Саске активировал Шаринган.
— Гендзюцу: Кай! — раздался выкрик Сакуры.
— Кай! — закричал Наруто, сложив печать Тигра.
Сила его дзюцу была настолько велика, что концентрическая волна чакры даже всколыхнула примятую траву полигона.
Ничего не изменилось. Это был действительно Какаши-сенсей, он действительно пришёл вовремя и действительно усиленно тренировался. Конечно же, в подобную глупость никто поверить не мог. Несмотря на идеальную маскировку, этот самозванец плохо знал настоящего Хатаке Какаши.
— Таджу Каге Буншин но дзюцу! — закричал Наруто.
Клоны возникли перед командой и приняли защитную формацию. Они разбились на пары и в ладонях у каждого второго начала вращаться сфера Разенгана.
Сакура сорвала со спины свой гигантский меч, а Саске выхватил из подсумка Райджин. С треском электрических разрядов рукоять сформировала жёлтое светящееся лезвие. Саске сосредоточился на преобразовании чакры, и лезвие приняло синий цвет, а интенсивность разрядов многократно увеличилась, став напоминать чириканье множества птиц. Этот меч оказался настоящим сокровищем: несмотря на то, что при обычном употреблении от него было немного толку, и он служил скорее электрошокером, чем мечом, лезвие являлось идеальным проводником Райтона, а на создание Чидори чакры тратилось на порядок меньше.
— Густобровик-сенсей! — закричал Наруто. — Осторожней, это не Какаши-сенсей! Это самозванец!
Псевдо-Какаши оттолкнулся руками и приземлился на ноги. Одной рукой он очень правдоподобно почесал затылок, а другой дотронулся до своей маски. Саске с удивлением понял, что по скуле этого шиноби расплылся большой синяк.
— Ха-ха-ха, не беспокойтесь! — сказал Гай-сенсей. — Когда он предложил тренироваться вместе, я тоже сначала не поверил, что это мой вечный соперник! Но, как оказалось, внутри Какаши пылает Сила Юности, он вспомнил, что тоже молод! Ну что, Какаши, я побежал! Быть молодым так прекрасно!
Гай-сенсей вскочил на ноги и умчался прочь. В клубах дыма исчезли теневые клоны, Кубикирибочо вновь перекочевал за спину Сакуры, а лезвие Райджина исчезло в рукояти.
— Что случилось, Какаши-сенсей? — участливо спросила Сакура.
Какаши долго не отвечал. Его взгляд останавливался по нескольку секунд на каждом из них, изучая, словно выискивая одному ему заметные перемены. Наконец, он вздохнул и сказал:
— Простите меня.
Извиняющийся Какаши-сенсей — это было не менее странное зрелище, чем Какаши-сенсей, приходящий вовремя.
— За что? — спросил Наруто.
— Я не был тем учителем, которого вы заслуживаете. Теперь поздно о чём-то говорить, у вас есть свои сенсеи, намного лучше, чем я. И они точно не повторят моих ошибок.
— Что вы говорите, Какаши-сенсей?! Вы были и всегда будете нашим учителем! Вы нас столькому научили! — не унимался Узумаки.
— И чему же именно? — спросил Какаши.
— Вы научили нас ходить по деревьям! Научили меня секретному тайдзюцу, Тысячелетию Боли! И Чидори!
Какаши покачал головой.
— Этого недостаточно.
— А ещё только благодаря вам Сакура-чан подарила мне свой первый поцелуй! Если бы вы пришли вовремя, этого бы никогда…
Сокрушительный удар обрушился на Наруто, он проехался по траве, вспахивая носом дёрн.
— Идиот! Я дарила поцелуй Саске-куну!
Узумаки вскочил, как ни в чём не бывало на ноги, выплюнул землю и траву. Его лицо стало серьёзным.
