— В стороны быстро, пацаны! — заорал я и выпрыгнул из-за мешков.
Мы успели выпрыгнуть все, кроме Кактуса. Он, положив свой пулемёт на мешки, быстро прицелился и дал длинную очередь по машине. Эффект тот же самый: искры, рикошет. Абсолютно все пули разлетелись кто куда. И тут тачка всей своей массой врезалась в уже достаточно побитую нами баррикаду. Кактус успел встать в полный рост и, оттолкнувшись от мешков, прыгнул на машину. Тачка снесла остатки баррикады своей массой, а Кактус, перелетев через машину, упал уже сзади неё. Мы все разом открыли огонь по только что проехавшей через это небольшое препятствие машине. Но пули продолжали рикошетить от неё, её задница тоже оказалась обшитой железом. Она сходу снесла своим корпусом продолжавшую гореть Волгу, и та от сильного удара влетела в стену со страшным грохотом.
— Да что же это такое? — возмутился Слива, меняя очередной рожок в своём автомате.
Машина, отъехав от нас несколько десятков метров вместе с остатками баррикады на своём кузове, резко развернулась, и сидящий в ней пулемётчик дал пару коротких очередей. Все коробки и мешки, которые были на ней, мигом с неё слетели.
— Быстро назад в тот проём! — заорал я, запихивая гранату в свой подствольник. — Она нас сейчас раздавит. Кактус, ты как?
— Живой, — услышал я сзади его голос и следом кучу матов в адрес этой машины, того кто её сделал и водителя в отдельности.
Пулемёт на машине застрочил вновь.
— Ай, мля! — закричал рядом Леший. — Нога!
Тачка уже развернулась и снова попёрла на нас.
— Подствольники! — заорал я, понимая, что мы не успеем схватить Лешего и затащить его в то помещение. Нас машина быстрее раздавит, вернее, снесёт. — Огонь!
Так как подствольники были у всех, кроме Кактуса, выстрелили мы практически одновременно. Две гранаты врезались в кузов и, не успев взорваться, ушли вверх в потолок, где благополучно и взорвались, осыпав на пол достаточно большое количество породы. Две других взорвались точно перед носом машины, подняв кучу пыли. Машина на скорости, видимо, зацепила эту воронку от гранаты и врезалась своим клювом в неё. Послышался страшный грохот и скрип железа, из кучи пыли на нас вылетела машина, только летела она уже боком. Перевернувшись один раз, машина легла на крышу, или что там у неё было, только колёса крутились, и так заскользила на ней. Удар, дальше стены не уедет. Тачка со всей дури воткнулась в стену, её нос оказался смят, одно колесо оторвало, и оно упрыгало по дороге дальше куда-то, два ещё крутились.
— У неё смотровые щели сбоку тоже есть! — радостно заорал Слива.
Мы, не сговариваясь, побежали к лежащей на крыше машине. Подбежав к ней, я, недолго думая, вставил свой автомат в эту щель и нажал спусковой крючок. Раздался страшный грохот. О том, что пули могут срикошетить и, пробив это железо, попасть в меня, я уже не думал.
— Саня, в сторону! — заорал мне на ухо подбежавший Кирпич.
Отпрянув от машины, я увидел у него в руках гранату с уже выдернутой чекой. Кирпич быстро закинул её внутрь через смотровую щель, после чего мы успели отбежать буквально несколько метров от машины и упасть на пол. Взрыв. Я почувствовал, как по мне прошли ударная волна и волна жара, сверху посыпались куски породы, поднялась пылища, в горле тут же пересохло, а в ушах мгновенно выключился звук. Потом я почувствовал, как меня кто-то переворачивает и поднимает.
— Живой? — звук включился. Напротив стоял Слива и тряс меня за плечи.
— Живой, — оттолкнул я его и обернулся на машину.
Она лежала так же на крыше и горела. Всё-таки крепкая тачка у бандитов получилась, взрыв только немного вскрыл её. В основном, наваренное на неё железо осталось на месте, но пару листов всё-таки оторвало. Ну, тем хуже для экипажа, после такого внутреннего взрыва шансов выжить внутри никаких. Кактус уже оттащил Лешего к стене и перебинтовывал ему ногу.
— Нормально всё, — поднял Леший руку, увидав мой взгляд.
