— Да, думаю это разумно, — отвечаю я, стараясь широко не улыбаться.
— Тогда можете идти, у вас много работы, — он встает и протягивает руку, я пожимаю ее. — Удачи, мисс Ричардс.
— Спасибо и до свидания, — отвечаю я и покидаю его кабинет.
Миссис Ларсен выжидающе смотрит на меня, и когда я показываю ей два больших пальца, то она радостно улыбается. Пока я ждала встречи с мэром, то рассказала ей о своих намерениях по поводу библиотеки и она была очень рада.
— Поздравляю, Софи. Я расскажу всем своим подругам об этой новости. Когда библиотеку закрыли, то пришлось закрыть и наш читательский клуб. А ведь мы собирались вместе каждую субботу, больше двадцати лет, чтобы обсудить новую книгу. Надеюсь, ты справишься, и вскоре нам снова будет что прочитать и обсудить, — женщина подмигивает и заключает меня в объятия. От неожиданности я даже не знаю, что сделать и куда себя деть. Кажется, тут многие любители крепких объятий, что для меня немного странно. Для меня объятия это что-то личное, что происходит между хорошими друзьями или любящими людьми. Но в Спринг Хилл люди гораздо проще, чем в больших городах. Это скорей всего огромная семья, чем просто городок. Здесь есть и добрые сестры, вредные братья, тетушки, любящие посплетничать, бабушки, готовые помочь каждому прохожему. Все это и есть Спринг Хилл маленький городок, словно огромный многоквартирный дом.
— Спасибо, миссис Ларсен.
— Ох, называй меня Глория, а то я занесу тебя в черный список, как свою невестку, — шутливо произносит она, на что я улыбаюсь.
— Хорошо, Глория. Я бы с удовольствием поболтала, но у меня море работы и мало времени.
— С одной рукой тебе вряд ли управиться в срок, — Глория качает головой, уперев руки в бока, — тебе нужны помощники.
— Я справлюсь.
— Там наверняка нужен ремонт, а у меня есть племянник, который занимается плотницкими и строительными работами. Я поговорю с ним и пришлю к тебе на помощь.
— Я не смогу ему заплатить, не думаю, что это будет удобно, — говорю я, отмахиваясь.
— Ну, что ты, он будет рад помочь, — Глория добродушно улыбается, и я понимаю, что она искренне хочет помочь.
— Хорошо, давайте я напишу вам номер телефона, куда бы вы могли позвонить в случае чего.
Глория согласно кивает и дает мне свой блокнот с ручкой. Я записываю номер Карен, потому что своего телефона у меня нет. После отдаю блокнот ей и мы, наконец прощаемся.
Я решаю первым делом сходить в библиотеку и посмотреть объем работы. Слава богу, она находится недалеко от мэрии. Мне стоит лишь пройти через городскую площадь, мимо огромного фонтана и вот уже здание библиотеки предстает передо мной. Великолепная постройка, напоминающая готический стиль, из красного кирпича с высокими, острыми шпилями и продолговатыми окнами. Подхожу к огромным, тяжелым дверям и толкаю одну из них. Она со скрипом открывается, и я попадаю в темное помещение. Воздух здесь затхлый и пыльный. Дневной свет просачивается сквозь мозаичные окна, но этого освещения не достаточно. Ощупываю стены в поисках выключателя, и вскоре мои поиски приводят к положительному результату. Включаю свет, но некоторые лампы сломаны и не горят. Вот и проблема номер один. Большое, просторное помещение заставлено стеллажами с книгами. Есть несколько столов, на которых стоят старые настольные лампы. Я замечаю винтовую лестницу и поднимаюсь на второй этаж. Там тоже стоят книжные стеллажи, пара старинных кресел и несколько столов. Под высоким потолком висят две огромные многоуровневые люстры, скорей всего хрустальные. И все поверхности полностью покрыты толстым слоем пыли. Кажется, что люди просто в один момент исчезли отсюда и не появлялись очень долго. На столах даже лежат открытые книги. Оглядевшись, я понимаю, что Глория была права, одна я точно не справлюсь. Тут предстоит не только все прибрать, но и многое отремонтировать. Спускаюсь по лестнице, стараясь не касаться перил. Прохожу мимо стеллажей, просматривая корешки книг. От моего вмешательства пылинки начинают кружиться рядом со мной, вызывая приступ чихания.
— Будьте здоровы, — слышу я после очередного чиха. От неожиданности я подпрыгиваю на месте, оглядываясь по сторонам. Сначала я думаю, что мне это послышалось. В таком здании это не удивительно. Здесь можно и в привидений поверить. Но вскоре из-за стеллажей показывается мужской силуэт. Тусклое освещение не сразу дает мне разглядеть мужчину, но когда он оказывается в паре метров от меня, то я узнаю его. Лохматая копна волос, как всегда прикрывает глаза и сложно разглядеть какого они цвета. Волевая челюсть покрыта густой щетиной, а губы сложены в тонкую полоску. Он выглядит устрашающе в этой мрачной атмосфере, отчего я, слегка отшатываюсь назад. От моего движения его лицо становится еще более серьезным.
— Спасибо, — говорю я, но голос больше похож на писк, — что вы тут делаете?
— Тетя попросила помочь ее подруге в библиотеке, — произносит он, складывая руки в карманы джинсового комбинезона. Одет он как какой-то лесоруб. Комбинезон, клетчатая фланелевая рубашка, тяжелые сапоги. Не хватает только топора.
— Ох, — только и я могу я сказать. Вот что я называю подставой века. Кто же знал, что племянником Глории окажется ни кто иной, как Лиам Хендерсон. Кажется, куда бы я ни пошла, то обязательно встречусь с ним. После той встречи в саду я избегала его. Но теперь судьба снова сталкивает нас вместе.
— Так что тут нужно сделать? — спрашивает он, проходя мимо стеллажей и оглядываясь вокруг. Его гулкие шаги эхом отскакивают от высоких потолков.
— Думаю, я справлюсь сама, — говорю я, стараюсь придать голосу твердости.
— С чего вы так решили? — произносит он, с интересом глядя на меня.
— Тут просто нужно прибраться, вот и все, — отвожу от него взгляд, понимая, что мое лицо всегда выдает ложь. Я не умею лгать.
— Ага, — он насмешливо смотрит на мой гипс и это меня нервирует. Прикрываю гипс здоровой рукой. Но понимаю, что веду себя глупо, поэтому убираю руку и смотрю на мужчину. Хочется выглядеть так же уверенно, как Карен, но мне далеко до нее.
— Я справлюсь сама, — говорю я, надеясь, что голос прозвучал гораздо тверже.
Но мужчина явно не верит, ни одному моему слову. Он отворачивается, снова проходит мимо стеллажей и внезапно пинает один из них. Тот протяжно скрипит, а после с грохотом разваливается, словно карточный домик. Он неожиданности я не знаю, что сделать, стою на месте, как вкопанная.
— Какого черта? — кричу я, когда оцепенение проходит. Сама не ожидая от себя такого, но меня охватывает злость. Что он себе позволяет, черт подери. — Ты сломал его.
— Я просто