— Не вздумайте взрывать ворота! — снова закричал голос оттуда. — Нас и вас накроет сразу.
— Да поняли уже. Кактус! — крикнул я.
— Тут, — мгновенно нарисовался он рядом.
— Толщина стен между мастерским и помещением для людей какая?
— Метра полтора, наверное.
Я подошёл к воротам и крикнул.
— Вы меня видите?
— Да, — ответил оттуда голос. — Только отойдите чуть подальше, и вас будет видно в полный рост. Всё, вот так достаточно! — снова прокричал тот мужчина, когда я отошёл на пару метров от ворот.
— Вам есть где укрыться? Мы попробуем взорвать эту стену из мастерской, — показал я рукой налево.
— Есть, — обрадовались с той стороны, что мы нашли выход из сложившейся ситуации. — Мы в туалетах и душевых закроемся и к стене кровати с матрасами натаскаем. Только скажите, на каком расстоянии от стены будете взрывать.
— Дима! — снова крикнул я.
— Понял, уже побежал смотреть. Ты и ты, за мной! — ткнул он пальцем в двух стоящих около него наших бойцов.
Через минуту из мастерской выбежал один из этих бойцов и крикнул:
— Пять метров от стены! Только надо машину выгнать. Дима уже минирует стену.
— Пять метров от начала стены! — громко прокричал я смотрящему за мной через щель человеку и показал свою растопыренную ладонь.
— Понял вас! — прокричали в ответ. — Дайте нам несколько минут для подготовки.
— Кедр, выгоняйте тачку и расчистите выход. Там стапель стоит, попробуйте его оттащить, — но тот уже и без моей команды, взяв пацанов, ломанулся в мастерскую.
Через десять секунд Фокус завели, ещё через пять он уже выехал своим ходом из мастерской.
— Поперёк ставь! — крикнул сидящему за рулём Митяю один из наших бойцов.
Фокус поставили посередине этого огромного коридора. Но машина слишком маленькая, а коридор слишком широкий. С боков оставалось метров по десять точно.
— Ты, ты и ты, — ткнул я пальцем в стоящих ребят, — Слива, бегом в тот ангар, где мы багги видели и Пилот, тащите тачки сюда. Перекроем коридор. Людей сейчас выводить будем. Не хватало ещё, чтобы эти «Блины» появились.
— Понял, — тут же ответил Слива. — Побежали, пацаны.
За ними увязались ещё трое бойцов. Через пару минут подъехали обе багги и на галстуке притащили Пилота и Селику. Вот теперь — другое дело. Коридор перекрыли машинами полностью. Плюс еще за ними поставили нашу Навару. Быстро отцепив Хонду и Селику, багги умчались снова в мастерские. Слива крикнул на ходу, высунувшись из машины, что они сейчас еще притащат Киа Рио и второй Фокус.
— Готово! — прокричал выбежавший из мастерской Дима.
— Мы тоже! — услышал я голос из-за ворот снова. — Только дайте мне минуту самому спрятаться. Засекайте и через минуту рвите.
— Все в укрытие! — закричал я, одновременно посмотрев на свои часы, засекая время.
Через минуту я махнул рукой. Взрыв. Из открытой двери мастерской, где была заложена взрывчатка, вырвались клубы пыли и куски земли. Мгновенно видимость упала до нуля, но высокие потолки сделали своё дело. Через пару минут пыль рассеялась, и оттуда показались люди.
— Не стреляйте! — закричал знакомый голос. — Это мы.
Первым показался мужчина около 30 лет. Судя по голосу, это он со мной переговаривался через ворота. Он выходил из этого пыльного облака, то и дело прикладывая к своему лицу какую-то тряпку, чтобы не надышаться пылью. За ним потянулись остальные люди.
— Быстро туда все! — не давая им очухаться, скомандовал Кедр. — Вон туда до поворота идите, там вы в безопасности будете. Потом мы вас выведем на поверхность.
Он указывал им на перекрёсток в противоположной стороне, туда, где мы Навару нашу увидели.
Людей было много. Больше ста человек точно. Они шли, поддерживая друг друга. Многие были сильно избиты и обессилены. Наши пацаны, как могли, помогали людям дойти до перекрёстка. Толпа растянулась по всему коридору.
— Машины! — заорал кто-то из наших бойцов.
Я быстро обернулся в ту сторону и увидел, как из-за поворота вырулили два «Блина» и, не останавливаясь, поехали в нашу сторону.
— Ложись! — заорал кто-то.
