— А для чего… А-а-а-а! — закричала Таюйя, ухватившись за шею.
Саске тут же почувствовал резкий укол боли — в Проклятую Метку словно вонзили кунай. Учиха отстранился от боли и сосредоточился на своём сознании. Прошло несколько секунд, и Саске, почувствовав нахлынувшие воспоминания, улыбнулся. Получилось! Дурацкая, нелепая, самоубийственная авантюра увенчалась успехом!
Саске выждал минуту. Это было излишней предосторожностью, но он не собирался в таком важном деле полагаться на волю случая.
— Таюйя, убирай барьер! — приказал он.
Та злобно зыркнула на Саске, но послушно сложила несколько печатей. Лёгкое искажение воздуха, окружающее лежащий на столе свиток, исчезло с едва слышимым хлопком. Саске развернул свиток и распечатал содержимое.
Квест: «Беседа с семпаем» выполнен. Награда: использование Проклятой Печати Небес становится безопасным. Дополнительная цель — сохранение Шарингана — не достигнута.
Саске с возмущением вытаращился на лежащий на свитке глаз. Несмотря на все усилия, несмотря на кучу предосторожностей, несмотря на всю боль, что пришлось пережить, глаз, словно в насмешку, уставился на него безжизненной белой радужкой.
От сетований на мировую несправедливость его отвлёк голос Гурен:
— И что теперь, Саске?
Учиха мотнул головой, прочищая сознание.
— Возвращаемся. Нужно подвезти дорогого семпая — он соскучился по дому. Вот Хирузен-сенсей удивится!
Таюйя убрала руку от основания шеи и внимательно посмотрела на Саске.
— Кто уж точно охуеет, так это Суна!
Квест 23. Контроль повреждений
Саске никогда не любил госпитали. Да, он не был частым гостем, да, они напоминали о гибели клана. Но теперь у него появился новый повод для нелюбви. Два новых повода. И речь шла не о тех двух округлых восхитительных полушариях, которые теперь покачивались у него перед глазами, пусть они и имели с этой неприязнью непосредственную связь.
— Это был очень рискованный и безрассудный поступок, — заметила Цунаде-сама, убрав руку от его левого глаза.
Саске моргнул и повращал зрачками. Глазные мышцы функционировали превосходно, никакого неудобства или последствий травматической экстрипации глазного яблока не ощущалось. Соединение нервных окончаний, по заверениям Цунаде-сама, тоже было произведено абсолютно корректно, хоть она и попеняла на неаккуратное обращение со столь ценным органом.
Но, к сожалению, никакая операция не могла устранить главную проблему — глаз оставался слеп. Это не было каким-нибудь бельмом или катарактой, которую можно удалить хирургически, зрение не было затруднено мутной пеленой. Глаз просто не функционировал, не ловил и не передавал в мозг ни частицы чакры, ни проблеска света. Перманентный неустранимый дебафф.
Саске вздохнул. После известного инцидента ему было очень трудно общаться с Цунаде-сама, и ничуть не помогало, что Цунаде-сама испытывала какое-то извращённое удовольствие, поддевая его при каждой встрече. По каким-то непонятным причинам Саске испытывал ещё большую неловкость при виде Шизуне-сан. А в данный момент Саске обследовали оба медика. Сакура, как ученица Цунаде-сама, тоже присутствовала, но компания напарницы ничуть не успокаивала.
— Это нужно было сделать! — заявил Саске. — С тех пор, как Орочимару поставил на меня Проклятую Метку, наше столкновение стало неизбежным. И если бы место и способ выбрал не я, у меня не осталось бы и шанса.
— Ты сам знаешь, сколько раз всё могло пойти не так, Саске-кун! — вздохнула Сакура. — Ты даже не знал, сработает ли дзюцу.
— Но оно сработало. К тому же, испытать его я не смог бы никак!
— Что ты будешь делать? Нести наследие Какаши-сенсея?
— Ну, я надеюсь, что величайший медик в мире решит мою проблему!
