— В смысле? А что не так?
— Не знаешь?.. — Охранник покачал головой. — Ладно, я поясню. Смотри в чем хитрость: сонная бомба при активации испускает густой дым, вдохнув который, ты засыпаешь. Летучая смесь эфиров и наркотиков может усыпить примерно часа на два. Подвох в том, что она проста, как два пальца обоссать.
— Хочешь сказать, что такой легкий заказ никто не хочет брать? Но разве она не запрещена законом? Думаю, это многое объясняет.
Я огляделся, в поисках профессора, который снова куда-то пропал.
— Ладно, остановимся покамест здесь… Надеюсь, наш пострел еще не успеет далеко убежать… Так, о чем я?
— Ты хотел мне что-то объяснить.
— Да, точно. Так вот, ты не совсем права. Такую шашку делают вопреки всем запретам, просто потому, что это слишком просто и быстро.
— Ладно, поняла. Так ты будешь брать?
— Я сам хотел у тебя об этом спросить. Меня терзает смутное сомненье.
Мерисса присела на пол.
— Я могу тебя свести с тем человеком, который вывесил это объявление. Выбирать тебе.
Внезапно, из дыры в полу вынырнула седая голова профессора. Покряхтывая, он вылез на камень, и уселся рядом с охранником. Мы в удивлении уставились на старика, который со вздохом наслаждения окунул в мутную воду ноги. Странно, однако я точно помню, что на его ступнях были туфли.
— Что, устали? Ничего, скоро придем, с парадного входа, как бояре!
— А где ваш мешок? — Спросила девушка.
— Какой мешок?
Сиреневой улицу прозвали ещё во времена прапрадеда Фенрира, около 110 лет назад. Тот лично посадил сирень вдоль всей дороги, привезя ее из садов Междуречья. Каждую весну, цветки этого растения преображают городской пейзаж до неузнаваемости. Ближе к осени, когда они осыпаются, вся земля покрывается ярким и душистым ковром. По этой причине здесь очень любят устраивать свадебные ходы.
Так уж сложилось, что раньше на этом месте стоял высокий крепостной вал. Когда границы Двелла стали расширяться, было принято решение перенести городские стены дальше, а вал — срыть, оставив только небольшое возвышение. В итоге, задумку воплотили в реальность. Из разобранных защитных укреплений сделали мостовые и первые дома. Сама улица получилась несколько выше, чем все остальные — на общем плане она лежит на пяти метрах над уровнем земли. По этой причине к ней пристроили несколько лестниц, но уже гораздо позже, через пятнадцать лет со дня ее основания. Сейчас Сиреневая стоит высокой стеной, разделяющей город на внешнее и внутреннее кольцо.
Стоит также сказать, что в этом месте очень много зданий, имеющих юридическое или финансовое назначение.
Холл гильдии был ярким примером богатого убранства. На первом этаже в пять рядов стояли длинные столы, за которыми сидело множество людей, обсуждающих свои важные и неотложные дела. Вот здесь-то деньги лились золотой рекой, а их звон! Ах! Он так ласкал мой слух! Здесь все было погружено в невероятную атмосферу, которую сложно описать словами.
Перейдя в другой конец помещения, Шиф направился к противоположному концу помещения скрытым за не пустующей кабинкой перевода валюты. Там он стал шарить по каменной стене, как будто слепой без поводыря.
— Черт подери! Опять забыл! Где-то здесь? Нет… А этот? Тоже нет…
— Профессор, что вы?.. — Спросил я, но меня сразу одёрнула Мерисса, тихо зашипев.
— Он ищет вход. Будет лучше лишний раз не раскрывать местонахождение последнего в этом городе магического рынка.
— Погоди, а как он?..
— Попался!
Поиски увенчались успехом — кирпич ушел внутрь стены и открыл тайный проход. Кусок камня просто отъехал в сторону, открывая узкий вход на лестницу. Бесчисленные ступени уходили вниз, в недоступные для человека глубины. Профессор смело шагнул вперед и пригнул голову.
— Берегитесь! Своды этого лаза довольно низкие! Втяните шеи!
Пожалуй, весь мой восторг от верхнего зала можно считать прелюдией. На самом дне, у корней земной коры покоился огромный грот. Его природное величие превосходило любые представления; мечта спелеолога, воплощенная в реальность! Потолок возвышался над нами футах в двухстах, где он терялся в ярком свете кристаллов. Чародейские лавки здесь пестрели всевозможными товарами, а юные маги практиковали свои умения, не опасаясь за свои жизни. Разительное отличие от Двелла, который остался далеко наверху.
От удивления у меня даже отвисла челюсть.
— Ладно, это потрясающе. Но как… Как это здесь оказалось?
— Ангелар, мальчик мой, эта пещера была выточена водой очень много лет назад. Со временем она ушла в более далёкие недра земли, оставив нам в наследство одно из самых прекрасных чудес света. После того злосчастного дня, да будь ты проклят, Венисий! — Некромант погрозил кулаком потолку. — С тех пор мы живём, торгуем, учимся… здесь!
— Ну, здесь много места для разгула. И вы не преминули им воспользоваться.
— Ха-ха, так и есть! Тут так много лавок, куда я могу сплавить свой товар! Ох, ты, совсем запамятовал! Ладушки, ребятишки, развлекайтесь, ибо ваш любимый профессор вынужден удалиться по делам! Увидимся!
Шиф скрылся в толпе, и я остался стоять с Мериссой. Лично она была настроена более решительно, а потому снова начала донимать меня своими расспросами.
— Так что? Как поступим? Решился наконец-то?
— Да… Беру. Только, чур, буду говорить я, а ты — вооруженный, молчаливый свидетель. Следуем своим ролям, чтобы все прошло замечательно. Будет лучше, если ты еще оденешь маску — для пущего эффекта. Хорошо?
— Угу.
— Ну вот и славно. А теперь веди нас к нему.
Девушка схватила меня за руку и повела в самую гущу. Удивительно то, как она тут ориентировалась, если тут ничего не поддавалось какой-либо логике или порядку. Отовсюду доносились всевозможные крики, постоянно кто-то окрикивал нас, предлагая свой товар на продажу. Пару раз даже самые наглые торгаши преграждали дорогу, однако, увидев наставленный им в нос арбалет, они исчезали с горизонта, как будто их и не было.
В конце концов мы оказались в жилой зоне, где лагерем стояли сотни путешественников. Тут даже остановились цыгане, которые разбили свой табор вокруг большого кристалла. Этот народ всегда такой веселый, непринужденный; знай себе только, что вольная жизнь и танцы хороводом. В каком-то смысле мне даже стало завидно.
Рядом с простой палаткой сидел очень мрачный человек, чей лагерь был разбит в стороне от всего веселого безумия. Лицо незнакомца было, мягко скажем, не самым выразительным: сморщенным по центру, словно ему в голову прилетела наковальня. В довесок, он обладал огромными скулами и высоким лбом, не свойственными для жителей Двелла, а на правом глазу красовалось бельмо. Мужчина растирал свои ноги, изредка прикладывая к вспухшим мозолям мокрую тряпку. Увидев, как я с Мериссой направляюсь к нему, он быстро отбросил ткань в сторону.
— Ох… Тьфу!.. Чего надобно?
— Слышал, вы готовы щедро заплатить тому, кто сделает для вас сонную бомбу.
— О, нашелся кто-то смелый среди всего этого сброда? Ха-ха-ха-ха! Знайте, я пришел сюда через подземные ходы и шахты,
