— Будет сделано, — обрадованно кивнули оба и тут же направились к Санте.
— Ты тоже получаешь пулемёт, — продолжил Туман, — найди себе второго номера. Твоя задача — по приезду в облако залезть на крышу тепловоза рельсоукладчика и валить всех зверей. Патроны можешь не жалеть, их у нас много. Возьми с собой на всякий случай сменный ствол. Няма, выдай всё. Гранат им тоже подкинь.
Остальные лезут с нами на крыши вагонов. Наша задача, мужики, прикрыть ваших друзей, которые будут стоять внизу. Я думаю, вы понимаете, что от нас зависит, сойдутся они в рукопашную с ящерами или нет, и поэтому от вас требуется максимальная собранность, и не щёлкать. Возвращаемся все, никого не бросаем, даже убитых. Разгрузки, оружие и боеприпасы вам сейчас выдадут. Пакуйтесь по максимуму. Там в грузовике у нас есть небольшие сумки, набивайте их магазинами и гранатами, в облаке вам будет некогда набивать патронами рожки. Оружие всё пристреляно, кривых стволов нет.
Пока Туман говорил, к нам подъехало около десятка автомобилей. Ну и тачки у них. Уаз, в усмерть ушатанная Нива, Волга, ауди 100, крокодил её ещё звали, девятка, старенький мицубиси Галант, древний Форд Скорпио, семёрка жигулей и абсолютный раритет — 41-й москвич. За рулём Москвича, как и подобает такой машине, сидел дед. Такой же древний, как и сама машина. Мы только присвистнули, увидев этот металлолом. Теперь я понимаю, почему у них многие машины в ремонте. Скорее всего, к ним сюда проваливались люди на различном автохламе.
— Снайперы нужны? — крикнул ещё один парень из этой подошедшей десятки.
— Снайпер? — немного удивлённо переспросил Туман — Рыжий, у нас там вроде СВД есть.
— Ага.
— Выдай ему, пусть на вагоне сидит и валит особо больших зверюг, а ты им в голову старайся стрелять. И рацию с наушником ему дай, остальным всем — обычные. Всё, мужики, вооружаемся, выступаем. Вы знаете, куда едете? — спросил Туман у вышедших из своих машин водителей.
— Знаем, сынок, — бойко ответил этот самый дед, — не боись, не подведём.
— Отец, тачка-то твоя доедет? — весело спросил у него Апрель, рассматривая этот Москвич. Цвет у него ещё такой чудный был, зелёный, только он выгорел полностью на солнце, да и всяких вмятин на нём и царапин было полным-полно, — а то твоя тачка выглядит так, как будто на ней Берлин штурмом брали.
Все заржали.
— Нормально всё у меня с тачкой, — ответил этот дед, улыбнувшись, — ты не смотри, сынок, на её внешний вид. Движок шепчет, колёса крутятся.
У меня этот дедок вместе с машиной улыбку вызвал. Чем-то он на отца Большого похож. Такой же сухенький старичок, кажется, дунь на него, и он свалится, но как раз такие старики по выносливости ещё некоторым молодым фору дадут.
— Ваша задачи, мужики, — снова сказал Туман, — погрузить к себе этих бойцов, — он показал рукой на стоящих вокруг нас разношёстное войско, — завести их в облако к вагонам, выгрузить и свалить оттуда. Всё, больше от вас ничего не требуется, эвакуироваться мы будем уже сами.
— Как же вы, сынок, такой ватагой-то убежите оттуда? — воскликнул дед, — может, нам в кустиках-где вас подождать и, ежели что, на помощь прийти? На колёсах-то быстрее, чем на своих двоих.
— Спасибо, отец, — улыбнулся Туман, — но там точно не до машин будет. Так что выгружаете всех, и назад.
— Как скажешь, сынок, — кивнул дед и замолчал.
— Всё, мужики, по машинам, — рявкнул Туман, — каждый знает своё место. Поехали, повеселимся.
Глава 11
И вот мы, погрузившись в машины и на платформы, которые были прицеплены к тепловозу, тронулись. Первый ехал наш Плащ: мы набились внутрь нашего грузовика, как шпроты в банке, остальная кавалькада, глотая пыль, ехала за нами. Весело сейчас, скорее всего, этим мужикам, кондеев-то нет в тех тачках, окна открыты. Даже в клубах пыли, которая поднималась за нашим Плащом, я слышал, как у едущих за нами машин гремит подвеска. Особенно этим отличался Уаз и Нива. До облака нам несколько километров, а там уже рукой подать до железнодорожной ветки, вернее, до нескольких.