«Блины» сходу открыли огонь из своих пулемётов. Хорошо, что мы догадались поставить машины поперёк коридора. Весь основной поток пуль они взяли на себя. Раздался грохот, полетели стекла, куски обшивки машин. Все машины, стоявшие боком, тут же просели на одну сторону — колёса пробили, а пулемёты молотили и молотили. Мы попадали кто куда, ища укрытия, хотя куда тут спрячешься в этом коридоре. Уже упав, я увидал, как пулемётчики взяли чуть выше, а первые пули, пробив стёкла машин и больше не встречая сопротивления, начали кромсать спешащих укрыться людей. Вот, два парня, которые держали под руки женщину, помогая ей идти, получили очередь в спину. Так втроём и упали. Одна женщина развернулась, схватилась руками за голову и закричала. В неё тут же прилетели несколько пуль. Наши бойцы стали прыгать на людей, пытаясь их повалить. У одного из них я отчётливо увидел, как на его разгрузке на спине вспухли фонтанчики разрывов и брызнула кровь, он так и придавил уже мёртвым молодого парня. Ещё двое людей заметались в шоке по коридору, их тоже настигли пули. Со стен сыпалась земля, несколько ламп под потолком мгновенно оказались разбиты выстрелами, с потолка на нас тоже сыпались большие куски земли. Люди падали на пол, многие — ранеными и убитыми. Всё это заняло несколько секунд. Но вот, сначала один, потом второй, а потом ещё и ещё — наши бойцы, спрятавшись за машинами, открыли огонь из своего оружия по едущим в нашу сторону машинам. Я ползком добрался до уже дырявого Рио и, подняв над собой автомат, выстрелил из подствольника в сторону «Блинов». Кактус уже лежал за колесом Фокуса и поливал длинными очередями машины. Немного высунувшись из-за машины, я увидел, как они, высекая кучу искр из своих кузовов, продолжают переть на нас. А рядом с ними взрываются гранаты. Феерическое, конечно, зрелище.
— Стреляйте под днище! — заорал я во всё горло. — Старайтесь колёса достать!
Вот перед одной из машин взорвалась граната. Этот взрыв сбил её с траектории, и она со всей дури врезалась в стену. От её кузова отлетало огромное количество искр от попадающих в неё пуль, но ущерба ей это не наносило. Наконец-то кто-то попал в колёса второй машины. Всё-таки пули залетели в щель там, где бампер передний должен был быть. Между ним и полом было буквально около 10 сантиметров. Но этого хватило, и сначала левое, а потом и правое колесо хлопнули. Рядом со мной появился с РПГ на плече Слива и, быстро привстав, выстрелил в обездвиженную машину, которая врезалась в стену. Есть! От неё только железки полетели.
— Второй уходит, падла! — заорал Кактус.
Тут мы увидели, как та машина остановилась и стала сдавать назад на пробитых передних колёсах.
— Где Навара, мать твою? — снова заорал я, оборачиваясь и ища её взглядом. Почему оттуда не стреляют из Корда? Он должен пробить её защиту.
Увидав машину, я понял, почему оттуда не стреляли. Бойцы под пулями вытаскивали из кабинки пулемётчика, а в двери кабинки, которая закрывалась, защищая пулемётчика, было несколько вмятин от пуль. Рикошет, млять! Боец сидел в кабинке, и когда эти два пулемёта открыли огонь, пули, срикошетив, влетели в кабинку, убив бойца. Вот его сейчас и вытаскивали оттуда. Наконец, у них это получилось сделать, и в кабинку нырнул Дима. Быстро захлопнув за собой дверь, он через несколько секунд открыл бешеный огонь по старающейся уехать задним ходом машине бандитов. Ха, Корд это вам не Печенег, там калибр другой! До «Блина» было метров триста, но для Корда это не расстояние. После того как Дима пристрелялся и поймал прицел, все пули, вернее, маленькие снарядики, стали кучно попадать в «Блин», прошивая его насквозь. Даже отсюда было отчетливо видно, как от машины отлетают части железа, которым её обшили. Вся её передняя часть через десяток секунд превратилась в дуршлаг. Всё. Тачка остановилась и загорелась. Кто-то ещё в неё из РПГ влепил. Взрыв. Её силовая конструкция была вся перебита тяжёлыми пулями Корда, а тут ещё реактивная граната прилетела. Её в буквальном смысле разметало в разные стороны. На месте остался только небольшой остов. Стрельба мгновенно стихла.