— Только благодаря вам мы стали командой, — тихо сказал он. — Пусть вы всегда опаздывали, пусть вы учили нас только перед смертельной опасностью, но вы — наш сенсей. Именно вокруг вас собралась наша команда. Только благодаря вам у меня появились настоящие друзья!
— Какаши-сенсей, что бы вы ни говорили, вы останетесь нашим учителем, — поддержала Наруто Сакура.
— Нет смысла сожалеть о прошлом, прошлого не изменить, — добавил Саске. — Его нужно помнить и делать выводы, чтобы не повторять ошибок.
Какаши согласно кивнул.
— Ты прав, Саске-кун. Я слишком долго жил прошлым, слишком долго по нему скорбел. И то прошлое, которое я знаю, в которое верил, оказалось ложью. Тот человек, которого я считал своим погибшим другом, не только жив, но и причинил много боли всей Конохе. Именно из-за него ты, Наруто-кун, и много моих друзей и знакомых лишились родителей, любимых, друзей и близких. Именно из-за него я потерял сенсея. Вынести это знание было тяжело.
— Сенсей, а что… — спросил Наруто.
— Его напарником был Учиха Обито, — пояснил Саске. — И он оказался жив. Именно он выпустил Кьюби и именно он помогал Итачи уничтожать мой клан. Наши родители погибли из-за Обито.
— Более того, мой Шаринган… Это было даром, предсмертным даром друга. Обито дал его мне, чтобы из нашей команды выжил хоть кто-нибудь. А оказалось, что погибла лишь Рин. Погибла от моей руки.
— Это печально, но это — в прошлом! — осадил сенсея Саске. — И прошло уже достаточно лет, чтобы оставить её покоиться с миром!
— Ты прав, Саске-кун, ты прав.
— Какаши-сенсей, я правильно поняла, что вы решили больше не опаздывать и не придумывать идиотских оправданий своим опозданиям? — спросила Сакура. — Все равно в них мог поверить только Наруто!
— Неправда! Я и не верил!
— Знаешь, Сакура-чан, а ведь раньше опаздывал и придумывал истории именно Обито. И я таким образом считал, что почитаю его память. А потом это вошло в привычку.
— А он тоже читал книги Эро-сеннина? — спросил Наруто.
Какаши смутился, или сделал вид, что смутился — сложно было сказать по одному прищуренному глазу.
— У этих книг довольно-таки захватывающий сюжет! — попытался оправдаться он.
Сакура и Наруто одарили его прожигающими взглядами.
— И что теперь? — спросил Саске.
— Мне нужно стать сильнее. Мне нужно многое наверстать, нужно стать тем учителем, которым бы вы смогли гордиться. Я понимаю, что многое не вернуть, но, если приложить достаточно усилий, сделать достаточно тяжёлой работы, тогда всё остальное получится.
Наруто и Сакура улыбнулись, и даже Саске почувствовал, что на его лице возникает некое подобие улыбки. Если бы Какаши-сенсей добавил про пылающую Силу Юности, его было бы легко спутать с Гаем-сенсеем в Хенге.
— Отлично! Какаши-сенсей, не волнуйтесь! В любом случае вы уже стали учителем будущего Хокаге! А этого Обито мы найдём и здорово ему наваляем!
— Ты прав, Наруто-кун! Ну что, мои милые маленькие генины…
— И чунин! — невинно вставил Саске.
— … и чунин! Приступим к настоящей тренировке?
Наруто уставился на сенсея с обидой.
— Вот увидите, Какаши-сенсей, я стану чунином, не успеете моргнуть глазом! Не тем, что под протектором, а обычным! А потом стану Хокаге! А ещё…
— А ещё ты обещал построить посадочную площадку! — напомнил Саске. — А Наруто Узумаки никогда не отступает от своих обещаний!
* * *
Пусть теперь тренировки Какаши-сенсея не были жизненно необходимы, пусть у Саске уже был учитель, но он воспринял эти перемены огромной радостью. Какаши-сенсей был Анбу, он служил вместе с Итачи, он сражался как с ним, так и против
