Морда помятая, волосы всклокоченные и в трусах. Света лежала испуганно под одеялом и только глазами по сторонам зыркала. Следом за Кирпичом к нам прибежало ещё несколько ребят, тоже с оружием.
— Гусеница к нам заползла, — сказал я, вставая с кровати. Теперь про сон можно было забыть окончательно. — Кто стрелял? Чего Булат выл?
— Он, наверное, тоже не выспался, — сделала предположение Света из-под одеяла, — выйдите, пожалуйста, я оденусь.
— Кто стрелял? — спросил прибежавший один из бойцов, сзади него стояла его девушка с помпой в руках, в достаточно красивой такой ночнушке.
— Слива походу с Клёпой веселятся, — сказал я.
— Всё нормально, — зашипела рация на одном из висевших бойцов голосом Сели, — это Слива тут какую-то гусеницу с испугу расстрелял.
— Булат в порядке, — сказал появившийся Няма. — Чё вы разорались тут? Я всю ночь из-за этих птиц, млять, заснуть не мог. Только заснул. Эти орут, Булат воет, Слива в войнушку с гусеницами играет.
Посмотрев друг на друга, на наш растерянный и помятый вид, мы стали смеяться. Смеялись от души. Всё-таки ситуация была более чем не привычная.
— Ну их на хрен эти джунгли, — возмущался Слива через полчаса около бассейна, где мы все собрались для завтрака. — Я, во-первых, всю ночь заснуть из-за этих сволочей птиц не мог. Под утро заснул, чую, кто-то по морде у меня скользкий и противный ползает, рукой смахнул, вляпался во что-то. Глаза открыл, гусеница мать её как две мои ладони, — Слива показал на свои руки, — этот рядом на соседней койке храпака даёт, — кивнул он на Клёпу, — ну я её с испугу в угол сбросил вместе с одеялом и за автомат.
— За автомат-то зачем? — заржал Страйк. — Они же безобидные.
— Это ты знаешь, что безобидные. Говорю же, с испугу. Клёпа как ошпаренный с кровати вскочил, в балдахине запутался, — теперь Слива засмеялся.
— Да я из-за тебя чуть с крыши не свалился, — заорал Клёпа, — хорошо балдахин остановил. Сплю, никого не трогаю, тут этот Рэмбо недоделанный как даст очередь над ухом.
— Постель не надо менять? — смеясь, спросил Селя.
— Постель? Зачем это? — удивлённо спросил Клёпа. — А, ты про это. Не надо, всё нормально там.
— Может, ещё на ночку останетесь? — спросил Страйк. — Уже проще будет.
— Нет уж, спасибо, — тут же сказал я.
— Я пошёл машины греть, — тут же сказал Слива, вскакивая со своего места, — ещё чего, на одну ночку. Всю ночь птицы орали, а с утра гусеницы по морде ползают, — слышали мы его бухтение по мере того, как он от нас удалялся.
Все снова засмеялись.
— Ну а ты-то что завыл? — спросил я у Булата, гладя его по голове. — Тоже гусеница какая на тебя заползла?
Тот сидел, высунув язык, и смотрел на меня. Кошки лежали около бассейна. Местные, ничего им не страшно.
— Поедем мы, — сказал я, вставая из-за стола. — Спасибо вам за отдых.
— Приезжайте ещё, — весело сказал один из бойцов.
— Нет уж спасибо, лучше вы к нам, у нас по ночам никто не орёт как тут.
— И гусеницы не ползают, — вздохнув, добавила Света.
Глава 18
— Домой? — спросил сидящий за рулём Лексуса седана Клёпа, когда мы, попрощавшись с обитателями оазиса разборки тронулись на двух наших машинах. Фуры с машинами ушли ещё вчера и сегодня должны вернутся за следующей партией, как раз джипы эти повезут. Правда они все по высоте не влезут на первый этаж автовозов, ну ничего, на верхний уровень и потихоньку поедут. Вниз ещё несколько легковушек можно будет погрузить.
— Да — ответил я с заднего сиденья — там дел полно.
