Я уже собирался откланяться, как Петуния попросила меня минуту подождать и вышла из гостиной. Она вернулась, сжимая в руке маленькую квадратную шкатулку, при виде которой у меня защемило сердце: это был мой подарок на день рождения Лили. Ей тогда исполнилось тринадцать лет.
— Я нашла это среди вещей сестры. В доме родителей. По-моему, это принадлежит тебе, — тихо проговорила она и протянула шкатулку.
Дрожащими руками я открыл крышку. Стопка писем, перевязанная зеленой ленточкой. Штук десять — пятнадцать, не больше. Некоторые пожелтели от времени, чернила выцвели. Другие — сравнительно свежие. Зачем она их хранила?! Зачем?
Это были мои письма. Вернее, записки, отправленные Лили на протяжении четырнадцати лет нашего знакомства. Молчаливые свидетельства моей дружбы, любви, ревности, злости и страха. Дрожащими пальцами я достал несколько листков.
<empty-line>
“Дорогая Лили поздравляю тебя с Рождеством! Надеюсь, тебе понравилось у твоей бабушки, хотя очень жаль, что я не увижу тебя до конца каникул. Буду с нетерпением ждать, когда ты вернешься. Твой друг Северус.”
<empty-line>
“Лили, твоя поездка в Египет совершенно некстати. Хотя я и рад за тебя. Но как назло, именно теперь мне нужна твоя помощь в эксперименте. Не хочу писать, пусть это будет для тебя сюрпризом. Лишь намекну: у меня все практически получилось! Как? Вот приезжай побыстрее, и все покажу! Не задерживайся, сразу по приезду приходи. Я скучаю. Будущий профессор Зельеварения Северус Снейп.”
<empty-line>
“Лили, пожалуйста, прости меня! Ты не хочешь меня выслушать, так что это письмо — моя последняя надежда вымолить твое прощение. Я никогда не думал о тебе ничего подобного. Я не знаю, почему сказал это. Прости меня! Ты самый лучший, единственный друг. Так неужели одного слова достаточно, чтобы уничтожить все, что между нами было? Я представляю, в каком восторге сейчас Поттер, ему удалось рассорить нас. Хотя во всем виноват я один. Прости меня, Лили. С.С.”
<empty-line>
“Миссис Поттер! Примите мои поздравления в связи с радостным событием в вашей жизни. От всего сердца желаю вам благополучия, надеюсь, что вы будете счастливы с вашим супругом. P.S. Прощай, Лили, я действительно желаю тебе счастья.”
<empty-line>
“Лили, немедленно уезжай! Тебе грозит опасность! Я не могу ничего написать подробнее, но все очень серьезно! Чем быстрее ты покинешь Англию, тем лучше! Верь мне. Речь идет о твоем ребенке. Северус.”
<empty-line>
Последнее письмо, вернее, мятый обрывок пергамента с наспех нацарапанными карандашом неровными фразами выпал из моих рук и, кружась, спланировало на пол. Значит, Блэк все-таки передал его! Не может быть!
События двухлетней давности ярко предстали передо мной:
В Косом переулке было как всегда полно народа. Обычная толкотня выходного дня. Мне были необходимы ингредиенты для очередного эксперимента, и я отправился за ними в полулегальную аптеку Кривого Стенли, моего давнего поставщика. Впрочем, на самом деле визит в аптеку был простым прикрытием, Дамблдор назначил мне встречу для очередного отчета. Почти возле самого входа я практически столкнулся с Сириусом Блеком, неизвестно за каким чертом слонявшемся здесь. В том, что его интересовали зелья, я сильно сомневался. К счастью, он смотрел в противоположную сторону и мне удалось незаметно скрыться за дверью.
В нос с порога ударили запахи гнилых водорослей и тухлых яиц. Просто неповторимый аромат, честное слово. Аптека была маленькая, грязная и на первый взгляд не слишком популярная. Но только на первый. Основной доход, и к слову — немалый, Кривому Стенли приносили запрещенные зелья. По молодости лет я неоднократно варил для него некоторые полулегальные микстуры. Ничего сверхопасного, но это было весомым подспорьем для нищего полукровки. В последнее же время меня привлекали в основном контрабандные ингредиенты по довольно доступной цене. Хотя за Стенли среди обывателей тянулась слава мошенника, способного продать лежалый товар, со мной таких фокусов он никогда не проделывал: Темный лорд, мой Хозяин, не тот человек, зелья для которого можно безопасно испортить. Да и близкое знакомство со мной было своеобразной гарантией качества.
Войдя в аптеку, я несколько секунд привыкал к полумраку. Как оказалось, я был не единственным покупателем. Перед прилавком стоял лысый мужчина средних лет и сосредоточенно рассматривал пучок трав, выложенный перед ним.
— Отменная сон-трава, мистер Эй. Будете спать как убитый.
Стенли сонно моргал своим единственным глазом, как будто сам только что использовал предлагаемый товар по назначению. Увидев меня, он приободрился и стал шарить под прилавком. Скорее всего, мой заказ был уже готов. Но меня привлек копошащийся мистер Эй. Что-то знакомое было в нем, хотя это лицо я видел в первый раз. Но тут он чуть повернул ко мне голову, и я смог взглянуть ему в глаза. Дамблдор. Под Оборотным. Он позволил узнать себя. Хотя вряд ли я бы обознался даже без этой грубой подсказки с его стороны. Для менталиста Оборотное зелье не могло послужить препятствием. Мы видели сущность человека, а не его внешнюю оболочку.
Дамблдор расплатился за покупки и шаркающей походкой направился к двери. Едва он скрылся, я подошел к кассе и протянул руку. Стенли понял без слов. Через секунду в моих руках был сверток с заказом. Я молча бросил на стол кошель с оплатой, не утруждая себя проверкой заказа. Стенли так же не стал пересчитывать. В мире Черного рынка редко обманывают постоянного партнера. Так как ложь, чаще всего, становилась причиной безвременной кончины.
Как бы там ни было, я вышел из аптеки спустя пару минут после Дамболдора. И сразу увидел его удаляющуюся фигуру в конце переулка. Стараясь не привлекать к себе внимания, я пошел вслед за ним. Долго идти не пришлось. Он свернул за угол, и, проследовав в том же направлении, я оказался в полутемной нише у старого дома. Дамблдор навел чары Конфиденциальности, давая мне возможность беспрепятственно передать последние сведения.
— У нас только десять минут. Что у тебя?
Директор не потрудился изменить вместе с внешностью и голос, но из-за интонации, далекой от обычной добродушной манеры, узнать его было довольно сложно.
— Два захвата. Дом аврора Леттери и семейства Уэстов, в пригороде Ливерпуля. В последнее время его нервируют смешанные с магглами браки. Уэсты будут первыми.
— Хорошо, что нибудь еще?
— Сведения подтвердились, в ближайшее время будет какая-то
