— Эй, — возопил Лис, срывая голос, — всего капля крови ее нужна? Я добуду! Цена только повыше будет, чем у других, но дельце проверну — мне это раз плюнуть. Я Марь знаю как облупленную, и куда ее везут, тоже знаю.
Пустельга сделала круг, кося на него желтым глазом. Лис зло сощурился:
— Не веришь? Твое дело, не покажешь дороги к хану, не видать ему ключа, — он неуклюже выставил руку, согнув ее в локте, в надежде, что птица спустится. — А я больше забесплатно не чихну даже.
Пустельга заклекотала, хлопнула крыльями, разогнав горячий воздух, и полетела, спустившись низко-низко, едва не задевая ремешками колосья. Лис, ударив коня пятками в бока, ринулся в погоню.
К стенам Самбора он добрался засветло, привязал скакуна и теперь шатался неподалеку, дожидаясь сумерек — в лучах закатного солнца волосы его горели медью, и Лис опасался, что будет узнан и повязан стражей в первые же мгновения, как переступит за черту городских врат. Пустельга терпеливо ждала его на башенке с заколоченным оконцем, провожая горящим взглядом телеги и брички, на которых, как воробьи под дождем, сгрудились примятые долгой дорогой и опаляющим зноем мужики и всполошенные юноши из окрестных сел и весей.
Лис приметил груженый обоз, накрытый мешковиной, и собрался запрыгнуть незаметно, чтоб проехаться с ветерком до храмовой площади, но остановился, замедлил шаг — побоялся досмотра стражниками. Только когда стемнело, прошмыгнул в город за телегой, согнувшись в три погибели, но молодые воины у ворот даже не глянули в его сторону, занятые новоприбывшими: загибали пальцы, рисовали палочки на земле, но то и дело сбивались со счету и начинали заново. Лис хмыкнул, шустро скрываясь в проулке.
Пустельга отлетела, и он долго шел в темноте, ориентируясь на тихий клекот.
Птица ждала его на покосившейся, основательно подлатанной крыше хлипкого домишки у самой окраины города. Лис скрипнул дверью и заглянул внутрь — похоже, дела у хозяина постоялого двора шли неважно: в помещении, освещенном тусклым светом одинокой лучины, из трех столов занят был только один, и за тем, набычившись, пил чарку за чаркой коротышка в кафтане не по размеру. Лис умостился неподалеку. Сумку бросил на пол, но подумав мгновение, задвинул ее ногой под лавку.
Юшка из костлявой рыбы да сивуха — все, чем потчевали в столь поздний час. Но Лис и не ждал разносолов. Еда не лезла в горло, и зачем птица привела его сюда, он не понимал. «Может, просто на ночевку устроилась, а я — дурень, решил, что тут дело какое…» Лис нервно подергивал ногой, разглядывая соседа по столу — тот поправлял ворот кафтана, промакивал широченным рукавом пот со лба и, казалось, едва ли не плакал.
— Пропало все… Пропало… — стенал коротышка, не забывая раз за разом подливать сивухи в чарку. — И не скажешь ничего, не выкрутишься теперь!.. Ух, знал бы — не ввязался бы в это болото ни в жизнь!
Когда пришло время расчета, он со всхлипом стянул с себя кафтан и отдал за постой и ужин. Лису удалось обменять один из каменьев на монеты — продешевил, потому что у хозяина нашлись одни медяки и всего пара серебрух, с которыми тот расставался весьма неохотно, несмотря на всю выгоду сделки.
Только Лис собрался подняться в комнату, как его придержали за локоть.
— Чего? — ощерился он, оборачиваясь.
— Ты — молодец богатый, я погляжу, — обнажил кривые зубы в улыбке коротышка. — И щедрый, наверное. Мне ехать надо — вот прям жуть, а денег ни гроша. Прогулял — увлекся, с кем не бывает?
— Не подаю, — Лис стряхнул его руку и ступил на лестницу.
— Постой, постой… — собеседник проявил недюжинное упорство, махом оказавшись на ступень выше. — Я не просить. Одежку распродаю. Хорошую одежку…
«С чужого плеча…» — мелькнуло в голове у Лиса, но он промолчал, устало глядя перед собой.
— Курточка есть, прям на тебя! Разве что подшить немножко, но это ничего — на вырост будет… — затараторил коротышка. — Кожа телячья — и немаркая, и крепкая, но не грубая… И мехом отороченная по вороту…
— Мехом? — переспросил Лис, вновь загрустив о своей утерянной куртке.
— Мехом, да! — закивал тот. — Ондатровым! Мягким, как пух!
— Ондатра — это ж крыса, — Лис скривился, и локтем подвинул коротышку, освобождая путь.
— Какая ж это крыса? Она в воде живет, как… как лебедь!
— Водяная крыса, значит, — отмахнулся Лис.
Коротышка еще пыхтел от возмущения, подыскивая слова, чтоб защитить товар, а Лис скрылся в темноте коридора, юркнул за дверь и щелкнул засовом, в надежде, что ночью его никто не побеспокоит — на сон он отвел совсем немного времени, переживая, что привязанного за стенами города коня могут умыкнуть.
Скакуна, впрочем, пришлось сбыть первому же сговорчивому купцу на пристани — цену за его переправу заломили воистину грабительскую.
С самого отправления Лис шатался по кораблю, приглядываясь к снующим с палубы на берег и обратно купцам и тугим кошелям на их поясах. Он загибал пальцы, нервно подсчитывая, сколько денег потерял, и сколько ему понадобится на обратную дорогу, если хан не согласится выплатить аванс. Устав, наконец, от собственных мыслей, опустошенный тревогами, он остановился у борта и краем глаза заприметил копошение по правую руку. Коротышка в куцей курточке с плешивым мехом на вороте, крутился рядом, не решаясь подойти. «Не нашел дурака, — хмыкнул Лис про себя, — а деньги, гляди-ка, достал… Иначе б не светился на палубе, а затихарился среди ящиков».
— Погодка, да? — коротышка одернул курточку и остановился неподалеку, опершись о бортик и поглядывая на Лиса.
— Ага, — бросил тот.
— Видал, какая птица? — кивнул коротышка на пустельгу.
— Видал, — Лис даже не повернулся — та умостилась на мачте в самом начале пути и застыла столбиком, только поводила иногда головой, разглядывая беспорядочно снующих чаек.
Коротышка помолчал, раздражающе причмокивая губами, а потом выпалил и согнулся, будто испугался собственной наглости:
— Не зря вот мы второй раз встретились. Не иначе, сила какая столкнула. Судьба! Ты не из наших, часом?
— Каких еще «ваших»? — зыркнул на него Лис.
— Птица знаешь, чья? — засипел коротышка, прикрывая ладонью рот, чтоб не сболтнуть ненароком лишнего.
— Знаю.
Коротышка удовлетворенно кивнул:
— Если за ней идешь, — прошептал он, тревожно оглядываясь, — то надо вместе держаться. А ты, что же… — вдруг помрачнел он, — по какому делу?
— С хозяином птицы поболтать надо.
— Ежели передать чего важное — так через меня можно, — с готовностью вызвался коротышка.
— Нет, мне с глазу на глаз надо, без посредников.
— Не доверяешь? — оскорбился собеседник. — Так мы все повязаны — свой… — он кашлянул, — правильный выбор сделали… Тоже, небось, не вышло ничего и на поклон спешишь? — не скрывая надежды в голосе предположил он.
Лис безразлично пожал плечами. Молчаливая хищная птица с каждым оброненным коротышкой словом нравилась ему все больше
