Он потер рукой с ехидной улыбкой на лице. Увидев это, Ангелар злобно захохотал. Все гости в зале с ошарашенным видом обернулись к стойке, отчего тот захохотал пуще прежнего.
— Ха-ха-ха-ха! Зед, ты это видишь!? Ха-ха-ха! Они приняли нас за кметов, хотя сейчас мы богаче их раза в два! Ха-ха! Держите, достопочтенный хозяин, — здесь лаборант начал кривляться, — «Имперской кухни», хе-хе, держите свои деньги и свою челюсть!
Ангелар достал один из самых тяжелых мешков из своей сумы, после чего вывалил все его содержимое прямо на стойку. Золотым водопадом денарии начали сыпаться на деревянную поверхность, летели на пол и катились во все углы. Звон стоял поистине оглушительный, а из мешка все продолжали падать монеты. Внезапно, Ангелар остановил поток, ехидно улыбнувшись в ответ. Но даже так, на столешнице осталась покоиться сверкающая золотая гора.
— Все, горшочек, не вари. А-а с вас, уважа-аемый, хватит и этого… Без сдачи.
Потрясенный до глубины души хозяин таверны склонил перед гостями голову.
— Все будет в точности, как вы и просили, господин. Прошу, господа, давайте я вас сопровожу до вашего места.
— Разрешаю. — Ответил ему некромант.
Хозяин проводил своих необычных посетителей, под изумленные взгляды остальных богатеев, к самому лучшему столу, рядом с камином. К сожалению, или к счастью Ангелара, тот был уже занят широким, сидящим сразу на двух стульях мужчиной, с гадкими белобрысыми усиками, весь испачканный в жире, и от которого несло потом за три версты. Когда хозяин таверны вежливо предложил ему пересесть на другое место, тот сорвался на фальцет.
— Да кого вы сюда пускаете!? Что это за простолюдины!?
— Прошу вас, они заплатили за это место.
— Да какое мне дело!? Это мое место! Мое, мое! Сгиньте с глаз моих, ворье и убийцы! Здесь не место для таких как вы! Отправляйтесь в свою сточною канаву, откуда вылезли!
Лаборант довольно ухмыльнулся. Кивнув Зеду, он отошел в сторону. Теперь настала его очередь повеселиться. Сплюнув тому свиноподобному человеку под ноги, он заглянул к нему в глаза.
— Глядите-ка, какая пташка подняла тут щебет! Хотя нет, рожденный свиньями, орлом не полетишь. Слышь, ты тут свое хрючело не разевай даром, ясно? Нет, вы поглядите! Хозяин, да у вас тут корова доильная завелась! С него пот и жир льется, как из ведра, только тряпку неси, да выжимай! Ебать твою мать, да уж лучше в канаве жить, чем видеть твою жирную, грязную, свиную харю! Хотя знаешь, вряд ли я уже вернусь домой, в канаву, ведь там твоя матушка жирным пятном разлеглась!
— Да как вы смеете!? Вы хоть знаете, кто я такой!?
— Свинья ты, мужик, откровенная свинья и плачут по тебе твоя покойная мать и скотобойня! А самое веселое знаешь, что, а?
Прячась в своих складках, как улитка в раковине, мужчина нерешительно спросил Зеда:
— Ч… Что?..
— Я бы к твоей свиноматке вообще не приблизился, ведь тогда бы она меня съела! Сгинь с места, скотина ты этакая!
— Я буду жаловаться! — Со слезами на глазах, под неистовый хохот Ангелара, толстый чиновник вылетел из таверны. Словно огромный бык он прокатился через весь зал и сбил на своем пути несколько столов и новых посетителей. Удовлетворенный алхимик кивнул, после чего вдохнул полной грудью.
— Ну вот, теперь и дышать стало проще. Хозяин смените нам стулья, а то они все пропитались свинячим духом. Вы потом мне еще спасибо скажете, что не увидите больше этого хряка в вашей таверне. Зуб даю, не явится!
Ангелар хлопнул Зеда по плечу, вытирая слезы.
— Я уже… очень давно так не смеялся… Ну ты и учудил… Хоть бы мать его оставил в покое…
— Пусть знает свое место, хех. — Прохрипел он в ответ. — Нам бы тоже пора занять свои честно отбитые.
Как и ожидалось, еда в «Имперской кухне» не зря прослыла самой лучшей во всем Двелле. За столом некроманта прислуживали все здешние стольники и сам хозяин таверны, который стал вести себя после трюка Ангелара очень подобострастно. Их обед и вино не могли соревноваться по качеству с домом Джавалли, однако даже этого вполне хватило, чтобы Зед с лаборантом почувствовали вкус настоящей пищи. Распив в конце целых три бутылки вина, они отправились гулять дальше, в то время, как хозяин заведения поистине уверовал, что внешность бывает обманчива.
Следующим местом, куда захотел наведаться Ангелар, стала швейная мастерская, расположенная на углу богатого дома с имперских размеров мансардой. Каждый дворянин оглядывался на него, в полном непонимании, что здесь забыл такой человек, как он. Зед, который шагал рядом с ним, без конца шутил над нелепыми нарядами богатеев, сравнивая их с птицами или свиньями, нежели с нормальными людьми. После выпивки настроение некроманта поднялось еще больше, ведь сумка на плече была все еще тяжелой, а он даже не посетил роскошные бани, известные здесь под названием термы. Мир вокруг казался цветным и красивым, несмотря на мрачные сумерки затянутого тучами неба. Фонари сверкали ярче прежнего, деревья казались выше, а трава зеленее. Огонек в его глазах полыхал так же высоко, как костер на Шабаше. Дарадо встречал свой двадцать первый день рождения, как господин знатных кровей.
Оказавшись у витрины мастерской, некромант стал вглядываться внутрь. Он уже бывал раньше в подобных местах, однако даже там отмечал, что среди всех тканей большее предпочтение отдают шелку, который ему не нравился. В плане одежды Ангелар был самым настоящим придирой, предъявляя к ней высокие и нестандартные требования. Исходя из того, как он раньше бедствовал, будучи студентом, у него появилась неиссякаемая жажда роскоши, благодаря чему теперь любил выделиться ухоженным, красивым внешним видом. Лаборант очень любил рубахи со строгим воротом и вышитым золотом манжетами. Его второе основное требование произрастало из постоянной экономии средств, порой доходя до абсурда. Даже будучи не трезвым, решивший раскошелиться в самых дорогих лавках Двелла, он отдавал себе отчет и считал каждую потраченную монету, намереваясь отбить ее в тройном размере. По этой причине любая его одежда должна быть прочной, долговечной, стоить своей цены и не должна быть шелковой, который тот просто ненавидел.
Внезапно, взор Ангелара зацепился за чем-то интересным. Указав на витрину Зеду, он промолвил:
— Погоди-ка… Вот здесь будет наша следующая остановка.
— Тогда… Тогда заваливаемся сюда. — Ответил ему Зед.
— Не заваливаемся, а заходим. В таких местах я люблю относиться к работникам вежливо. Как никак, они занимаются весьма важным трудом — шьют одежду!
Изнутри мастерская была почти неотличима от простых мастерских плебеев, кроме того, что здесь каждая ткань была яркого цвета, тонкая и шелковая. Некромант на полном ходу устремился к одному из дальних манекенов, на котором сидела богато украшенная льняная рубаха. Смотритель лавки заметил новых, необычных посетителей. Обратившись к Ангелару, он зашел
