Как нет и брони.
В простых холщовых одеждах он стоял посреди усеянной травами и цветами небольшой лесной поляны. Впереди журчал ручей. Пели птицы. Высокий лес поднимался к небу, скрытому под грозовыми тучами и облаками.
Далекий горный хребет, из-за своих размеров кажущийся очень близким — разве что не рукой подать, изрезанный шумящими водопадами скрывал спускающийся туман.
Красиво.
Холодно, но красиво.
Хаджару всегда нравилась северная природа. Пусть не такая приветливая и уютная, как южная, она была более… честной. Тут не место трусливым и не решительным. Только тот, кто готов пойти на многое, сможет выжить на севере.
— Да вы издеваетесь… — прошептал Хаджар. — сколько можно…
За последние несколько часов он уже четвертый или даже пятый раз, смотря что именно считать за перемещения, мотался по разным пластам реальности.
И нет, он был не против расширить свои горизонты познания и представления об этом мире и силах, его вращающих. Но тот факт, что каждый раз все это происходило без его на то воли — несколько раздражало.
И, куда больше, пугало.
— Люблю осень.
Хаджар дернулся.
Перед ним, за ручьем, на довольно почтительном расстоянии, стояла женщина. Того возраста, когда юность уже прошла, оставив после себя расцветшую красоту и мудрость, присущую лишь женщинам, прошедшим через то, что и делает их — женщинами. Не девочками, девушками или леди, а теми, кого впоследствии будут называть — матерь наших матерей.
Её белоснежные одежды слегка качались на ветру. Черные волосы убранные в простую прическу лежали на спине. Кожа, едва ли не белее одежд, словно немного светилась.
Хаджар уже видел эту женщину.
На фресках и изображениях в разнообразных книгах.
Ей ставили храмы.
Поклонялись люди.
Старые легенды говорят, что ведьма, спасшая и вырастившая волшебника Пепла была служительницей этой женщины.
Богини.
Богини судьбы.
— Миледи, — Хаджар не знал как еще обратиться к богине.
Это было впервые, когда она на прямую сталкивался с жителем Седьмого Неба. И не просто какой-то младшей богиней, выходцем из Страны Бессмертных, а одной из тех, что была в самом начале. Древнее даже Древних.
— Тебе нравится осень, Безумный Генерал? — богиня опустилась и сорвала цветок. — Хотя, глупый вопрос, наверное. Все кровные Борея любят осень. Это ваше время. Время севера.
— А как же зима, моя госпожа?
Богиня, вдыхая ароматы полевого цветка, чуть улыбнулась.
— Что такое зима, как не сон? И лето — разве это не дрема? Весна и осень мгновения нашего бодрствования, когда вещи становятся тем, что они есть, а не тем, что мы хотим в них видеть.
Скорее всего в этих словах заключалась какая-то глубокая мысль, но Хаджар уже давно взял за правило не пытаться разобраться в речах Древних. И уж тем более тех, кто был даже старше оных.
— Зачем вы призвали меня сюда, моя госпожа? — спросил Хаджар, а затем понял, что упускает кое-что… Кое-что очень важное. — И, самое главное, как вы это…
— Как я это сделала? — богиня опустилась и вернула цветок обратно. Тот врос в землю и потянулся бутоном к лицу женщины, будто пытаясь отблагодарить ту за милосердие. — Иногда и мы, боги, можем хоть что-то, Генерал…
Женщина развернулась и посмотрела на небо.
— Я не звала тебя, Генерал, — произнесла, вдруг, она. — ты сам сюда пришел.
— Я? Сам? Но… зачем?
— Только гость знает, зачем он приходит в гости, — с легкой ноткой улыбки в голосе, сказала богиня. — Ты хочешь что-то спросить у меня, Хаджар?
На самом деле, у него было множество вопросов. Хотя бы взять самый простой — она ли писала текст в Книге Тысяче — книге судеб всего сущего или кто-то другой. А если кто-то другой, то почему она тогда являлась богиней судьбы.
