Старушка по правую руку от девушки, расчувствовавшись, вытерла скупую слезу.
- Меня тоже пробрало, – шепнула Эми Фэаду, когда оба актера взвыли в унисон, а хрусталь на люстре жалобно задребезжал. – Бежим отсюда, пока совсем не разорвало.
- Ш-ш-ш! – напала на нее старушка, и по залу второй волной разлилось шиканье.
Фэад, чуть прищурившись от удовольствия слышать пение, встал, но остальные посетители, отделявшие его от выхода, намеренно его игнорировали, видимо, пытаясь перевоспитать.
- Меня сейчас вырвет! – взвизгнула Эм, увидев хмурые надменные лица. – Нет мешка? Подвинься!
Посетители повскакивали с мест, скоропалительно освобождая проход. Принцесса сфальшивила и оступилась.
Вылетев из душного и громкого здания, Эм вручила первой же встреченной бедняге свои туфли и, ступая босиком по мостовой, тщательно обходя лепешки, заключила:
- Никогда мне не понять искусство.
- Зачем мы здесь? – тихо спросила Эми, разглядывая в полутьме ночи местный пейзаж и нечто, похожее на вход в гробницу.
- Ты же хотела уникальный меч. Он здесь, – Фэад, не смущаясь, шагнул внутрь, во мрак. – Прислушайся к себе, как тогда, в краснолюдской шахте.
Эми прислушалась. Сначала ничего не происходило, но вскоре темнота перестала быть проблемой, очертания стен стали для нее очевидными, как и глубокий витиеватый путь, который им предстоял, и те, кто на этом пути обитал.
- Ты их тоже чувствуешь? – спросила Эми шепотом, неуверенно шагая вперед.
- Да. Эта гробница принадлежала древнему роду эльфов – первых поселенцев, которые решили жить по своим правилам. Их предводитель, Эрриадан аэп Шиилах, был одним из самых искусных воинов. Слышала о таком?
- Нет, – Эми предчувствовала что-то недоброе.
- Он потребовал создать ему меч, длинный, но легкий, тонкий и острый, но прочный, способный противостоять магическим чарам. Конечно, в итоге нашелся гном, который смог создать это произведение. Но пока он не нашелся, Эрриадан жестоко карал тех, кому задача была поручена. Легенда гласит, что, получив этот меч, эльф был проклят и погиб от своего же оружия – от руки женщины-эльфа, прекрасной похищенной Аниодале, десятилетиями им истязаемой.
- Жестокий… А как было на самом деле? – Эм слышала, что хриплое нечеловеческое дыхание приближается.
- А на самом деле, – Фэад уверенно продвигался по темному коридору, – он перепил краснолюдской самогонки и решил искупаться в ледяной реке, где благополучно утонул. Но меч существует и похоронен он вместе со своим хозяином. Не бойся. И оставь рукоять в покое.
Тяжелое дыхание и шлепки усилились. Эм замерла, зная, что источник звуков сейчас покажется из-за угла. Она думала о грейверах, альгулях и прочих падальщиках, которые могли обитать в местах захоронений, но увидеть трехметрового гиганта с большими выпуклыми глазами, налитыми кровью, и круглой пастью, заполненной по всей окружности острыми грязными клыками, никак не ожидала. Такого мало кто видел, будет, чем развлечь приятелей.
- Цементавр, – констатировала Эм и машинально продолжила: – Невосприимчив к яду и оглушению, любит сбивать с ног, не любит серебро, масло и огонь.
- Неплохо тебя Весемир поднатаскал, – Фэад очаровательно улыбнулся и прислонился к стене, ожидая еще одно представление.
- Он в два раза выше меня, – уточнила Эми.
- Но тебе же выдали амулет, – напомнил сумеречный эльф. – Ты не зря отсиживалась два года, ведь так?
- Все мстишь? – девушка потянулась рукой за плечо, к рукояти, но Фэад остановил ее взглядом.
Цементавр приблизился, нагнулся, обнюхивая Эми. От смрада из его рта у девушки заслезились глаза, но оно было и к лучшему: такую омерзительную рожу ей еще не доводилось видеть вблизи. Монстр презрительно фыркнул и направился дальше по коридору, давая несостоявшейся жертве возможность выдохнуть.
- Я таких могу пачками рубить, – гордо сообщила Эми, когда опасность, судя по всем признакам, миновала.
- Да неужели? – Фэад картинно вскинул брови.
Цементавр, похоже, оскорбился: злобно зарычав, он кинулся на Эм. До последнего она думала, что ее друг предотвратит стычку одному ему известным образом, поэтому уйти от могучего удара серой лапы смогла лишь в последний момент.
- Фэад! – возмутилась Эми, проскальзывая между ног у разъяренного монстра.
- Руби, – призвал ее Фэад и сменил наблюдательную позицию.
Цементавр, проделав несколько движений, не увенчавшихся успехом, обезумел. Его движения стали еще более хаотичными, чем Эми не преминула воспользоваться: направив на него столп огня, она рассекла монстру ноги несколько раз, пока они не подкосились, и перерезала ему горло так глубоко, как смогла. Как ни странно, это не помогло.
- Жульничаешь, – Фэад зевнул.
Эм разозлилась.
- Да что же это! Что ты вымещаешь на мне??
Судя по всему, монстр в дискуссии вступать не желал, продолжая попытки выдрать у девушки внутренности. Эм снова дезориентировала его огнем, исполосовала ноги и, запрыгнув ему на спину, со всего размаха отрубила голову.
- Скучно и неизящно, хотя соответствует глаголу «рубить», – Фэад продолжил путь, не проверяя, поспевает ли за ним попутчица.
«Как же ты меня бесишь», – подумала Эми, глазами ища что-то, обо что можно было вытереть меч.
«Я все слышу» , – отозвалось в ее голове. Эм напряглась до крайней степени: что, если Фэад также слышал ее частые мысли о ней и о нем вместе…
«Да».
Девушка вспыхнула. Мало того, что он был часто груб и невнимателен, ставил ее в странные ситуации, не общался с ней толком, но еще и изучал ее сокровенные мысли!
- Если ты слышал, то почему не подпускаешь меня к себе?
- Мы пришли сюда за твоей блажью, мечом, – Фэад даже не обернулся. Эм схватила его за руку, настроенная решительно, и развернула к себе.
Красивые глаза эльфа горели недобрым синим огнем. Эми вздрогнула: она кружилась в желтом платьице, пока сильные руки не поймали ее, и тут же оказалась на дереве, заглядывая в разноцветные глаза.
- Хватит! – взмолилась девушка, силясь перебороть душевную боль, не желая ничего вспоминать. – Хватит. Не надо меча. Просто уйдем. Ничего не надо.
- Мы почти на месте, – Фэад положил руку на каменную кладку, и стена испарилась в воздухе. Эми увидела огромный каменный саркофаг, украшенный резными фигурами
