браками. Лицо незнакомца тоже было закрыто до глаз черной тканью.
Почувствовав, что их ряды хоть и незначительно, но укрепились, Марс, Рагнар и совсем выбившийся из сил Дарий обрели второе дыхание и решительно, плечом к плечу закрывая тоже стоящего с мечом наизготовку Октавиана Августа, атаковали и сбросили в воду оставшихся египетских воинов — хотя в их реальном происхождении уверен никто не был, эти люди вряд ли родились в Египте, скорее, прониклись тлетворными идеями.
Гайя и незнакомый воин в черном скрутили двоих оставшихся на ногах гадов.
— Спасибо, — прерывистым шопотом поблагодарила неожиданного помощника девушка, предплечьем стирая заливающий глаза пот.
— Не за что, это же не тебе, а Риму, доблестный старший центурион Гайя, — голос мужчины был низким и звучным, с бархатными нотами, прикрывающими несгибаемую сталь внутри.
— Мы знакомы? — удивилась Гайя, подсвечивая затухающим факелом его лицо, но ничего кроме жестких темно-серых глаз под ровными темными бровями, не увидела.
— С детства, — усмехнулся воин и рыкнул на поганцев, рывком поднимая обоих за локти. — Встать! Встаем. Что разлегся? Особое приглашение? Пошел!
Гайя содрогнулась, услышав такой разительный контраст в его голосе — как он разговаривал с ней и как он скомандовал пленникам.
Она заметила, что ребята подошли поближе и тоже прислушиваются к разговору, и переключилась на Дария — мужчина прислонился спиной и затылком к кладке, уже не заботясь о том, что пачкает плесенью спину.
— Ты как? Рагнар, подставь ему плечо, — негромко попросила, не дожидаясь ответа Дария, Гайя, зная, что гордый Дарий ни за что не согласиться, чтобы его волокли.
Спорить тонкокостному и легкому, хоть и довольно высокому, с развитой мускулатурой Дарию с Рагнаром было бесполезно, и скандинав подхватил начавшего сползать на одно колено мужчину на плечи.
— Все, выбираемся отсюда, — оглянул их всех черный воин. — Гайя, ты же в Табулярий их вела?
Марс про себя удивился, как просто и естественно ведет себя незнакомец в присутствии императора — казалось, он или не узнал укутанного плащом Октавиана, или чувствовал себя слишком самоуверенно в его присутсвии.
— Стой. Не так лихо, — осадила его Гайя. — За помощь в драке спасибо еще раз. Но кто ты такой, чтобы я отчитывалась перед тобой, куда мы идем? Да полуничку собираем! И подозрительно, откуда ты мое имя знаешь. Что значит с детства?!
— Гайя…, - в голосе воина не было ни тени смущения или сомнения. — Не время и не место выяснять личности здесь и сейчас. Время поджимает. Поганцы ушами шевелят.
— Поганцев можно и вырубить, — оборвала она его со зла.
К ее удивлению, черного воина такой способ устроил, и он занес кулак над сжавшимся от ужаса пленником, но Гайя железной хваткой остановила его руку:
— Бить и без того битого и связанного? Это во-первых. А во-вторых, я и сама его поколочу, но позже. Мне ж у него столько надо спросить! Я такая любознательная.
Крайние фразы девушка произнесла погромче и вполне отчетливо, с расчетом, что услышит и пленник. Ее слова попали в нужные уши — связанный по рукам и ногам египтянин, которого крепко держал черный воин, затрясся крупной дрожью, переводя затравленный и сразу протрезвевший взгляд с одного пленившего его римского солдата на другого, и, по мере осознавания факта, что один из солдат еще и женщина, мозг пленника все больше утрачивал связь с реальностью.
— Подержи-ка, — воин передал поганцев Марсу. — Веди.
Марс погнал впереди себя пленников, рассудив, что в случае еще одного нападения они заодно послужат ему щитом. За ним шел Октавиан с обнаженным мечом. Следом Рагнар легко, как пушинку, волок Дария, который время от времени просил нового друга прекратить ломать комедию и отпустить его идти на своих двоих.
— Когда будет две своих, тогда и пойдешь, — проворчал Рагнар.
Рагнар зорко поглядывал вокруг, готовый в любой момент отразить атаку несколькими метательными кинжалами, закрепленными в ножнах у него на груди так, что их было легко выхватить одной рукой.
Воин специально приостановился, чтобы поравняться с замыкающей движение Гайей — девушка опасалась нападения с тыла и шла осторожно, старясь не пропустить движения или шороха со спины. Когда он заговорил с ней, она хотела резко оборвать незнакомца — место и время для объяснений он выбрал неудачно.
Но вот вдали засветились факелы, установленные в держатели на стенах куникула — это означало, что они