И из всей тысячи вопросов, Хаджар задал, пожалуй, самый бесполезный.
— Дочь или сын?
Она ответила не сразу. А когда ответила, то повторила недавно услышанное Хаджаром.
— Зачем задавать вопрос, когда ты уже знаешь на него ответ, милый Генерал? — богиня взмахнула рукой и из облаков соткалась простая, синяя лента. — Второй раз я плету эту ленту, Генерал. И второй раз даю её в дар генералу. Маленький дракон обманул тебя, воспользовавшись старой легендой. Очень красивой легендой. О влюбленном страннике и отважной воительнице. И о том, как они нашли друг друга.
Лента пролетела по воздуху и вплелась в волосы Хаджара. На то самое место, где, когда-то, находилась точно такая же лента-яд, подаренная Чин’Аме.
— Когда ты встретишь ту, чей свет — твой свет, эта лента укажет тебе.
— Что…
— Это мой маленький дар, Генерал. Я люблю, когда истории заканчиваются счастливым «и жили они долго и счастливо». Жаль, только, что так бывает лишь в сказках.
— Госпожа, я…
— Ступай, Хаджар. Твоя битва еще не окончена.
* * *Хаджар открыл глаза. Он, с хрипом отплевываясь от воды, обнаружил себя лежащим на крыше одного из домов. Город жрецов постепенно погружался в холодную, темную воду. Ту самую, которую Хаджар ощущал еще при спуске сюда.
— Я не шучу, человеческий пес, еще один шаг и я снесу ей башку!
Хаджар помотал головой. Сознание буксовало и отказывало принять реальность. А реальность была таковой, что его путешествие по реальностям до добра, когда-нибудь, не доведут.
— Да успокойся, гномий ты сын! Дай мне объяснить!
— Праотцам своим будешь объяснять, жалкий предатель! Паскудный пес!
— Мне дышать нечем…
— Молчи, женщина, пока твой следующий вздох не стал последним.
— Алба-удун? — Хаджар, едва способный различать силуэты говорящих, приподнялся. — Что здесь происходит.
— Чужак, ну хоть ты ему объясни! — Абрахам, стоявший рядом, держал перед собой вытянутые ладони. — Гном с ума спятил!
Вернувший способность осознавать реальность, Хаджар поднялся на ноги.
Гай и Густаф, высвободив энергии, держали на прицеле окутанного пламенем Албадурта, который, в свою очередь, скрестил топоры на шее стоявшей на коленях Иции.
— Хаджар-дан! Рад что ты вернулся! Скорее, обнажи клинок! Эти псы хотели нас обмануть! Абрахам тобой манипулировал! Он хотел…
— Не мной, — перебил откашлявшийся Хаджар.
— Что?
— Успокойся, Албадурт, — Абрахам в это время хлопал по спине нахлебавшегося Хаджара. — Я знал, что он ничего не подменял. И манипулировали не мной, а… потом, в общем. Но все это была часть нашего с Шенси плана. Ну, почти все.
— Но зачем тогда…
— Чтобы никто из вас не отправился вместе со мной, — перебил Хаджар. — Слушай, Албадурт, честно — у нас очень мало времени. Где Лэтэя?
— Принцесса?
— А я что, один вынырнул?
— А должен был не один?
Глаза Хаджара расширились, а затем он повернулся в сторону неожиданного всплеска энергии.
Глава 1429
Из водяной пучины, создавая самый настоящий водопад, касаясь головой далекого свода, вынырнуло нечто, отдаленно напоминающее змея. Если бы у змея имелись лапы, где вместо когда каждый «палец» увенчивался бы оскаленной клыками пастью.
Сама же голова монстра была похожа скорее на бычью, нежели змеиную.
Тварь излучала мощь не меньше, чем зверя ступени Духа. А это означало,