— Вон вагоны, — крикнул сидящий за рулём Санта.
Я, как мог, постарался хоть что-то разглядеть через лобовое стекло, но куда там — народу в машине много, всем надо посмотреть, ничего не видно, короче. А в боковые открытые двери много не увидишь, зато в заднюю дверь я видел ехавшие за нами машины.
— Всё, мы на месте, — громко крикнул Санта и остановил грузовик.
— Пошли-пошли-пошли, — взревел Туман в рацию, — всем по своим местам.
Ещё там, в балке, он разделил всех на небольшие отделения и каждое из них распределил, кто где должен стоять. Мне досталось место на пассажирском вагоне, правда, как на них залезать, никто не сказал. Машины встели чуть раньше, чем тепловоз-эвакуатор, нашей задачей была сразу занять оборону, а люди в тепловозе должны были начать разбираться с этими двумя вагонами, которые стояли перед рельсоукладчиком. Я как раз успел его рассмотреть, когда пробегал мимо него. В жизни таких не видел. На первом вагоне — здоровенная стрела крана, метров 50, наверное, в длину, и похоже, она ещё и выдвигается. Кран сразу берёт рельсы со шпалами из вагона за собой и укладывает их перед собой. Бойцы, которые ехали на платформах, должны были занять оборону в самом начале рельсоукладчика, а те, кто приехал на машинах, — в самом его конце. И вот народ попёр, громыхая оружием, по своим местам.
Так, мой вагон третий, пассажирский. Сзади пыхтит Слива и Няма с пулемётом. Наша задача — площадка перед вокзалом и перроном. Следом за нами бегут мужики, которые уже стали пролезать под вагонами и вставать в цепь с той стороны. Вот и третий вагон. Подтянувшись, залезаю на площадку, так, теперь на крышу. Слива залез за мной и мгновенно сделал руки лодочкой. Ставлю правую ногу на его руки и, оттолкнувшись левой, подлетаю наверх. Цепляюсь руками за крышу — есть, снизу мои ноги толкают, всё, я на крыше. Следом вылетает Няма, я ему помогаю. Есть, Няма тоже на крыше. Следом пулемёт, сумка с боеприпасами, ложимся с Нямой на пузо и, ухватив Сливу за руки, втаскиваем его на крышу. Отлично, мы на месте. Теперь разбегаемся по крыше вагона и занимаем позицию.
Краем глаза успел заметить, как с платформ подъехавшего тепловоза посыпались рыцари и также побежали по своим местам. Другие несколько человек, не теряя времени, бегут к этим двум стоящим вагонам, чтобы посмотреть, что там у них с прицепными, ещё трое уже разматывают трос с морды тепловоза.
Прекрасно, процесс идёт, на соседние крыши грузовых вагонов также уже забрались наши ребята. Вон вижу, как Большого заталкивают наверх, а снизу в задницу его толкает Маленький. Рыжий, уже стоя на колене, осматривает в прицел СВД лежащие штабеля шпал и рельс. Парнишка, которому Рыжий дал вторую СВД, уже забрался на наш вагон и также осматривает здание вокзала в прицел. По его движениям: как он держит СВД, как стоит, я безошибочно узнал в нём опытного снайпера. Миха, наш снайпер, который с Ваней на БМВ сюда вместе с нами попал, также всегда винтовку держит. С нашей стороны действительно находится здание вокзала и перрон, рельсы даже вон есть.
— Саня, глянь, вон ещё один тепловоз, — крикнул мне стоящий рядом Слива.
Приглядевшись, я действительно увидел стоящий паровоз, вернее, торчавшую морду красного тепловоза. Получилось так, что на средней ветке сначала стоят два вагона, которые нам надо убрать, потом четыре вагона рельсоукладчика и его тепловоз, потом еще три вагона, и ещё один одинокий тепловоз. Ветка уходила налево, поэтому нам и удалось увидеть этот красный тепловоз.
— Вань, — крикнул я с крыши вагона. Мэр стоял со своими людьми прямо под нами. Было видно, что люди немного нервничают, вон один из рыцарей весь, как на пружинах.
— Что, Сань? — поднял голову и, прищурившись от солнышка, спросил тот.
— Там за рельсоукладчиком через три вагона торчит морда тепловоза, — показал я ему рукой в ту сторону. Он, понятное дело, его видеть никак не мог, ему другие вагоны мешают. — Может, нам пригодится, и мы сможем его утащить отсюда? Отправь людей.