Эти 160 километров до Тауса мы проехали достаточно быстро. Около полутора часов вся дорога заняла, я даже покемарить умудрился, всё-таки ночка бессонная дала о себе знать. Там, где строят дороги останавливаться не стали, просто потихоньку проехали мимо посигналив рабочим. Какой же всё-таки кайф ехать по асфальту и не слышать, как по аркам машины бьют мелкие камни и песок. Кстати говоря, от вчерашнего места, где мы видели, как укладывают асфальт и железку, Владимир с рабочими ушли километров на 10 и прошли поворот на оазис разборку. Значит сегодня-завтра Туман сюда пришёл наших бойцов, и они начнут укладывать асфальт. Поговорив сегодня со Страйком решили, что он тоже выделит людей для укладки асфальта к оазису разборке. Так что ещё несколько дней и будет нормальная, асфальтированная дорога. Заехав на территорию сервиса увидели там стоящие два КАМАЗа и прицепленные к ним платформы, с которых бойцы разгружали машины, которые они только что привезли из облака. Только вот на одном из КАМАЗов отвал как-то скособочился, видать что-то тяжёлое они им снесли. Рядом стояла Навара.
— Я спать — сладко потягиваясь на заднем сиденье Лексуса сказала мне Света.
— Может я тоже? — обернувшись с переднего сиденья спросил Слива — или сегодня куда-то поедем ещё?
— Да нет — немного подумав ответил я — идите спите все. Никто не выспался.
— А ты? — спросил Клёпа.
— Я сейчас быстро с делами разгребу и тоже пойду посплю. Пока нормально себя чувствую.
— Да уж эти птички — сказала Света и открыв дверь вылезла из машины.
Выбравшись из комфортного салона седана за ней, я увидел, как из-за одного из КАМАЗов выходят Туман и Грач. Оба о чём-то увлечённо беседовали и наши тачки пока не видели.
— Идите отдыхайте все — сказал я подошедшим ко мне ребятам из джипа — на сегодня всё.
Булат подошёл, сел рядом, зевнул и посмотрел на меня такими уставшими глазами. Как будто он всю ночь лапами туннель рыл, от Тауса до Хозяйственного.
— Булатик, пошли спать мой хороший — позвала его Света.
Посмотрев на то, как Волх поплёлся за ней я понял, что он очень устал и хочет спать. Уши висят, лапами еле передвигает. Видимо ему тоже сегодня ночью поспать не удалось. Странно, вроде зверь, должен быть привычный, а нет, привык в комнате с нами спать, а тут птицы падлы над ухом всю ночь орут.
— Мы тогда тоже пошли — зевая как Булат сказал Няма.
— А ты чего не идёшь? — спросил я у Клёпы.
— А я выспался — радостно ответил он — и он тоже — кивнул он замешкавшегося в джипе Колючего — на войне бывало и в худших условиях спали, а тут птички какие-то. Так что мы с тобой Саш.
— Ну и хорошо.
Тут Туман с Грачом заметили нас и направились от КАМАЗов к нам. Конечно одежда очень меняет человека. Если к виду Тумана в полной боевой экипировке я привык, то Грача видел в таком же, нашем фирменном обвесе впервые. Но за время, проведённое здесь, я уже научился отличать тех, кому военная одежда, разгрузка и оружие привычно, чем тем, кто одевает её первый или второй раз в жизни. Грач прям на воина стал похож, прям солдат удачи какой то, каска болтается на левой руке, за спиной автомат, разгрузка, само собой наш обвес из арканита, бандана на голове. Морда закопчённая, видеть постреляли они сейчас хорошо в облаке.
— Кирпич держи — не доходя до нас 3–4 метров крикнул Туман и вытащив из кармана ключи, бросил их Кирпичу — Гелик на стоянке сбоку стоит. Про деньги не забудь.
— Спасибо дружище — поймав их радостно крикнул тот и чуть ли не в припрыжку побежал к Гелику — про бабосы не волнуйся, мы договорились.
— Ну тебя можно поздравить с первой выездкой в облако? — спросил я у Грача, когда они вдвоём с Туманом подошли ко мне и стоящим около меня СОБРовцам.
— Ага — пожимая мне в ответ руку ответил он — весёленькие у вас там ящеры и рогачи эти. Я их как увидел, просто охренел.
— Грач молодец — тут же сказал Туман — не стушевался, в ступор не впал как некоторые из бойцов, которые первый раз в облако ездят. Сразу в работу включился.
— Судя по отвалу — кивнул я на КАМАЗ — вы там хорошо сейчас постреляли.
— Ага — ответил Грач, обернувшись и посмотрев на грузовик, от которого уже отцепляли платформу водитель и пару слесарей стояли и рассматривали отвал — Рогачей этих таранили и ящеров. Ну и постреляли маленько. Зато я теперь увидел ваше облако и как там у вас тачки стоят. В общем мне там понравилось.