Цунаде покачала головой. Она отошла, вновь провоцирующе качнув грудью, и Саске понадобилась вся выдержка Учиха, чтобы не покраснеть.
— Если бы вопрос стоял в области физиологии, то проблему решить было бы несложно. Сакура, что ты видишь?
Напарница внимательно посмотрела Саске в лицо и её красные глаза засветились алым сиянием.
— Саске-кун, твой глаз не светится, в нём почти отсутствует чакра. То, что я вижу — едва заметные следы, словно… Это как русло давно пересохшей реки, по которому едва течёт слабый ручеёк.
— Ты сказала «почти»! Но ведь если осталась чакра, можно как-то всё вернуть назад?
— Саске, — сказала Цунаде-сама, — твой клан всегда очень трепетно относился к Шарингану. У меня никогда не было возможности провести достаточное количество исследований. Меньше я знаю разве что о Бьякугане — когда речь идёт о додзюцу, Хьюга — настоящие параноики. Так что я могу лишь применить терапию, предназначенную для обычных глаз.
— А регенерация? Я читал, что вы обладаете дзюцу, которое делает вас неуязвимой!
Цунаде покачала головой.
— Технически твой глаз здоров. Моё дзюцу смогло бы ликвидировать физические повреждения, но с этим всё в порядке. Длительное воздействие дзюцу тоже нежелательно — поверь, ты бы не захотел испытать побочные эффекты. Я уже не говорю о том, что оно требует долгого обучения, а этим я заниматься не собираюсь.
— Разве совсем нет вариантов? — с упавшим сердцем спросил Саске.
— Отчего же? У меня есть несколько идей, и мы, — Цунаде-сама повернулась к двери, в которую кто-то постучал, — сейчас испробуем одну из них.
Шизуне-сан открыла дверь, и в кабинет вошла Карин. Она осмотрелась и, увидев Саске, удивлённо округлила глаза. Саске отстранённо подумал, что с новым додзюцу Сакура стала похожа на её сестру.
— Цунаде-сама, вы меня звали?
— Да, заходи, Карин-чан. Я хочу, чтобы ты воспользовалась своими способностями.
— Способностями?
— Да, я хочу посмотреть, как ослепший Шаринган отреагирует на твою чакру.
Карин кивнула, подошла к Саске, закатывая рукав своей курточки. Саске взглянул на запястье перед своим лицом и раскрыл рот, приготовившись кусать.
— Карин! — раздался громовой голос Цунаде. — И что, по-твоему, ты делаешь?
— Но вы же сказали…
— Жаль, ты мне показалась смышлёной девочкой. Чему я тебя учила?
Та покраснела, словно помидор, и убрала руку.
— Успокойся и сделай пару глубоких вдохов, — мягко сказала Цунаде. — После этого начинай.
Та кивнула и последовала совету. Затем Карин сложила несколько печатей, вытянула ладонь и над ней засветилось облачко зеленоватой чакры. Свечение стало усиливаться и концентрироваться, пока, наконец, не превратилось в ослепительную бело-зелёную точку.
— Саске-кун, я не смогу удержать это дзюцу долго, — сказала она. — Пожалуйста, попробуй проглотить чакру.
Саске кивнул и, осторожно приблизившись, заглотил светящийся шарик. В это время у него возникло неприятное ощущение, что он ест у Карин с рук, словно домашнее животное.
Стремительная волна, уносящая усталость и наполняющая энергией прокатилась по его телу, и Саске откинул эти глупые мысли. Он сосредоточился на своём глазу, пытаясь увидеть хоть проблеск света, хоть вспышку чакры. Безуспешно. Этот бафф был либо недостаточно силён, либо не был баффом и вовсе.
— Сакура? — спросила Цунаде.
Харуно вновь активировала додзюцу и сосредоточенно уставилась на Саске.
— Не уверена. Если и есть изменения в чакре, то я их не вижу.
Цунаде задумалась.
— Как и ожидалось. Твой глаз здоров, Саске. Он просто не