Глава 6
— Идти сможешь? — спросил я у него.
Тот поднялся на ногу и сделал несколько шагов, прихрамывая. Мы смотрели на его потуги.
— Да, нормально, — ответил Леший, — пошли уже.
Мы добежали до поворота, из-за которого не нас выехала эта машина, и осторожно посмотрели за угол. Судя по тому, что звуки боя оттуда усилились и стали более отчётливо слышны, идём мы в верном направлении. Прижимаясь с двух сторон к стенам, мы стали быстро продвигаться вперёд. Примерно через сто метров с правой стороны показалась первая дверь, вделанная в стену, за ней — ещё несколько.
— Это склады начинаются, — быстро сказал Кактус, — дальше — мастерские, за ними — Северные ворота.
— Дима, мы на подходе, — сказал я в рацию.
— Ага, — почему-то хохотнул он, — мы всё равно подняться не можем. Тут ещё тачки у них какие-то появились приплюснутые к земле, их пули не берут.
— Мы видели такую только что, — ответил я ему. — Бейте из подстольника или гранату перед ней кидайте. Она носом своим в воронку упрётся и всё.
— О как. Судя по тому, что ты это так уверенно рассказываешь, с той вашей тачкой уже покончено.
— А то, — улыбнулся я, — она баррикаду, в которой мы укрылись, снесла этим своим отвалом. Еле отскочить успели.
— Понял тебя, давайте уже, ждём вас.
— Поднажали, пацаны! — громко сказал я ребятам. Пока я переговаривался с Димой, мы остановились и взяли под прицел коридор.
Только мы сделали несколько шагов, как услышали заработавший мотор. Громко так ещё, видать, глушака нет у тачки. По моему телу мгновенно пробежали мурашки. Если это ещё одна такая же тачка, то нам отсюда никуда не деться.
— Быстро вон в ту дверь! — сообразил Кактус.
И мы впятером, как спринтеры, мгновенно добежали до ближайшей к нам двери. Ещё на подходе к ней я увидел, что она деревянная, а не железная как все. Видимо, Кирпич, который бежал первым, понял это тоже. Он, не останавливаясь, подпрыгнул и всей своей массой врезался в эту дверь. Раздался грохот, и Кирпич вместе с косяком и дверью ввалился внутрь этого помещения, подняв кучу пыли. Хлипенькая дверь какая-то оказалась, либо Кирпич очень сильный и тяжёлый. В любом случае мы успели забежать внутрь до того момента, как эта машина выехала из-за поворота. Как только мы забежали внутрь этого склада, нам в нос шибанул запах бензина и масла.
— Да у них тут горючка стоит, — испуганно сказал Слива, принюхавшись.
Кто-то щёлкнул выключателем и внутри загорелся свет.
— Смотрите, пацаны, знакомые бочки, — кивнул на бочки Кирпич.
Мы находились в помещении около 30–40 квадратных метров. Вдоль стен одна на другой стояли столитровые бочки. Такие выпускали наши нефтяники, те, которые бензином и соляркой занимаются. Также стояло несколько каких-то шкафов и лежали стопкой поддоны.
— Походу, у бандитов хорошо налажено снабжение топливом, — успел сказать я. — Наверняка у них есть связи с нефтяниками.
Меж тем машина с ревущим глушителем приближалась в нашу сторону.
— К нам едут, — сказал Кактус, отпрянув от выломанный двери, и взял на изготовку пулемёт.
— А вот и наши колёса, — зловеще улыбнулся Слива.
— Всех валим, тачку забираем! — сказал я. — Вырубите свет. Пусть сюда только войдут.
Свет тут же выключили, и мы попрятались кто куда.
— В машине четверо, — успел доложить Кактус. — Это, кажется, легковушка, переделанная под грузовичок.
— За топливом едут, гады, — прошипел Слива. — Не иначе наших поджарить хотят.
Рычащая машина остановилась около склада, в котором мы находились. Её обороты стихли, она стала работать на холостых, и мы услышали голоса.
— Быстро пошли, падлы! — услышали мы мужской голос.
— Две бочки с бензином грузите живее, — поддержал его второй голос и звук удара по телу.
— Кто-то дверь сломал, — заговорил первый.
— Да наши наверняка уже тут были, — успокоил его второй. — Ключи наверняка забыли, вот и выломали, — успокоили его.
